Владыка Зазеркалья - Илья Романов

Я знал этот дворец, как самого себя и ни за что не смог бы потеряться среди его коридоров. Слуги при моём появлении и при виде рыцарей, испуганно жались к стенам и кланялись. Сзади пыхтел дворецкий, переключивший своё внимание на лисицу, а та без особых успехов отбивалась и старалась от нас не отстать. Уверен, сейчас советники забегали, как тараканы и уже спешили в зал переговоров, но если потребуется я подожду.

Вход в зал переговор сторожили двое бойцов, будто бессменные стражи сокровищницы. Суровые, гладковыбритые лица, тяжёлый взгляд. Автоматы с магической начинкой в виде артефактных патронов и бронежилеты, но если оружие настоящее, то броня — всего лишь иллюзия. За ней скрывались доспехи, буквально сияющие от вложенной силы и рун.

И если ранее эти суровые воины готовились выгнать каждого, кто подходил к дверям, то при виде нашей компании, вытянулись по струнке.

— Владыка! — гаркнули они так, что задрожали картины на стенах, а пудовые кулаки с хлопком ударили в грудь в приветствии.

— Открывайте, — спокойно, но твёрдо произнёс я.

Дважды повторять не потребовалось. Один из бойцов коснулся двери, снял магическую защиту и отошёл, почтительно склонив голову.

Внутри меня ждали, но кто бы сомневался? Все четыре советника, оставшиеся в живых, восседали за круглым, массивным столом, за которым половина мест была пуста.

Двери закрылись, отсекая всех посторонних. Остались лишь рыцари, я, да советники, которые пристально смотрели на меня и ждали.

В помещении было очень светло, позволяя рассмотреть каждого из них. Я вглядывался в их лица и подмечал всё. Каждое движение: нахмуренные брови советника Азаи, трясущиеся от страха губы Римуса, градину пота, что стекала по виску советника Билара. Вален, как всегда, с презрением смотрел на меня, будто это он мне дал работу и спас жизнь, а я посмел ещё быть чем-то недоволен. Правда, на остальных он смотрел точно так же.

Азаи всегда считался тем, кто может просчитать ситуацию на десять шагов вперёд, но тут у него явно что-то пошло не так. Римус был самым мерзким крючкотвором трёх миров и каждый свой шаг подкреплял контрактами и клятвами. Валена все дружно ненавидели за упёртость и безумную любовь к скандалам. А Билар просто умел поддерживать хорошие отношения со всеми сразу, что можно было считать великим талантом на его должности.

Напряжение в воздухе можно было черпать вёдрами. Гнетущая тишина тянулась целую вечность, а я всё молчал и лишь смотрел на них. И в голове была мысль казнить их всех без суда и следствия, но это неправильный путь. Я — создатель своего мира и обязан следить за равновесием и справедливостью. И поэтому я дам им шанс. Особенно из-за того, что ни в ком из них нет Скверны, хотя я и рассчитывал её увидеть.

Понимая, что дальше так продолжаться не может, Советники начали подниматься и желали поприветствовать меня. Но я не дал им заговорить первыми.

— Вы не оправдали моих ожиданий, — мой голос заставил вздрогнуть каждого в зале. — Вы не справились с порученной ответственностью. Я не могу вам доверять, а потому требую право Слепой Веры.

Всё. Слово сказано. Никаких лишних словесных кружев и прочего. Я пришёл судить их, а не вести переговоры.

— Н-но… Владыка! — сорвался на визг ошарашенный Римус. Его пухлые щёки затряслись от страха, а глаза забегали в поиске поддержки.

— Позвольте сказать, Владыка! — вторил ему сухопарый Билар. Обширная лысина Советника моментально покрылась крупными каплями пота. Он вытер их платком из паутинного шёлка и взглядом осадил своего первого коллегу, дабы тот не сболтнул лишнего.

Азаи нахмурил свои кустистые брови ещё сильнее и сжал мощные кулаки. Единственный гном в Совете не знал, что делать, это читалось на его лице. Вален пока молчал, но главный скандалист Совета уже закипал и вот-вот готов был взорваться.

Готов поставить все свои артефакты и жизнь, что каждый из этой четвёрки уже проработал схему переговоров. Кто-то рассчитывал торговаться со мной, молить и просить. Но они облажались, раз мне пришлось лично прийти в этот зал и это факт, а значит должны стать полезны, чтобы сохранить свои жизни. Вот только я торговаться не собирался.

— Ритуал проведём сейчас же, — вбил я второй гвоздь в крышку их гроба. — Если ваша верность осталась всё той же искренней, как и ранее, то переживать вам не о чем. Предатели — умрут, верные — сохранят жизнь. Таково моё слово и оно… — прикрыл я на секунду глаза, касаясь вшитой в пространство этого места связи с Зазеркальем, а затем открыл их и со сталью произнёс: — Закон!

Римус свалился на пол. Ноги его подкосились и не смогли удержать объёмное пузо, которое едва сдерживали крепкие пуговицы бежевого пиджака. Азаи выругался и опустошённо опустил голову. Советник Билар попытался отступить, сделал два шага назад, побледнев от страха, но рядом с ним в один миг возникло двое рыцарей.

Их глаза вспыхнули жарким пламенем, а следом и лица. Вот теперь проняло уже всех. Советники расширенными глазами с изумлением смотрели на то, как головы воинов Летнего Дворца Фейри горели в огне. И тот не вредил им, ведь они — часть этого огня.

Я щёлкнул пальцами и весь зал вздрогнул. Стол разлетелся на мелкие частицы, взлетевшие к потолку и принявшие вид одной из звёзд, что украшали его. На том месте, где он был до этого, возникла шестиконечная печать, ранее скрытая в гранитном полу. Её грани и контуры загорелись синим огнём, а знаки на древнем языке обретали спящую силу.

— Начнём, господа, — сухо произнёс я и обвёл взглядом выживших членов Совета. — У кого из вас хватит храбрости первым пойти на суд?

Глава 28

Оказалось, храбрости ни у кого не нашлось. Советники отпрянули от сияющей печати, как от огня и начали переглядываться между собой. Каждый искал безопасный выход из ситуации, но найти его сейчас было невозможно.

— К чему этот фарс, Владыка? — недовольно заговорил Вален и немного нервно подкрутил ус. — Совет находится выше любых законов. Вы сами дали нам это право, а теперь хотите обвинить в превышении полномочий? Безгрешных