Герцогиня Хардин - Эльза Скарлетт

— Тогда вам понравится. В нашей семье, так сложилось, что все любят море и корабли. Это, конечно, не корабль, но в столице уже это хорошо.

— Это ваша яхта? — поинтересовалась я.

— Конечно нет, — улыбнулась, поворачиваясь ко мне маркиза. — Это Корина.

— В твоем дворце я видела другую яхту, поменьше, — заметила, подняв голову.

— Эта часто ходит по реке к морю по моим личным поручениям. Тогда ее не было, она ушла за заказом для королевы.

Мы подошли к мостику и Корин помог мне и маркизе перейти по нему на палубу, где нас встречал гном. Убрав складывающийся мостик, гном нас повел на верхнюю палубу. И я с удивлением рассматривала артефакты, управляющие этой красавицей. Гном-капитан мне с удовольствием и гордостью рассказывал об особенностях маневрирования тут же демонстрируя. Яхта отчалила от пристани сопровождаемая возгласами мальчишек, махающих руками.

— Лейяна, спускайтесь вниз, — оторвала меня от увлекательного занятия маркиза. — Успеете еще обо всем разузнать. У вас не так много времени, чтоб побыть вдвоем.

Я с сожалением пошла вслед за некромантом. На каблуках спускаться по лесенке с узкими ступеньками было неудобно и я едва не оступилась, рискуя попой посчитать их количество. Вовремя меня поймал Корин, помогая выровняться. Меня провели через небольшой коридорчик, мимо узких дверей в каюты на носовую палубу.

Нижняя палуба была полностью закрытой, но с прозрачным носом. Как что здесь было гораздо удобней, чем наверху. Сбоку располагался компактный бар с небольшой кухней, а посередине полукруглый диван со столом, смотрящий вперед. Интерьер был оформлен в бежевых тонах с лазурными легкими занавесками, подушками и ковром. Столик был сервирован бокалами, тарелками и вазами с фруктами и конфетами. Стояли торшеры с красивыми букетами цветов.

Тенебрей помог мне снять плащ и проводил к дивану. А сам ушел к бару, откуда принес бутылку вина.

— А где маркиза? — спросила я, только сейчас обратив внимание на то, что ее с нами нет.

— Тетя осталась наверху, — ответил некромант, разливая вино и подавая мне бокал.

— Она к нам не спустится? — удивилась я.

— Сейчас нет, — коротко ответил он, опускаясь рядом со мной. — Сегодня нужно сделать еще кое-что. Тетя договорилась о нашей встрече с репортером «Вестника королевства». И мы должны дать короткое интервью. А потом я верну тебя в академию.

— Зачем? — испугалась я, отпивая вкусное и легкое вино.

К интервью я не была готова и не хотела этого. И не хотела, чтоб обо мне и Тенебрее писали в газетах.

— Лея, это необходимо. О тебе стали целенаправленно распространять слухи. Пытались выпустить лживую статью в так сказать «народной» газете. Это нужно пресечь. И с женщинами нужно бороться женскими методами. Потому я и попросил тетю заняться этим.

— А потом? — я подняла глаза и требовательно посмотрела на некроманта. — Как объясняться потом? И что говорить?

Глаза Тенебрея потемнели.

— Говори, что считаешь нужным, — ответил он мне вставая и приближаясь к прозрачному носу яхты, рассматривая ночной город.

Я знала, что расстроила его своим вопросом. И мне даже стало немного стыдно. Но он мог хотя бы заранее предупредить меня, рассказать обо всем как есть на самом деле? Спросить, что я об этом думаю.

Я поставила бокал на стол и приблизилась к окну. Мы плыли по каналам и через перекинутые, с одного берега на другой мостики, по которым двигались кареты, повозки и шли прохожие. Махали свесившись с перил дети.

— Почему ты мне не сказал сразу? — спросила я.

— Не хотел расстраивать, — пробормотал он.

— И все равно расстроил. Ты так и будешь все решать, ставя меня перед фактом?

Корин повернулся ко мне корпусом и наклонил голову на бок.

— Лея, как тебе моя тетя? — услышала я вопрос.

Повернув голову, я посмотрела на своего жениха, не понимая зачем он спрашивает, если сам это все затеял.

— Замечательная леди, — ответила я дежурной фразой.

Мы проплывали мимо площади с каким-то величественным храмом, разбитыми аллеями и монументом.

— Ты сегодня какая-то другая, будто зажатая. Это же из-за тетушки?

Отвечать я не стала, но с причиной Тенебрей угадал. Почему-то леди Миарани вызывала во мне страх.

— Это площадь всех богов, — не стал дальше развивать тему Тенебрей, переключая мое внимание на пейзаж за окном. — Здесь находиться главный храм и несколько других, поменьше.

— Как много я не знаю о городе, — заметила я. — Сейчас жалею.

Повисло молчание. Видимо до моего жениха все же дошел смысл замечания.

— Лея… — я скорее почувствовала, что Корин стоит у меня за спиной. — Не злись. Я и тетя так поступаем ради тебя.

— Не надо решать за меня.

Я развернулась, смотря некроманту прямо в глаза. Встретившись с фиолетовыми глазами, потемневшими и серьезными, я ожидала, что же будет дальше.

— Нужно было что-то делать быстро. И я действительно так решил сам. Но я лишь хотел защитить тебя, Лея.

Его рука поднялась и заправила мне локон за ухо, нежно очертив овал лица. И я не выдержала, опустив глаза.

— Цимерийское кладбище опасно? — решилась спросить я, снова поднимая взгляд.

— Ты слышала разговор ночью? — удивился Тенебрей.

Я закусила губу.

— Не все, только некоторые моменты, — призналась ему.

Корин сделал маленький шаг вперед обняв и прислонившись лбом к моему лбу.

— Значит ты можешь сопротивляться моей магии, — сделал он вывод. — Да, старое Цимерийское кладбище считается опасным. Но не для всех, — Корин улыбнулся. — Будешь переживать?

Близость волновала, а дыхание, касавшееся моего лица, пробуждало скрытые желания. И больше всего я сейчас хотела получить поцелуй. Да, я злилась. Была огорчена. Но я понимала, что это забота. Такая, какую может проявить Тенебрей.

— В следующий раз, пожалуйста, говори сразу все как есть, — попросила я. — Да, буду переживать.

Ладонь легла на мой подбородок, приподнимая лицо. И я ощутила легкий поцелуй в висок. Мне было этого мало и я негодующе посмотрела на некроманта.

— Это извинения?

Корин усмехнулся выпрямляясь.

— А это сойдет за извинения? — спросил он, иронизируя и включаясь в мою игру.

— Нет, — категорично заявила ему. — Таких извинений недостаточно.

— Лея, ты же сама мне запретила тебя целовать.

— Ты тоже иногда делаешь ошибки и бываешь не прав, — заметила я.

Тенебрей обнял меня притягивая к себе, так что моя голова легла ему на грудь. И я почувствовала, как его торс трясется от тихого смеха.

— Непостоянство, имя тебе — женщина! — пробормотал он, почти процитировав слова лорда Сенье, прозвучавшие не так давно и продолжая смеяться. — Если бы ты знала, от чего я тебя спасаю, то поняла, что и тут я прав. Но я не хочу, чтоб ты знала. Ты лучше