Психоисторический кризис - Дональд Кингсбери

Как и предсказывал Кон, Нейрт время от времени пытался улучить момент и прочитать Эрону свою «коновскую лекцию», но тот, будучи предупрежден, каждый раз ускользал, чаще всего прыгая в машину и отправляясь с инженерами к скалам, чтобы запускать оттуда пробные аэродинамические модели. Фюзеляж «летающей крепости», который за последнее время претерпел множество изменений, уже принимал некую определенную форму. Инженеры, к своему изумлению, самостоятельно открыли древнее понятие пассивного равновесия: до сих пор они имели в своем распоряжении такое количество всевозможных контрольных устройств, что им было безразлично, находится ли центр тяжести лодки выше или ниже ватерлинии, упадет ли здание, если выключить подачу энергии, или что будет в подобном же случае с аэрокаром.

Когда же изучение окаменелостей было завершено, и все основные размеры и распределение масс «летающей крепости» удалось расшифровать, выяснилась удивительная вещь — чертова штука могла продолжать лететь без всякой квантроники, даже если пилот засыпал или был убит! Замечательными мастерами были древние инженеры, если, конечно, не считать того факта, что их мастерство, иными словами, знание той самой четвертой десятичной цифры, которую не могла вычислить логарифмическая линейка, достигалось наверняка за счет гибели несчетного числа пилотов-испытателей! Однако окончательный вид самолета, хотя в общих чертах он определялся законами аэродинамики, все еще оставался загадкой: окаменелости, обраставшие кораллами в течение 744 столетий, слишком надежно скрывали детали конструкции. Именно этим обстоятельством воспользовался Нейрт, чтобы заполучить Эрона для продолжительной лекции. Как-то раз он подошел к нему во время работы в ангаре.

— Если тебе нечего делать, можешь завтра полететь со мной. Наш неутомимый разведчик № 26 нашел для нас кое-какие картинки.

— «Летающую крепость»? Покажи!

— Не так быстро. У него есть только словесная ссылка на иллюстрации — они были в справочнике, которого больше не существует.

— Тогда это пустой номер.

— Но это были фотографии стенной росписи, которая, возможно, еще не погибла. Она находилась выше уровня затопления эпохи Великого Таяния, причем в сооружении, которое было специально построено на геологически стабильном основании.

— Где это? Полетели!

Нейрт рассмеялся:

— В ссылке этого нет.

— Но существуют ведь карты Терры — миллионы карт!

— Это верно. Ты найдешь сколько угодно карт, где есть мавзолей Джима Моррисона, но где карты с мавзолеем Аристотеля? У нас больше ссылок на старые карты, которых больше нет, чем самих карт. — Увидев, что Эрон расстроился, Нейрт опять рассмеялся и хлопнул его по плечу. — Мы найдем их. Поверь мне, я имею квалификацию полевого агента и многое умею. Мы знаем примерные координаты: объект находится внутри квадрата площадью около десяти тысяч квадратных кломов. — У Эрона вытянулось лицо. — Кроме того, — добавил Нейрт, — местные помогут. Они всегда все знают, даже если эти знания заключены в мифах, смысл которых никто уже не может понять. Но придется идти пешком.

Венди настаивала, чтобы ее тоже взяли в экспедицию. Она купила себе полный комплект одежды для выживания и очень дорогие походные ботинки со специальной энергетической подошвой. Кроме того, поскольку путешествовать предстояло среди диких сапиенсов, она приобрела длинноствольный бластер, заявив, что отлично стреляет. Однако с помощью осторожных вопросов Эрон выяснил, что весь ее опыт ограничивался участием, лет тринадцать-четырнадцать назад, в популярной игре, в которой подростки подкарауливали друг друга после уроков и стрелялись краской. Нейрт был более практичен. Как истинный психоисторик, он не видел необходимости в оружии, когда вполне можно было обойтись интеллектом. Гораздо большую ценность в его глазах имел походный репликатор, который мог производить пищу, одежду и материал для укрытий из подручных органических материалов, а из скальной породы — каменные орудия и простые квантронные приборы для обмена с туземцами.

Эрон не разделял ни энтузиазма Венди, ни спокойствия Нейрта. Он скорее выпрыгнул бы голым в космос, чем пустился пешком по дикой терранской пустыне, но не мог себе позволить опозориться перед Нейртом. Как все-таки удачно сложилось, что отец подарил ему настоящий бластер! Оставшись один, он повторил некоторые приемы Зеноли, проверяя, не растерял ли боевые рефлексы. Неужели на адмирала работают одни сумасшедшие? Да уж, оставалось только надеяться, что проклятые стенные росписи будут стоить затраченных усилий!

Они вылетели на рассвете. Удобно устроившись внутри Россума № 26, Нейрт провел краткий инструктаж.

Эрон был не в настроении.

— Что ты подразумеваешь под нетронутым захоронением? Ведь фотографы-то там побывали — когда это было, пару тысяч лет назад? — откуда же известно, что там что-то осталось?

— Ну… не то чтобы совсем нетронутое. Грабители очистили его от всех ценных радиоактивных материалов меньше чем через тысячу лет после того, как оно было запечатано. Но хранилище было построено в стабильной геологической формации — это было единственное, что америндийцы попытались сделать качественно, если не считать их странных керамических утилизаторов. Трудно сказать, почему оно потом продержалось нетронутым так долго, если учесть активность, с которой эти терранские жалобы распродают свое прошлое. Думаю, все дело в каком-то мистическом табу. Суеверия!

— А может, просто место слишком неприятное — даже для терранских грабителей могил, — вставил Россум № 26.

Полет был долгим, несмотря на сверхзвуковую скорость. Большую часть его путешественники видели вокруг лишь величественные нагромождения облаков, и только иногда внизу смутно виднелся океан. Моря на Терре занимали обширные пространства, несмотря на то что теперь уменьшались из-за восстановления ледяных шапок на полюсах. Однако, пролетая над сушей, напоминающей марсианскую пустыню, было трудно поверить, что где-то есть вода. Планета остро нуждалась в глобальном исправлении климата. Неужели терранцам настолько все равно? Изредка внизу мелькали и пятна растительности. Один раз Россум отклонился от курса, чтобы продемонстрировать живописный водопад — вода переливалась через полуразрушенную плотину и падала в величественный многоцветный каньон. Конечно, он был не столь впечатляющим, как марсианские каньоны, но, безусловно, самым большим на Терре.

Начать поиски Нейрт решил с небольшого оазиса неподалеку от древнего полигона для испытаний атомного оружия. Оазис был довольно невзрачным и на вид совершенно заброшенным, однако Нейрт был уверен, что он населен, и приказал аэрокару садиться на приличном расстоянии.