Герцогиня Хардин - Эльза Скарлетт

— Итак, котятки мантикоры, — произнесла маркиза. — Сэкономим время на разговорах о погоде и здоровье. Я вам расскажу дальнейшие действия, а вы будете внимательно меня слушать и примерно себя вести, дабы не вызвать между нами… недопонимания.

От тона леди Миарани мне стало не по себе, мурашки побежали по всему телу, как вчера в ресторации. Сама собой выпрямилась спина, а руки легли на юбку поверх друг друга. Элдрин поперхнулся чаем и несколько скептично посмотрел на леди.

— А вам, юноша, я обещаю, что на следующей же неделе сосватаю за герцогиню королевства Итилиен, если мне не понравится ваше поведение. Ваша матушка уже давно просит подыскать вам подходящую кандидатку. Однако до женитьбы вашего брата, сильной нужды не было. Вы же знаете, что такое целомудренная связь свадебной пары?

Элдрин несколько занервничал, сглотнув слюну. Видимо своей личной свободой он все же сильно дорожил, так как ныне не используемая целомудренная связь, использовалась в древние времена, обеспечивая верность заключающих помолвку до магического брака.

Стомиан прикрыл рукой рот не сумев сдержать улыбку.

— Вы в общем меня поняли. Верно, котятки?

Мы поспешили согласно закивать.

— Чудно! А говорили, что с современной молодежью трудно найти взаимопонимание, — обрадовалась маркиза, наблюдая как подавальщица выставляет чайничек и чашку, трясущимися руками. Девушка так нервничала, что все же пролила каплю напитка на застеленный белой скатертью стол и испугавшись этого, поспешно сбежала.

Маркиза посмотрела ей в след снисходительно-печальным взглядом и уставилась на желтое пятно, как на таракана, тяжко вздохнув.

— Так вот, — наконец произнесла она. — Сейчас мы едем на вернисаж, и час показываем себя воспитанными и идеальными в манерах существами. Потом даем короткое интервью газете «Культурные события» и полчаса гуляем по скверу Символизма. «Обеляем» репутацию всей вашей компании. Лаэрд Гохре составляет пару леди Сенье, лорд Ризгас — леди Хардин, а вы, мой «светлый-вампирский» друг, сопровождаете меня.

— Леди Миарани, мой папенька будет очень недоволен моим появлением на публике в сопровождении Стомиана, — робея заметила Линетта.

Тетушка Тенебрея посмотрела на нее снисходительно:

— Милая, я же сказала «обеляем» репутацию, — леди выделила голосом слово «обеляем» и многозначительно посмотрела на подругу и дракона. — Ваше дело — делать как я сказала, мое — сделать так, чтоб все вокруг поверили в ваши исключительно равноправные дружеские чувства. А поправлять репутацию нужно вам всем и заводить полезные знакомства тоже. С вашимиLes parents[1]я общалась. И ваша матушка мне абсолютно доверяет, так что вам не о чем волноваться, милая. Я уже утром навела справки о вас и знаю все. Так что пару часов во благо хорошего впечатления вам не помешают.

— Богиня терпения, одари меня на эти несколько часов своей благодатью, — услышала я грустное бормотание Элдрина. — Терпеть не могу светские мероприятия.

— Придется напрячься, лорд Элдрин, — ответила ему леди надевая перчатки. Видимо несмотря на возраст слух у нее был отличным. — Идемте. Нас ждут великие дела!

В карете, пока мы ехали, нас ждали дальнейшие инструкции как себя вести и чего не следовало делать.

— К друг другу обращаться на «вы», но по имени. Вам это позволительно, — поучала маркиза. — Ко мне — либо «тетушка», либо по титулу. Это будет современно и в стиле вашего времени. К остальным, естественно, как положено. И улыбайтесь, котятки, все должны понять, что вам весело и комфортно. Лорд Ризгас, продемонстрируйте!

Элдрин сидевший хмурый и печальный, тут же продемонстрировал оскал в стиле своих древних, воинственных и плотоядных предков.

— Отлично, но чуть менее напряженно и более естественно, — сверкнула леди на него глазами в немой угрозе. — И зубы можно спрятать.

Элдрин снова отвернулся к окну.

— Кстати я вам не говорила имени вашей потенциальной невесты?

Дроу тут же снова повернулся, растягивая губы в улыбке-ниточке.

— Так-то лучше, — похвалила его маркиза.

А мы как раз подъехали к зданию художественного музея.

— Лорд Тирел, ваш выход, — намекнула леди.

Вампир вышел первый, подав леди Миарани руку. Следом были мы с Элдрином, и Стомиан с Линеттой.

Красивому и величественному зданию в стиле рококо вела зеленая ковровая дорожка. У входа к галерее стояли вывески сегодняшнего мероприятия с именами знаменитых артистов и авторов, чьи произведения выставляются на обозрение. В холе гардеробщики забрали у нас верхнюю одежду и выдали программки. Распорядитель, встречающий гостей, рассыпался в комплиментах и приветствиях перед тетушкой Тенебрея. Из их разговора я поняла, что ожидаются и представители королевской семьи, однако не ясно было кто именно.

Нас проводили на второй этаж и оставили «наслаждаться искусством». Мы следовали за маркизой улыбаясь и отвечая на приветствия других гостей.

Первый зал был посвящен современному художнику, судя по программке очень известному и жутко экстравагантному. «Экстравагантность» я оценила сразу, взглянув на первую картину, на которой были изображены хаотично нанесенные пятна краской разных цветов. Все же искусство входило в обязательную программу обучения аристократок, и я вспомнила, что такой стиль назывался ташизм[2].

Подошел слуга-бармен с подносом, на котором стояли игристые вина. Элдрин «впечатлившись» картиной тут же схватил бокал и залпом проглотил его. Следующий он вручил мне и сразу взял еще один.

— Лея, на «это» смотреть лучше, будучи немного пьяной, иначе психика не выдержит, — посоветовал он, склоняясь к моему уху. И я сочувственно ему улыбнулась.

— Больше никакого шампанского! — шикнула на него маркиза и хоть ее глаза злобно сверкали, улыбка оставалась милой и вежливой.

— О-о! Маркиза! — воскликнул из другого конца зала чудаковатый орк картинно всплескивая руками и тут же устремляясь к нам. Одетый в модный камзол с «подстреленными» штанами и такой же цветастый галстук, никак не сочетавшиеся с верхом, он напрочь разбивал сложившиеся об их расе устои сильных, грубых и хладнокровных воинов.

Его рожа в программке значилась как мастера выставляемых шедевров.

— Ах, какая радость! — так же картинно всплеснула руками леди, отпуская локоть Тирела и разворачиваясь. — Вы ли это, Риш?!

Судя по всему, имя «Риш» было каким-то прозвищем или сокращением, так как таких имен у орков не было.

Художник поцеловал воздух у руки маркизы и вонзился взглядами в нас. Что и говорить, местные «ценители» искусства заинтересовались этим представлением и мы моментально стали главными объектами интереса в зале.

— …Там телок было много, и нервы, как канат. Но я не недотрога, дала понять с порога, на выставке Риш Тора я — главный экспонат[3]… - пользуясь отвлеченностью нашей шаперон, едва слышно напевал себе под нос дроу.

Тирел стоящий около нас, усмехнулся пряча улыбку в кулак.

— Риш, знакомьтесь, это мои протеже, адепты столичной академии магии и участники турнира магов.