Судья королевского отбора - Олеля Баянъ

Улыбнувшись, Клеопра вытирает уголки губ пальцем и облизывает его подушечку. После активных упражнений её никогда не тянет на сон. Она встаёт, чтобы пройти в ванную комнату и освежиться.

Когда судья возвращается, на столик из воздуха падает свиток.

Перед ней возникает дилемма: прочитать или нет. Возникает всего лишь на миг, потому что она хочет жить и остаться в этом мире. Для этого придётся обзавестись друзьями, связями, положением и, самое главное, информацией.

Клеопра раскручивает свиток. К счастью, он не был ничем скреплён. Хорошо, что предыдущий любовник, Баранэра, расщедрился на заклятье Плюмуса и теперь она может читать. Толстый боров! Его сиплая отдышка вызывала только отвращение. Приходилось самой себя стимулировать, чтобы хоть как-то облегчить соитие.

Кидает взгляд на спящего мужчину. А вот с Милошем ей повезло! Опытный любовник, проявляющий заботу не только о своём удовольствии, но и о партнёрши.

Эх, жаль, что рыбка покрупнее сорвалась! Великий князь ловко избегает хитро расставленных ей сетей. Зато сам липнет к этой Полине, а та носом воротит. Поспала бы она с Баранэрой, бегом бы сама понеслась к фельтмаршалоку в постель.

Она возвращается к письму и вчитывается в текст. В её глазах появляется блеск, губы расплываются в коварной улыбке. Это она очень хорошо попала! Неужели Милош, который тесно общается с королём и его братом, примыкает к заговорщикам? Зачем тем прощупывать судий?

Иметь заботливого мужчину под боком, конечно, хорошо, но желание жить сильнее.

Клеопра ещё раз перечитывает письмо, запоминая имена.

Она пошла по этому списку, прощупывая всех упомянутых. Да, ей пришлось с ними спать. К тому же она мастер интриг, но один раз всё-таки допустила ошибку. Как и здесь, просчиталась, перегнув с ревностью.

Ей безумно повезло, что великий князь обратил внимание на несвойственное поведение помощника одного из министров и тот не прирезал её. Правда, поранил сильно, что князю пришлось вызвать мага, который искусно наложил иллюзию на её внешний вид, чтобы не было видно, насколько сильно она пострадала.

Теперь Клеопра была осторожнее. Она не так рьяно бросалась в постель, используя ту как прикрытие, чтобы порыться в документах и письмах в поисках крупиц важной информации.

Нашла! Судьям предлагают награду после завершения отбора. Жаль, что остаться нельзя. Или можно?

Иномирных судий призывают в Аидэлэр в боги этого мира. Единосущий и три его дочери – Рендита, Сперанта и Лава.

Покопавшись в библиотеке, где пару раз она наткнулась на великого князя, а ещё сколько раз уворачивалась от встреч с ним, Клеопра изучила местную веру и божество.

Единосущий подарил жизнь всему здесь, как это делают старшие боги в других мирах. Магия – это энергия, которую он излучает. Её переизбыток ведёт к огненному циклону, выжигающему всё живое.

К нему обращаться бессмысленно. Он приходит только к своим жрецам, и то не ко всем, а только избранным.

Помогают ему его дочери, которых в некоторых преданиях называли младшими богами. Согласно официальной истории, они родились из сгустков его энергии. Дочери гораздо чаще являются перед простыми смертными и отвечают на их молитвы.

Рендита символизирует веру, Сперанта – надежду, а Лава – любовь.

«Во что верите, то и сбывается. На что надеетесь, то и становится реальностью. Что любите, то и имеете.»

Странная фраза, характеризующая трёх богинь.

Кого же из них выбрать?

Лава? Кому, как не Клеопре, знать, что любви до смерти не существует. Секс – всего лишь источник удовольствия, но не более того.

Сперанта? Надеяться больше Стамийская никогда не будет. Отнадеялась в прошлой жизни. Сама себе не поможешь, никто не поможет.

Остаётся только Рендита. Откликается она только на молитвы тех, чья вера неистова. Раздобыть молитву не составило труда. А сколько времени потребуется на её призыв?

Клеопра опускается на колени. Даже в этом движении чувствуется непоколебимая уверенность в успешности затеянного. Она складывает руки в молитвенном жесте и открывает рот. Однако ни одного звука не срывается с её губ. Судья молчит.

Проходит несколько минут…

– Я слушаю, – раздаётся сзади глубокий ровный голос, в котором проскальзывают нотки интереса.

Клеопра поднимается и поворачивается. Её плечи отведены назад. Подбородок смотрит вверх на пришедшую в её покои богиню, которая ничем не отличалась по внешнему виду от обычной женщины. Судья хмыкает.

Вдруг сверху на богиню сыплются золотистые искры. Слышится голос женщины, призывающий Рендиту. Та вслушивается в тихое бормотание и встряхивает головой. Искрить перестаёт.

– Зачем позвала? – богиня начинает по кругу обходить Клеопру.

– Я хочу жить.

– Ты и так жива.

Стамийская смеётся.

– Пока я нужна вам в качестве судьи, я жива.

На этот раз хмыкает богиня, зашедшая за спину просительницы.

– Что ты можешь предложить взамен? – появляется Рендита сбоку.

– А что вы посчитаете достойным?

Богиня становится прямо перед иномирянкой.

– Откроешь школу с моим именем и станешь обучать девушек тому, что знаешь сама. В рамках местной культуры, разумеется.

Клеопра прикидывает, чем это ей грозит. Никаких плотских утех! Иначе в этом мире никто не доверит ей свою дочь. С учётом того, что о её похождениях уже известно первым лицам королевства, то привлечь первых учениц будет крайне трудно.

Однако это лучшая из возможных перспектив.

– Я согласна.

– Тогда подпишем договор.

***

Ай Семь Ид Три Ипсил Шесть Два

Местные развлечения, конечно, отличаются от тех, к которым она привыкла в своём мире.

Взять хотя бы доманим. Разрешённое средство, усиливающее чувствительность, обостряющее восприятие и дарящее запредельную эйфорию. Главное не переусердствовать с дозой. Надо принимать ровно столько, сколько прописали в лаборатории, иначе передозировка вызывает побочные эффекты в виде пристрастия и потери пространственно-временного восприятия.

Тут же ничем таким нельзя догоняться. И получается, что здешние забавы имеют не настолько ярко выраженное воздействие на центры коры головного мозга, отвечающие за удовольствие.

Приходится довольствоваться тем, что есть.

Однако и эти увеселения могут принести приятную физическую усталость. Улыбаясь, Ай Семь заходит в свои покои, проходит в спальню и падает спиной на кровать. Вытягивается на постели, похрустывая позвонками.

Она замечает в зеркале неправильное отражение. Всю усталость как рукой снимает. Девушка подбирается и настораживается.

Зеркальная гладь покрывается рябью, и из неё выходит женщина, закутанная в чёрный плащ. Лицо незнакомки скрывает глубокий капюшон.

– Доброй ночи, ваше судейшество, – её голос звучит уверенно, даже слегка насмешливо.

Это не нравится Ай Семь. Ведь у неё один из лучших генотипов, уникальный и настоящий, а не реплика. С ней так никто не разговаривал.

– Я сейчас позову князя, – без тени улыбки предупреждает судья незваную гостью.

– И тогда вы