Герцогиня Хардин - Эльза Скарлетт

Приподняв рукой мой подбородок и продолжая обнимать, Корин наконец-то поцеловал меня.

Время остановилось в тот же миг. А я растаяла от нежности и ласки. Я сама обняла его за шею и привстала на цыпочки, чтоб быть ближе, чтоб ощутить всю ту гамму чувств, что дарил мне этот поцелуй. Я уже начала думать, что ощущения, которые у меня пробуждались, были мною преувеличены. Что не все так остро и сладко, как я помнила. Но это было не так. Все было еще волнительнее, чем я помнила: слаще, желанней. Останавливаться не хотелось. Легкий вкус вина на губах, легкие покалывания щетины, нежные касания… Мне нравилось все.

Поцелуй оборвался от того, что наш катер остановился. Посмотрев в окно, я увидела, что мы причалили к другому пирсу.

— Идем, сядем. Сейчас придут репортеры, — сказал мне с сожалением Тенебрей.

Он проводил меня обратно к дивану и подал бокал, усевшись рядом и взяв за руку. А через несколько минут, мы услышали голоса с верхней палубы и шаги по лестнице. К нам спустилась маркиза в сопровождении молодого и лощенного эльфа, одетого кричаще и модно, и пожилого, грузного гнома. Эльф был весьма разговорчив, рассыпался в комплиментах и приветствиях. Он сразу же оценил обстановку, цепко прошелся по нам взглядом, задержавшись на фасоне моего платья, пожал руку Тенебрею и поцеловал мне. Гном вел себя более отрешенно и сдержанно. Он не спеша поздоровался, поклонился, сам принес себе кресло и подвинул его к столу напротив нас, удобно расположился и разместив на коленях большой альбом, принялся рисовать карандашом.

— Дорогие, это репортеры «Вестника королевства», самой читаемой газеты в Риордании, — представила гостей маркиза. — Постоянный репортер газеты Ширель эри Льениэр и портретист Руми Оттодорн.

Гном не отвлекался от рисования, изредка смотря на меня и Тенебрея, не участвуя в беседе. А вот эльф, оценив удобное положение коллеги по цеху, взял второе кресло и поставил его рядом с гномом, оказавшись напротив нас. Положив свой блокнот на стол и самопишущее перо, он удобно разместился в кресле закинув ногу на ногу с видом хозяина положения, и расплылся в хищной улыбке.

— Позвольте предложить вам вина, дорогие гости? — спросила маркиза, ничуть не смущаясь немного непозволительного поведения репортеров.

— Ну, разве что бокал за знакомство и для приятной обстановки во время беседы, — будто разрешил эльф, фривольно махнув рукой.

Пока маркиза хозяйничала, на нас посыпались вопросы: знакомы ли мы были до помолвки, когда встретились; как я училась в Сарнгейте; почему перешла в столичную академию; почему мой отец не взял других учеников, кроме меня; как я оказалась в команде по магическим играм; не способствовало ли мое попадание в команду чьей-либо протекции? И так дальше…

Отвечали мы практически по очереди, в зависимости от того, к кому больше относился вопрос. Ответы я давала взвешенно и осторожно, чтоб случайно не рассказать больше, чем следовало знать общественности. Корин сильно помогал мне, уходя от самых неприятных вопросов и отвечая так что придраться было не к чему. Сама бы я так не справилась. Перо строчило записи лист за листом, практически не останавливаясь.

— Герцогиня, — последовал следующий вопрос, — наших читателей весьма интересует, так правда или нет, что вы встречались с Элдрином Ризгасом, вторым наследником герцога Ризгаса?

Надо отдать должное, эльф знал обо мне очень многое и пытался вытянуть это на всеобщее обозрение. Корин несколько нахмурился и недобро посмотрел на эльфа.

— Помилуйте, дорогой Ширель, о чем вы говорите? Разве может титулованная леди, такого высокого положения, как герцогиня Хардин, встречаться с кем-либо, без разрешения опекуна или короля? — маркиза натурально всплеснула руками.

— Но леди Хардин, в то время еще обучающаяся под именем графини Харель, посещала город с наследником Ризгасов, — возразил эльф, сверкнув глазами и поддавшись вперед, будто хищник почуявший добычу. — Причем гуляли в городе они вместе, что позволяется титулованным особам только после помолвки.

— Лаэрд эри Льениэр, — вмешался Тенебрей, — как вы сами заметили, Лейяна, вынужденная сохранять легенду о более низком титуле, не могла отказать более титулованной особе. Но эта встреча носила более дружеский характер, чем вам может показаться и происходила не наедине. Ввиду того, что это был королевский приказ, прошу вас этот вопрос не публиковать.

— «Вестник королевства» — независимая от королевских указов газета, — возразил эльф. — Мы можем и не подчиняться приказам и распоряжениям королевских властей. Мы публикуем то, что волнует наших читателей.

— Но публиковать то, что касается внутренней безопасности, вы не можете, — заметил Корин.

— А как посещение города с Элдрином Ризгасом может касаться внутренней безопасности королевства? — не унимался эльф.

— Встреча — никак и я вам уже объяснил причины. А вот другое имя герцогини Хардин и причины, по которым король так решил поступить, не ваше дело и на газетные полосы попасть не должно. Я вас весьма прямо предупреждаю о последствиях.

Все последние строчки в блокноте эльфа вспыхнули, выгорая. И он, поджав губы, с сожалением посмотрел на это. Но тут же оживился, для следующего вопроса:

— Герцог, кстати, о вас. Король объявил о том, что вы приобрели силу Темного лорда. Насколько хорошо вы ее можете контролировать? Не угрожает ли это безопасности окружающих? Мы все понимаем, что неконтролируемый выброс тьмы может причинить существенные разрушения.

Тенебрей усмехнулся и его глаза заволокла тьма, а в помещении потускнели светильники и из углов поползли, удлиняясь тени, приобретая форму и даже очертания размытых силуэтов. Стало жутко и немного страшно, так как они почти окружили нас покачиваясь и кружась. Гном боязливо притянул к себе свой альбом и поджал немного ноги, а у эльфа буквально отпала челюсть. Это длилось всего одну очень долгую минуту и потом силуэты из истинной тьмы снова втянулись в углы и тени, возвращая свет. Глаза некроманта приобрели снова свою форму.

— Я вполне контролирую тьму в себе. Надеюсь вы удовлетворены ответом.

— Д-да, — сглотнул эльф, снова расслабляясь. — А что насчет вас, герцогиня? До нас дошла информация, что вы спасли во время открытия разлома в академии нескольких адептов.

Мне пришлось рассказывать, о том, что я видела разломы в пустоши и знала, как их распознать, потому и смогла вовремя сориентироваться. Эльф удивлялся, показательно вздыхал и прикладывал руку к сердцу.

— Что вы