Судья королевского отбора - Олеля Баянъ

С дуновением ветра приходит волна холодного воздуха, от которого я невольно вздрагиваю. Князь замечает это и накидывает на мои плечи китель. От его внимания не ускользает то, как я носом зарываюсь в воротник и глубоко вдыхаю запах его тела, оставленный на одежде.

Теперь не только уши у меня горят, горит всё лицо. Я отвожу взгляд в сторону.

– Князь, подойти ближе не получится. Там вся земля в трещинах. Под нашим весом рухнет и тот выступ, за который держится его величество. Магия не работает. Что-то её блокирует, – докладывает тот самый подчинённый, которого мы встретили в лесу.

Фельтмаршалок кивает.

– Штэв, ты как? – кричит князь.

– Давай быстрее! – раздаётся натужное в ответ.

– Магия не работает, – сообщает его высокопревосходительство.

– …

Признаться, я не расслышала. Но могу предположить, что это было местное ругательство.

– Отправь человека найти спуск, – отдаёт приказ князь. – Остальных ко мне. – Полина Андреевна, – он поворачивается ко мне. – Сидите здесь и никуда не ходите, – и, дождавшись от меня заверения, что я прекрасно его поняла, отходит к подчинённым, у которых тоже горят глаза в темноте: красным, зелёным, жёлтым и другими цветами.

Те быстро снимают рубашки, из них связывают что-то вроде сетки. Часть солдат отходит немного назад, а двое остаются рядом с князем. Один из оставшихся взбирается на плечи другому. Князь залезает наверх этой пирамиды. Вот только, в отличие от второго, фельтмаршалок становится на плечи босыми ногами, которые тут же придерживает снизу сидящий.

– А где китель князя? Он же смягчит удар от падения, – слышу негромкое переговаривание солдат.

Раздается странный глухой звук.

– Ай! Ты чего толкаешься? А ты чего по моим ногам топчешься?

Я молча опускаю взгляд и впервые в жизни осмысливаю на все сто процентов фразу «провалиться под землю со стыда».

Напряжённая тишина вынуждает меня поднять глаза и увидеть момент падения «пирамиды». Князь вместе с землёй падает в бездну, но его держат за ноги. Под вторым солдатом тоже крошится земля.

– Тащи! – звучит приказ фельтмаршалока.

Стоявшие в стороне солдаты мигом подлетают к первому. Они слаженно и оперативно вытаскивают всех из бездны. Мне кажется, что моё сердце даже перестало биться на это время. И только когда последней достают Таяну, я слышу его учащённый стук. Я не выдерживаю и подбегаю к ней. За что зарабатываю хмурый взгляд от князя.

Участница сидит, обхватив себя руками за плечи. Глаза у неё, как блюдца. Лицо очень белое, даже губы побелели.

– Таяна, ты жива, – опустившись на колени перед ней, я обнимаю её.

Боже, какая же она холодная! Я тут же снимаю с себя китель, набрасываю на её плечи и принимаюсь растирать её руки. Бормочу успокаивающие слова.

– Там мертвецы, – дрожащими губами конкурсантка выдавливает из себя скрипучим голосом.

– Где мертвецы? – вкрадчиво переспрашивает князь.

– Там, – повторяет она и показывает пальцем на пропасть.

ГЛАВА 27. Магические жемчужины

– Я нашёл спуск, – это вернувшийся с разведки солдат докладывает о выполнении задания.

Его приход немного разряжает атмосферу, омрачённую словами Таяны.

– Нам нужна магия, Штэв, – князь не просит, требует.

– Ты ж знаешь…, – начинает король, но князь с нажимом в голосе повторяет:

– Нам нужна магия.

Правитель осеняет себя странными жестами, и тут его тело начинает сиять золотом. Проявляются не только магические артерии, вокруг него возникает ореол. Его величество резко хлопает в ладоши, и от него во все стороны исходит золотистая волна.

Левент прикрывает меня, но моё лицо всё равно опаляет жаром. Его высокопревосходительство проводит ладонью перед лицом, снимая симптомы.

Как по щелчку пальцев, загораются светящиеся шары. Они освещают всё кругом, получше наших уличных фонарей.

От такого выброса короля шатает из стороны в сторону. Рукой он быстро вытирает кровь, выступившую из носа.

Таяну оставляют с двумя солдатами, остальные идут с нами. Князь берёт меня за руку, значит, я тоже иду с ними. Он мрачнее грозовой тучи. Одного подчинённого послал вперёд, чтобы тот разведал дорогу, пока мы спускаемся вниз.

– Думаешь, захоронение? – спрашивает Штэван Второй, идущий рядом с князем.

– Нет, – угрюмо отрезает тот.

– Твои предположения?

– Все намного хуже. Скажу после того, как придём и посмотрим.

– Если не общая могила, то что? – видимо, на нервной почве у меня прорезался голос, а пережитый стресс подтолкнул на беседу. – Жертвоприношение? Поэтому магия не работает?

– Полина Андреевна, – цедит сквозь зубы его высокопревосходительство.

– А вот не надо! Я ещё не простила вам, что вы мне память подчищаете! – я говорю это громче, чем требовалось.

Сказала, даже отпустило немного. И горло перестало саднить.

За спиной раздались сдавленные смешки.

Фельтмаршалок оглядывается на своих подчинённых, но те даже не думают извиняться. Слышится перешептывание, слов не разобрать, и новый взрыв хохота, который обрывает фраза короля:

– Мы пришли.

До обвала тут явно была пещера под утёсом, скрывавшим весь этот ужас.

Одного только взгляда мельком хватает, чтобы меня пробрали дрожь и вымораживающий изнутри холод. Хочется развидеть ссохшиеся трупы, нанизанные на колья. Это только в фильмах мумии выглядят не страшно.

Сильные руки разворачивают меня, и я прячу лицо на груди князя, который обнимает меня, даря живительное тепло.

– Да, – протягивает кто-то из солдат. – Зрелище не для слабонервных.

Некоторое время царит молчание. Слышно, как скрипят камни под ногами солдат, наверное, осматривающих пещеру. Я поворачиваться больше туда не хочу. Сегодня даже любопытство больше искать приключений не хочет.

– Ритуал? – тихо спрашивает его величество.

– Да, смотри вон, в стене артефакт-символ, – также негромко отвечает фельтмаршалок.

– Твою ж …, – остальные ругательства король проглатывает.

– Теперь хотя бы знаем, с кем имеем дело, – более сдержанно реагирует князь, принимаясь гладить меня по спине.

От его поглаживаний клубок нервов внутри меня, накрученный последними событиями, распутывается. Напряжение, державшее в плену тело, медленно отпускает.

– Интересно, а Лава об этом знала? – не то обращаясь к брату, не то размышляя вслух бормочет Штэван Второй.

– Так погоди, – слышу в голосе его высокопревосходительства проявляется сталь. – Ты так быстро настоял на отборе, потому что к тебе пришла Лава и потребовала проведения отбора?

Ой, слышно, как стрекочут сверчки, или какое-то местное насекомое. Раз есть звуки природы, значит, безопасно. Буря пройдёт стороной.

Король молчит, ничего не отвечает.

– Да будь же она проклята! – ругается князь.

– Кто? Лава? А ты, я смотрю, храбрец, так проклинать её, – присвистнул король. – Не боишься гнева Единосущего?

– Меня он простит, – отвечает князь самоуверенно.

Что-либо сказать на это самонадеянное заявление правитель не успевает, к нам подходит солдат и докладывает:

– Мы всё осмотрели. Артефакт в стене поглощает магию.