Пазл - Маркоша

Желтой дыней после очередного корректирующего прыжка выросло, как всегда, неожиданное и прекрасное Солнце. Луна, с нанизанными миллионами тонн стальных конструкций, пара пока не откорректированных солнечных зеркал на высоких орбитах над увитой кружевом облаков Землей. Возвратившиеся из холода межгалактических пространств люди пока не спешили утверждать свой контроль над брошенным когда-то на самотек климатом. Но, Земля все равно восхищала. Конечно, родную планету Финч любил больше всех других, и не мог объяснить своего, да и не только своего, преклонения перед Землей. Было в этом преклонении что-то унаследованное, может быть, даже на генетическом уровне. Финч порой удивлялся тому однообразию передачи наследственной памяти у всех живых. Правда, он отлично знал, были и редкие исключения. Финч даже согласен заключить пари - он мог бы по внешнему виду определить, как и чем передается наследственность у тех или иных известных сообществу видов. Да и не он один.

- Вот это и можно было бы спросить при той высшей аудиенции, на которую он волей случая и попал. Но, сейчас понимал, вряд ли смог бы. Слишком боялся он тогда.

Что сейчас вспоминать? Если бы да ...

На патрульном дредноуте зеру нет динамических двигателей, излучающих убийственные дозы радиации реакторов и ядерного оружия. Внизу, на блистающей планете, об этом очевидно знали, "Финчу" предложили посадочное место на небольшом острове к востоку от огромного материка. Острова назывались Курильскими, а непосредственно этот - ориентирующяяся в прошлом на Россию, нейтральная территория Шикотан, так говорилось в корабельном архиве, и данные были затребованы первый раз за всю жизнь корабельной системы. Данные не устарели и соответствовали действительности. Факт был на круговом экране рубки дредноута.

Одиночные, стоящие в густых зарослях под высокими вековыми деревьями, аккуратные дома. Серая, огороженная невысокой крашенной в неяркий цвет оградой, посадочная площадка. Корабль приземлился плавно, без резких движений и толчков.

Пройдя через два, упиравшихся друг в друга страховочных тамбура, Финч, с непонятной робостью ступил на Землю.

Густой и насыщенный запахом моря и хвои воздух ощутимо тяжел, почти как вода родной планеты.

Финч осмотрелся. По узкой тропинке к нему приближалась уже знакомая ему женщина, в странной, сшитой из тканой ткани свободной ниспадающей одежде и странной обуви из переплетенных узких ремней. Финч, даже замялся, подыскивая в памяти забытое слово,

- это называлось когда-то сандалиями. - Вот, он вспомнил!

Что может быть милее и добрее улыбающегося зеру! Саша, конечно, радовалась, радовалась тому, что из корабля появился именно он, Финч, уже знакомый, и честно сказать, желанный гость.

От Финча не стали скрывать ничего. Он был уверен, абсолютно ничего.

Уверенность и спокойствие людей поразили Финча. То что он видел во Множестве миров головоногих, то, что рассказали данные, извлеченные из архивов Цики о махтах - пугало, но, Земля жила совершенно спокойно. Уверенно, и как никогда неторопливо. Спокойна и Саша.

После облета планеты на небольшом, совершенно прозрачном и бесшумном аппарате, Финч убедился - людей на планете действительно не много. Нет заводов и дымящих труб, сенсоры и сканеры его тела и миллиарды сенсоров корабля не зафиксировали источников радиации и мощных выбросов энергии. - Этакая уютная и безопасная песочница для человечества.

Финч не постеснялся задать женщине этот нескромный, как ему казалось, вопрос.

- У нас другие способы производства, и другие способы обеспечения себя энергией.

- Потом расскажу, даже, могу передать технологии. Она продолжила, явно смущаясь - как же ваш патрон не позаботился о вас. Да и корабли ваши, не совсем новые, с этими архаичными запросами энергокредитов и способом передвижения? - Странно.

Ведь этому уже не одна тысяча лет. Странно! - Не обижайтесь.

- Да, как там Цика, я была там, ...она задумалась, - около семи тысяч лет назад - тогда все было очень интересно! Её глаза погасли. - Потом прошло.- А сейчас - снова интересно - женщина загадочно, с задорной искрой в глазах улыбнулась Финчу.

Финч понимал - люди счастливы вновь обретенной родиной и своей человеческой сущностью. Лесам, морям, солнцу в голубом небе, забытым запахам. Природе.

Они облетели планету несколько раз на разных высотах, пару раз на орбите искусственных спутников. Финч не нашел ничего, что говорило бы о какой то технической фазе развития цивилизации. В радиодиапазоне тишина, на частотах дальней гиперсвязи - то же. Лишь несколько раз Финч заметил большие мерцающие колонны ретрансляторов, и цветные сполохи закрывающихся пространственных коридоров.

Без всякого материального, видимого зоркому глазу зеру, перемещения людей, кораблей или других видимых и осязаемых предметов.

Финч удивленно, может даже растерянно обратился к Саше, - А как же война, координатор?

- Мы предоставили Вам, адмирал, возможность осмотреть Землю, она действительно такова, какой Вы ее сейчас и увидели. То же, что посторонним видеть не следует, не здесь. Я Вам покажу.

У нас сейчас почти нет кораблей, так что воспользуемся одним из наших ретрансляторов. Здесь у Земли есть пара больши,х способных перебросить "Финча".

- Когда?

- Если вы удовлетворены осмотром Земли, прямо сейчас.

Финч не был готов сразу, но деваться некуда, пришлось соглашаться на сейчас.

Тридцатиметровой ширины, теряющаяся в высоте, обозначенная лишь опадающим инеем труба, возникла над застывшим дредноутом почти тут же. Саша не спешила, уважая передвигавшегося намного медленнее нее Финча. Как только они оказались под трубой ретранслятора, она надвинулась на посадочную площадку, на которой стоял "Финч" и остановившихся у одной из его посадочных опор человека и зеру. Серые, разбавленные ультрамариновыми прожилками сгустки непространства закружили за прозрачными стенами ретранслятора. В их кружениях, сплетениях и бушующих вихрях угадывалась энергия пылающих солнц и запредельных далей вселенной. Финч сожалел о полном отсутствии звуков. Иногда, скрытое серыми и фиолетовыми прожилками, сквозь их переплетения прорывался свет мелькавших сквозь каверны и разломы иных измерений светил. Потом все стихло, ретранслятор чуть вздрогнул и затих. Затем так же неслышно вновь поднялся над дредноутом, обозначив тем самым конец перемещения.

Финча удивило не количество звезд над ними, удивил цвет неба - насыщенный синий цвет, будто подсвеченный изнутри, и было светло то ли от этого сияющего пространства, то ли от сиявших как-то уж слишком близко над головой миллиардов звезд.