Цена бессмертия - Анн Фрост

— Судя по всему, жертвы здесь не приносили. По крайней мере человеческие — точно, — отметил Рэй, когда они достигли огромного, богато украшенного алтаря в восточной части Собора.

— Древние служили целому сонму богов. Одни желали кровавых жертв, другие отличались редкостным человеколюбием, — Шангри внимательно осмотрел отполированную до блеска каменную крышку алтаря.

— Очень занятно, — согласился Рэй, — однако им это нисколько не помогло…

— Это точно. Однако гибель Империи древних до сих пор остается самой неизведанной и темной страницей истории. Известно лишь, что всю их цивилизацию постигло бесплодие. Они все просто умерли от старости, не оставив потомков.

— Думается мне, они слишком смело экспериментировали с сильнодействующими заклинаниями, — Валерия, присоединилась к друзьям, не в силах больше оставаться у костра в гнетущем одиночестве.

— Вполне вероятно, особенно если принять во внимание их некромагические практики. Эксперименты с такой титанической силой приводят порой к весьма непредсказуемым последствиям, — согласился Рэйнорд, жестом приглашая всех обратно к костру. Факелы догорали, больше чадя, чем освещая.

Необъятный, порождающий многократное эхо, зал, погружался во тьму. Единственным светлым пятном было их убежище в глубокой нише, где ярко и весело плясали языки костра.

— А с какой целью они устраивали подобные выемки в стенах? — полюбопытствовала Валерия. На ее взгляд, они никакой практической ценности не представляли, лишь ухудшая общий величественный вид Кафедрального собора.

— Хм, — Шангри внимательно осмотрел их убежище, больше напоминавшее отдельную маленькую комнату, чем часть основной залы, — есть сведения, что храмы Древних были полны статуй всевозможных богов и священных существ. Даже не знаю, куда они могли подеваться… Хотя это и к лучшему — большинство тех богов уродливее приснопамятного Дренора.

Как бы то ни было — в нише было тепло и уютно, сквозняк не гасил огня, а дровами они на этот раз запаслись заранее. Что еще нужно для спокойного ночлега? Друзья не спеша поужинали припасенными еще в Безымяновке хлебом, копченым окороком, запивая трапезу вином. Сегодня им не посчастливилось добыть дичь к ужину — на несколько ларт вокруг Священных рощ всё словно вымерло. Да и вообще — чем дальше к северу они продвигались, тем реже встречались привычные глухари и рябчики, не было и свежих следов на звериных тропах. Животные, от природы наделенные неведомым чутьем, спешили покинуть земли, на которые уверенно наступала Тьма.

Ближе к полуночи сквозь рваные тучи выглянула огромная голубая луна. Полупрозрачные нити-лучи скользнули по изъеденной временем крыше, отвесно упали внутрь, растекаясь по мраморному полу жидким серебром. Замерцали, закружились в столбах света мелкие, похожие на капельки тумана, пылинки. Холодное, яркое сияние заставляло сиять и искриться белокаменные стены, придавая массивным блокам нереально хрупкий вид.

У Леры появилось странное чувство, что они истончаются, тают и вот-вот рассыплются невесомым прахом, как сновидение. Жидкий, прозрачный как топаз, воздух казался почти осязаемым в этих мерцающих хрустальной струей, лучах. Замер даже ветер, не решаясь потревожить застывший пейзаж. Ни звука.

— Рэй, — тихо-тихо, одними губами прошептала Валерия, коснувшись его руки. В глазах девушки плескался страх. Некромант насторожился, вслушиваясь в звенящую тишину. Шангри тоже подобрался, замер взведенной пружиной, готовый к неожиданному броску.

Они ничего не слышали и не видели, но явственно ощущали приближение чего то безумно-яростного, темного, смертоносного. Гигантская черная тень, крадущаяся по лунной тропе…

«К оружию!» — подал знак Рэйнорд. Тихий шелест, блеск стали… чуть заметное движение.

Валерия с трудом уловила момент, когда сквозь провалы крыши к ним метнулось нечто стремительное, как черная молния. В безумном разуме обрушившихся на них существ Рэй успел прочесть лишь слепую ненависть и… голод!

Стремительные черные тени, движущиеся с головокружительной скоростью — товарищи не успели даже разглядеть, кто на них напал. Первым свою цель нашел меч Валерии — со свистом вспарывая воздух, он рассек тонкое призрачное тело напополам. Взметнулся веер черных брызг крови. Их было много! Оставаться в нише без пути к отступлению было бы настоящим безумием. Разум лихорадочно метался, едва успевая отдавать приказы телу. Валерия обманула нападавших стремительным боковым выпадом, одновременно выхватывая свободной рукой кинжал. В следующее мгновение одним стремительным броском она вырвалась из кольца атаковавших теней.

Лера до сих пор не могла понять — кто перед ней? Длинные, тонкие фигуры; черные одежды… перепончатые серые крылья. Безоружные, в то же время они обладали неистовой яростью и стремительностью вихря. Крестя мечом во все стороны, она припоминала все, чему научил её Леонид. Тут не пройдешь, выделывая мечом изящные финты и «восьмерки»… Против такой орды годятся лишь грубые, но эффективные удары. Валерия отступала вглубь залы, ближе к свету, увлекая за собой шестерых монстров. Краем глаза видела она, как бьются Рэйнорд и Шангри. Парнишка отбивался от пятерых, его сабли сверкали каскадом смертоносной стали, но тени не спешили, тихонько отступая и высматривая слабые места. Рэйнорд! Сердце Валерии болезненно сжалось — некромант не успел разорвать кольцо напавших тварей и теперь отчаянно отбивался в тесной нише от десятка черных фигур. В такой тесноте грозный фламберг ему бы только помешал — Рэй отбивался тонким серебряным кинжалом. Кровь похолодела у Леры в жилах, когда клинок некроманта пронзил сумеречную грудь ближайшего монстра и заставил того мгновенно рассыпаться серым прахом.

— Проклятье! — одновременно прозвучал отчаянный крик Шангри, — это вампиры!

Но, странное дело — едва поняв, с каким противником имеет дело, Лера обрела привычное хладнокровие. Вампиры. Что ж, им выйдет дороже. Колыхнулась волна Силы, поднимаясь из самой глубины естества, послушно обрела форму — и вот уже девушка движется наравне с противником, стремительно, оставляя в воздухе длинный шлейф. Теперь она могла рассмотреть врага подробнее — тонкие, обтянутые бледной кожей, лица, раскосые черные глаза, иглы клыков. Не ожидая, пока заклятье ослабнет, Валерия бросилась на обступивших ее, шипящих кровопийц, обращая свой меч столь стремительно, что лезвие превратилось в призрачный голубой росчерк, заставляя вспарываемый воздух взвыть на высокой, терзающей слух, ноте. Липкое отвращение заполнило ее душу, когда меч касался вражеской плоти, с легкостью рассекая на части. То был не бой, то было избиение. Опять эта красная пелена перед глазами, превращавшая полумрак в кровавые сумерки…