Судья королевского отбора - Олеля Баянъ

Вот как Вайронике удаётся всё предусмотреть и просчитать? Хотя, нет. Вспомнив её внешний вид за завтраком, «всё» у неё точно не получается, а вот подловить может.

Поздно сокрушаться. Остаётся только наслаждаться. Надеюсь, наш отбор наберёт хотя бы популярность.

– Так, девушки, – я встаю, поворачиваюсь к «камере». – Улыбаемся и машем! – что и делаю сама.

Первой присоединяется Клеопра, сообразившая выйти вперёд и закрыть меня, чтобы её лучше было видно.

Сперва конкурсантки тушуются, кто-то ойкает, многие краснеют, но потом подключаются к веселью, которое обрывается с приходом её высочества.

Принцесса Илимена Катахази де Браера замирает на входе. Она оглядывает всех немигающим взглядом, полным равнодушия, и без единого звука проходит к артефакту, замолчавшему ещё во время диктовки ответа.

– Прошу сдать письменные ответы, – с улыбкой обращается к нам её высочество.

Когда я подхожу со своим списанным ответом, отдаю листок, как наши пальцы соприкасаются. Я даже вздрагиваю от того, насколько ледяные у принцессы руки. Смотрю чуть более пристально на неё. Улыбка, как приклеенная. Илимена нервничает, но привыкла скрывать свои чувства на людях. Положение обязывает.

Не сдержавшись, пожимаю её руку и искренне улыбаюсь. На мгновение маска безразличия исчезает. На её место приходит удивление, но её высочество быстро возвращает себе былую невозмутимость и принимает ответы других.

Обед проходит быстро и в духе завтрака. Я надеялась, что хотя после него дадут немного передохнуть, но как бы не так!

Нас отводят в бальную залу, где три часа подряд идут уроки танцев и хороших манер, на которых мы учимся делать реверансы. К нашим спинам привязывают кресты, чтобы ходили прямо. Разумеется, простолюдинки путаются, им трудно запомнить движения. Впрочем, судьям тоже нелегко. Разве что Клеопра и иль Лалибет сразу схватывают все па.

– Зачем эти лишние движения? Зачем покачиваться? Зачем просто поднимать руку? – эти вопросы исходят от Ай Семь.

– Это традиционный танец, открывающий бал, – отвечает Илимена. – Его создали много веков назад, поэтому сейчас смысл движений уже утерян, – она с достоинством и спокойствием отвечает на каждое «зачем» и «почему». – Исследователи полагают, что это знак приветствия. Так, – её высочество принимает другую позу, – знакомились.

Сразу после занятий мы всем цветником направляемся на прогулку по парку. Её высочество ставит нас парами, зачитывает правила, как должна вести себя принцесса.

Во время променада мы ни разу не присаживаемся отдохнуть. Когда поворачиваем обратно, ко дворцу, слышится дружный вздох облегчения. Вот только на ужине наше мучение на заканчивается.

За ним следует ещё несколько часов конспектирования из учебников по истории мира. И только когда глаза начинают слипаться, а зевоту невозможно сдержать, принцесса благодарит всех за участие и объявляет день законченным.

Конкурсантки торопливо покидают учебный класс, а нам, судьям, надо ещё выставить оценки её высочеству. Зашедшая в класс распорядительница об этом сообщает, когда нам приносят таблички.

В этот раз первой начинает Рена. Она выставляет только три балла.

– Королева – это не только танцы, книжки и реверансы. Это битва, которая длится всю жизнь правителя, – отвечает она, когда Вайроника просит пояснить. – Пока я не увидела ни одного воина.

– Женщине не нужно бегать на перевес с мечом или копьём, – не выдерживает Клеопра, высказывая накопившееся несогласие. – Для этого есть мужчины. Пусть они защищают.

При оценивании девушек, выступающих в театре, она явно была против низких отметок, но терпела. И вот её прорвало.

Между ними назревает нешуточный спор. Вон даже иль Лалибет сжалась в кресле.

– Мы здесь для того, чтобы помочь королю выбрать королеву, опираясь на свой опыт и взгляды, – я вмешиваюсь, пока обе не раздули конфликт. – Если отбросить неприятный сюрприз в виде дня в качестве принцессы, то можно увидеть, что её высочество всю свою жизнь готовилась к тому, чтобы стать королевой. Многие ли из нас обрадовались раннему подъёму? Все ли поняли и законспектировали лекцию?

– Между прочим, это ты сорвала занятие, – вставляет Клеопра, переходя на «ты».

– А вы поддержали и с огромным аппетитом уплетали пирожки, – парирую, в ответ звучит цоканье. – Почти никто не справился бы с заданием, если бы нам не продиктовали ответ. Кроме того, посмотрите, с каким достоинством и спокойствием принцесса Илимена восприняла факт срыва урока! Я не знаю, какая проблема возникла, что потребовалось её присутствие, но даже тут её высочество не растерялась. Она нашла выход из ситуации. Всегда и всё ли идёт по плану? Умение выйти из ситуации с достоинством и не наделать грубых ошибок – важное умение для будущей королевы. Я считаю, что принцесса прошла задание блестяще, – и поднимаю табличку с высшим баллом.

– Она вас била, – подаёт голос со всего места Ай Семь, а потом только наклоняется, чтобы посмотреть на меня. – Физическое насилие, да и вообще касаться без разрешения непозволительно, – и выставляет три балла.

– Она била, потому что били её. Если вас это не устраивало, почему же вы тогда молчали? – не соглашаюсь с судьёй из техномира. – Замечу, что молчали и участницы, даже из знати. Могу сделать вывод, что подобные наказания здесь обычное дело.

– То есть вам нравится, когда вас бьют? – вопрос с подвохом звучит от Клеопры, у которой на лице написано, что она жаждет меня унизить и сбросить с пьедестала. Вот только бы узнать, когда я на него взобралась?

– Я не сторонница подобных наказаний, но было любопытно посмотреть, насколько далеко зайдёт принцесса, как сильно её наказывали, – развожу руками. – Как вы сами видели, дальше ударов прутиком при ошибках дело не зашло.

Нет, я не оправдываю Илимену, но, прожив здесь почти два месяца, поняла, что в Лиавуэре свои законы, больше похожие на законы дореволюционной России. Мне, как современному человеку, трудно принять чужемирные нормы поведения и воспитания, но вмешиваться и лезть на амбразуру – не выход.

Если бы её высочество отдала приказ выпороть за ошибку, то я бы не смогла промолчать. Мне действительно было любопытно узнать, отдаст ли она этот приказ. Если ребёнок в детстве подвергался физическому насилию, то велика вероятность, что во взрослой жизни из жертвы он превратиться в агрессора. Но принцесса сдержалась даже тогда, когда поняла, что её провели с мнимой, а может, и подстроенной уловкой, чтобы выманить из учебного класса. Она никого не обвинила, не обозвала, не наказала, а продолжила вести себя так, как и планировала. Даже на следующих занятиях не отыгрывалась и не унижала.

Взгляд сам находит леди Наирэль, сидевшую на кресле и с улыбкой наблюдающую за нашими дебатами. На коленях у неё лежит