Владыка Зазеркалья - Илья Романов

— Почти пришли, — хмыкнул Сумрачный Князь. — Лучше думай о том, что я тебе говорил. Концентрируйся, отпускай мысли.

По правде говоря, Агилар в некоторой степени был удивлён, что Альтиор решил прибегнуть к Яме. Нет, Титу опредёлнно нужно стать сильнее, но выбранный способ… Что ж, он надеялся, что волколак выдержит. Лично он своих бы детей никогда не отпустил на подобное испытание. Слишком хорошо Сумрачный Князь помнил, как в них погибали лучшие из лучших. Статистика была настолько удручающей, что из десяти разумных только двое-трое переживали испытание и это считалось отличным результатом. Впрочем, Яма это не просто перепутье энергетических линий мира, а часть Зазеркалья. Возможно, здесь Титу будет проще, но в этом Агилар не был уверен.

Наконец-то мраморные ступени закончились. Перед ними предстала картина запустение: толстый слой пыли, потухшие старые жаровни, редкие каменные шкафы, на которых стояли помутневшие от времени сосуды всех форм и размеров. Какие-то из них были с этикетками, а назначение других было абсолютно непонятно.

— Алхимия? — принюхался Тит.

— Осталось после Лазаря, когда он здесь был в последний раз, — махнул рукой Агилар. — Старый лич помог Альтиору построить это место. Пожалуй, это был единственный раз, когда они ещё как-то работали вместе, и то… — запунулся он и покачал головой. — В общем, да… Пошли дальше, мохнатый.

Благодаря кристаллам на стенах, которые даже после стольких лет продолжали исправно работать, они издалека увидели массивные врата. Огромные, будто выточенные прямо из скалы. Чтобы их сдвинуть требовалась поистине великанья сила, но что ещё больше заинтересовало Тита — на них не было и следа каких-либо повреждений. Врата выглядели так, будто их создали только вчера. Ни одного скола на камне, ни мелкой пылинки. Слишком сильно они выбивались из общей картины запустенья, чем и привлекали взгляд.

Агилар подошёл к замочной скважине и вытащил из поясного кармана… миниатюрный ключ. Настолько маленький, что он тонул в ладони Сумрачного Князя. И тем сильнее удивлялся происходящему, ведь скважина была слишком большой!

Вот только в следующий миг невзрачный ключ в руке Агилара засиял и стал меняться. Его форма потекла, будто расплавленный металл, а затем начала вытягиваться. Всполохи магии заворожили Тита, он уже догадался, что именно видели его глаза, но не мог поверить.

— Это же один из ключей Гермесуса… — потрясённо прошептал волколак. — Откуда он у тебя⁈

— А ты думал Альтиор спрячет одного из сокровищ своего мира за обычной дверью? — хмыкнул Агилар, довольный произведенным эффектом. Для их нового члена команды в будущем откроются ещё и не такие секреты.

Ключ идеально вошёл в замочную скважину. В тишине раздался глухой гул, следом заскрежетали спрятанные внутри камня механизмы. С потолка посыпалась каменная крошка, а пол слабо задрожал. Древние врата нехотя, со скрипом, стали открываться.

Вначале Тит не увидел ничего. Кромешный мрак и абсолютная пустота. Холодная, пробирающая до мурашек. Бывший трибун со многим сталкивался в своей жизни, выбирался из множества опасных ситуаций и отточил свои инстинкты до идеала. И сейчас они трубили об опасности. Но что странно… чем дольше Тит всматривался во тьму и чем сильнее ему хотелось отвести взгляд, тем прозрачнее становилась темнота. Пустота словно отступала, расходилась тяжёлым туманом, открывая огромный зал.

Осторожно, соблюдая только одному ему известные меры безопасности, Агилар вытянул ступню и преодолел порог врат. Какую-то невидимую линию, за которой ранее пряталась тьма.

— Вроде нормально, — неуверенно выдал свой вердикт Сумрачный Князь.

— В смысле, нормально⁈ — опешил Тит. Он думал, что его провожатый уже был здесь.

— Ну и чего ты вылупился на меня, мохнатый⁈ Я тут второй раз всего лишь! Альтиор сюда никого не пускает, святая святых считай! Лазарь вон, — махнул он рукой на стеллажи и шкафы. — Так и остался за порогом в своё время. А я в свою очередь в игрушки Гермесуса не верил и не верю! В отличие от тебя, я хорошо знал этого долбанного карлика-скорохода!

— Эм… — вздёрнул брови Тит. — Карлик-скороход?

— Святая ты невинность, — с усмешкой посмотрел на него Агилар. — Думаешь, все эти статуи так называемых богов передают их истинный облик? Я тебя разочарую, мохнатый, но это не так. Гермесус выглядел, как двенадцатилетний пацан с вечным двигателем в заднице. Бегал постоянно, жрал сладости и торговался до последнего вшивого медяка. Парнем он был, в целом, неплохим, но бесил всех знатно. Как раз из-за этой общей любви он и придумал Домен, чтобы прятаться от всех. Это потом Гермесус раздавал свои ключи и то не всем.

Столь картинное описание одного из известных богов Срединного Мира в очередной раз сломало шаблон Тита. Он замер и рассеяно смотрел перед собой, пытаясь уложить в голове услышанное. Но Агилар не дал ему долго находится в прострации, толкнул в плечо и махнул в сторону зала.

— Идём, не будем терять времени.

Бубня себе под нос, высший вампир пытался сориентироваться в зале. Огромный колодец в центре они благополучно обошли, хотя Тит и хотел приблизиться к нему, чтобы посмотреть. Ему было интересно, зачем здесь это сооружение и куда оно вело… неужели в центр мира господина? И что странно, именно туда стекалась вся тьма, что ранее скрывала собою весь зал.

— Так, это у нас руна джора, — поскрёб подбородок Сумрачный Князь, рассматривая пять арок, ведущих внутрь коридоров. — А это занбарак. Хм…

— Ты точно знаешь, куда идти? — осторожно осведомился Тит. Страха он не испытывал, но из-за прошлой службы не любил неопределённость. Чёткий план, понятная местность. Бывший трибун чётко подходил к любой задаче, а тут сплошь неизвестность.

Вместо ответа Агилар показал ему какой-то старый клочок карты. Рваный и весь в масляных потёках. Присмотревшись, Тит увидел, что это был внутренний план огромного помещения. Хм, вот зал, где они были, а вот переходы… И их на самом деле не пять, а больше, просто остальная часть скрыта магией иллюзий, которая даже спустя столько лет работала.

— Нам нужна руна санхелум, тобишь руна перерождения, — бормотал Агилар. — Но где она, чтоб её⁈

Благодаря обучению в легионе, Тит пусть и слабо, но разбирался в рунической письменности. Одна из разновидностей языка древних, который уже не использовали, а если и