Судья королевского отбора - Олеля Баянъ

class="p1">Его взгляд опускается к нашим рукам. И я замечаю, что крепко стиснула его ладонь. Быстро отпускаю и прячу руку за спину. На моё резкое движение его высокопревосходительство отвечает сдвинутыми бровями. Он молча разворачивается и удаляется.

– Я попрошу вас остаться на отборе до его окончания, – король обращается к Мирель. – Только так, в свете той информации, которую вы передали мне, я могу защитить вас.

– Мой народ мёртв, – с обречённостью в голосе произносит последняя участница. – И я умру. Это вопрос времени.

– Возможно, шаиримов мы не сохранили, но вот вашу силу ещё можно сохранить. Я прошу вас остаться и продолжить участие.

Конкурсантка задумывается на несколько минут, которые тянутся и кажутся часами.

– Хорошо, – соглашается она, наконец.

ГЛАВА 28. Прогулка по столице

Распространяться о том, что я видела, мне запретили.

– Право невесты именно этим и ценно, что никто не может рассказать о том, что происходило между его величеством и участницей, – поясняю другим судьям, когда Клеопра (кто бы сомневался!) спросила, что там происходило. – Ни он, ни она. Только Единосущему всё известно. Как судья могу заверить, что всё было в рамках приличия.

Стамийская фыркает. Рена никогда не страдала особым любопытством. Иль Лалибет испуганно наблюдает. А вот Ай Семь тихонько прислушивается к тому, что я говорю. У нас это называется «ловить каждое слово».

Оценивание много времени не занимает.

Зато на следующий день нас всех, судий, придворных, участниц отбора и министров собирают в тронном зале, где Штэван Второй перечисляет имена девушек, которые покидают отбор.

Из двадцати двух претенденток остаётся девятнадцать. Выбывшие были из аристократии. Две участницы покинули зал с достоинством. Правда, одна из них украдкой вытерла слезу. Зато третья закатила скандал. Она кичилась своими родственниками, титулами и сомневалась в судейских оценках. Её вывели родные, которые, видимо, находились при дворе по службе.

Эта некрасивая сцена омрачает прекрасный, солнечный день.

– Ваши судейшества, до объявления следующего испытания вы свободны. Вы можете выйти из дворца и прогуляться по столице, – после церемонии выбывания участниц объявляет нам король.

Так, а вот это уже интересно! Пора наведаться туда, где собраны все сведения об отборах, и разузнать всё не только об обязанностях, но и о правах и наградах для судий.

Хватаю Сарику за руку и чуть ли не вприпрыжку, не переодеваясь, с веткой цветов в волосах, бегу по аллее к воротам.

Вперёд! В главный храм Единосущего.

Мы идём пешком. Не хочу ждать, как другие судьи, карету и тратить на это время. Моё нетерпение можно погасить только движением. Внутренний навигатор хорошо работает, Сарика ни разу меня не окликает, чтобы поправить в нужную сторону.

Из-за собственной спешки, признаться, не успеваю рассмотреть красоты улиц. Успеваю только кивать прохожим, которые едва увидев моё красное платье, сразу останавливаются, кланяются и приветствуют:

– Ваше судейшество.

Дети кричат и радуются, что увидели иномирскую судью. Родители на них шикают, чтобы не так бурно реагировали, но тоже поддаются их восторгу. Я машу ребятне, чем вызываю ещё более яркую вспышку ликования.

– Не каждый день увидишь вблизи судью королевского отбора! – слышится откуда-то.

Сарика ведёт меня к храму, точнее, я её тяну, словно на буксире. Поразительно, что я запомнила дорогу сюда, хотя ездила тут всего лишь один раз. Уверенность в выбранной дороге растёт с каждым шагом и достигает своего апогея, когда мы выходим на прихрамовую площадь. Ко входу в храм ведёт лестница со множеством ступенек.

И вот преодолены последние ступеньки. Спускаться по ним было гораздо легче, чем сейчас взбираться.

Я стою перед входом и пытаюсь отдышаться, ведь зайти в священное место хотелось бы не запыхавшейся. Сарика стоит сзади и тоже тяжело дышит. Ловлю её взгляд с тенью укора.

Пожимаю плечами. Порой надо действовать, а не объяснять. А в этой истории очень много пробелов. По крайней мере, у меня. И мне нужно их заполнить. Срочно!

Я вхожу в храм и попутно осматриваюсь, выискивая к кому я могла бы обратиться со своей просьбой. Мой взгляд цепляется за фигуру главного жреца, стоящего возле изваяния их богу, у которого происходило наше явление.

– Мудрейший Сава! – окликаю я его и срываюсь с места, боясь, что он может исчезнуть или его отвлекут куда более важные дела, чем ответы на вопросы иномирской судьи.

На полпути я торможу себя и перехожу на шаг. Негоже так себя вести. Как меня, однако, незнание своих прав и правил подгоняет.

– Полина Андреевна, – узнаёт он меня, улыбается и кланяется.

Отвечаю ему реверансом. На мой приветственный жест священнослужитель одобрительно кивает.

– Вижу, вы не только наши обычаи перенимаете, но и боги вас отметили.

– Ах, это? – касаюсь рукой цветов в волосах. – Да, было дело. Великий князь усомнился в моей честности, вот я и обратилась к ним, чтобы защитили.

– Мудрое решение, – главный жрец предлагает сесть прямо на бортик монумента.

Пока я колеблюсь, не будет ли это считаться святотатством, он уже сел, поэтому присаживаюсь рядом.

– Мальчик порой горяч, – продолжает Сава, – но не стоит его корить. Работа у него тяжёлая, нервная. Что вас привело сюда, ваше судейшество?

– Мудрейший, я хотела бы снова почитать хроники прошлых отборов.

– Зачем вам это?

– В прошлый раз я сосредоточилась на испытаниях, но совсем упустила из виду правила и права судий.

– К сожалению, этого там вы не найдёте

Я приунываю.

– А как тогда?

– Давайте я отвечу вам на все ваши вопросы.

Его предложение вводит меня в ступор. Обычно при попытке хоть что-то узнать я встречаю только сопротивление. А тут – пожалуйста! Значит, надо пользоваться моментом.

– Какие есть правила для короля и участниц?

– О, – протягивает Сава, – их совсем немного. Королю следует выбрать себе королеву умом и сердцем, такую, которая будет идти с ним рядом по жизни. Только его слово решает, останется ли участница или нет. Участницам следует открыть свои сердце и разум. Последний и проверяется Аркой Помыслов. А их сердца раскрываются на протяжении всех испытаний. Думаю, вы уже с этим успели столкнуться, – он чуть наклоняет голову и заглядывает мне в глаза.

– Со многих слетели маски, – подтверждаю его слова.

– Кроме того, у них есть право невесты.

– Уже наслышана о нём.

Священнослужитель кивает и переходит к следующему правилу:

– Участница единожды может воспользоваться отказом участвовать дальше в отборе. Однако решение короля главнее, – указательным пальцем вверх напоминает Сава. – Он может оставить её.

Так вот почему баронесса Тика так разъярилась, когда Штэван Второй отказал ей в просьбе. У неё был только один шанс.

– А что насчёт судий?