Африкономика. История западного невежества и африканской экономики - Bronwen Everill

земли, на котором оказалось золото, и вскоре они попадали на страницы светской хроники. Конечно, это была азартная игра — все в викторианской Британии знали о риске оказаться в долговой тюрьме. И в конце 1870-х годов могло показаться , что этот ранний и захватывающий период огромных рисков и огромных вознаграждений подходит к концу. Однако возможность заработать деньги, невероятные суммы денег, с помощью небольших инвестиций все еще существовала, и Африка казалась последней границей. И именно на этой надежде и сыграл Бертн, занимаясь нагнетанием спроса на акции Guinea Coast Mining Company.

В 1881 и 1882 годах на Лондонской и Парижской фондовых биржах было зарегистрировано 18 новых горнодобывающих компаний, и покупка и продажа земельных концессий стала горячим рынком на год или два. В период с 1880 по 1904 год 43 миллиона фунтов стерлингов было инвестировано в 476 компаний по разведке золота, работающих в Западной Африке. Бертон, мотивированный своим владением акциями, с удовольствием восхвалял Золотой Берег в британских национальных газетах. Он точно знал, на какие страхи нужно играть, ссылаясь на растущее благосостояние экономики США: «Меня обнадеживает то, что Золотой Берег, который угрожает сместить Калифорнию с ее нынешнего лидирующего положения, считается достойным зависти янки».

Но совет директоров Guinea Coast Mining Company, в который входил Бертон, снимал сливки с компании, даже когда становилось все более очевидным, что рудники не окупятся. Купленные концессии были старыми и убыточными. Единственная ценность компании заключалась в росте цены ее акций, а не в реальном золоте. Доходность инвестиций обеспечивалась исключительно за счет покупки новых акций. Секретарь компании покончил жизнь самоубийством в 1883 году, испугавшись осознания того, что он способствовал созданию финансовой пирамиды. Но ажиотаж вокруг публикации книги Бертона «К Золотому берегу за золотом» помог Ирвину еще два года скрывать эту новость от акционеров и потенциальных новых инвесторов.

Когда в 1885 году компания была ликвидирована, Бертон оказался среди тех, кто потерял все, что вложил. Он доверял Ирвину, но также недооценивал возможности африканцев. Он полагал, что якобы неэффективные методы, используемые африканскими золотодобытчиками, легко улучшить и что они принесут немедленную прибыль. Для этого нужно было только эффективная рабочая сила и вложение британского капитала.

Ричард Бертон считал, что людей можно понять через культуру, в которой они живут: чтобы понять людей, нужно погрузиться в их образ жизни. Хотя в этом мировоззрении были прогрессивные элементы, оно было также своего рода уклонением от ответственности. Если западноафриканские купцы хотели каури, считали Бертон и культурные релятивисты, то, вероятно, это было связано с их глубокой культурной привязанностью к каури, а не с какими-либо экономическими идеями, которые можно было бы сравнить с мышлением, бытовавшим в Британии. Бертон был лишь первым в длинной череде интервенционистов, которые считали, что их предшественники приняли неверное решение. Он презирал прибрежные африканские элиты, которые сделали европейскую торговлю выгодной для себя, предпочитая вместо них «настоящих» африканцев, живших вдали от побережья. Он полагал, что эти не прибрежные африканцы заслуживают уважения, потому что они не были развращены торговлей или капитализмом. Он не мог признать рациональную экономическую систему, даже когда она била его по носу.

И поэтому, несмотря на то, что Западная Африка испытывала очень похожую дилемму, что и Великобритания — как регулировать денежно-кредитную политику , чтобы наилучшим образом справиться с экономическим ростом — решения, к которым прибегали британские прогрессивные экономисты, игнорировали эти параллели.

В конечном итоге, местные валюты были выведены из обращения. Старые металлические валюты «в конечном итоге были выкуплены по приемлемым ценам за государственную валюту, а каури — нет». 20 Когда рабство было отменено в африканских странах, рабовладельцам редко выплачивали компенсацию (в отличие от их европейских коллег, которым платили за освобожденных рабов). Это привело к уничтожению класса активов и потрясению экономики. 21 Напротив, обмен коренных валют по крайней мере обеспечил компенсацию. Но изъятие коренных валют все же привело к уничтожению капитала для одной части населения: мужчины получили компенсацию, а женщины, которые были мелкими местными торговцами, работающими с каури, — нет.

Опираясь на предположения о стоимости и товарных валютах, а не критически осмысливая взаимосвязь между денежными средствами, новое британское колониальное правительство бесполезно вмешалось в валютные проблемы, которые усугублялись ростом торговли.

Источник стоимости денег был важным вопросом того времени. Меняющееся представление о том, что стоимость определяется не стоимостью труда, а воспринимаемой потребителем ценностью, могло изменить британское понимание африканской экономики. Но этого не произошло.

OceanofPDF.com

Глава 5

Неравное развитие

T

. Р. Баттен, известный своим друзьям как Рег, отправился в Нигерию в 1927 году. Ему было двадцать три года, и он был полон энтузиазма по поводу возможностей улучшения жизни африканцев. По словам одного из его друзей, он был «вдохновлен миссионером на то, чтобы посвятить себя карьере в сфере образования в Африке», когда был студентом. 1

Бэттен стал плодовитым писателем в области образования. На протяжении 1930-х годов он публиковал руководства по преподаванию истории и географии в Нигерии, которые были переведены на язык хауса, а также серию учебников под названием «Тропическая Африка в мировой истории», предназначенных для объяснения роли Африки в мире его студентам в Нигерии. Он также написал учебник по истории «Африка в прошлом и настоящем». По словам его друга, преподобного доктора Джорджа Ловелла, его целью было «помочь людям сформировать собственное историческое мировоззрение, конструктивно мыслить и творчески действовать с должным уважением к ним». 2

Бэттен прославлял старые формы сообщества в Африке. Он был «романтиком», как Ричард Бертон или Мэри Кингсли. Бэттен был частью нового поколения, в которое входила теоретик непрямого правления Марджери Перхэм, влиятельная писательница по африканским вопросам в 1930-х и 1940-х годах. Они прибыли в Африку в период после Первой мировой войны и были немного разочарованы современностью. Находясь в Нигерии, а затем в Уганде, Баттен продвигал образование по британской модели, но при этом он был заинтересован в сохранении того, что он считал хорошим в африканской социальной, политической и экономической системе, существовавшей до прихода европейцев.

В этом отношении взгляды Баттена совпадали со взглядами Фредерика Лугарда. Баттен прибыл вскоре после публикации книги Лугарда «Двойной мандат в британской тропической Африке». В Нигерии он обнаружил, что «двойной мандат» реализуется через систему колониального правления, которая делает акцент как на экономическом развитии, так и на «косвенном правлении» через «племенные» структуры. Лугард, по-видимому, даже хотел переименовать косвенное правление в «кооперативное правление», и этот термин вошел в мышление Баттена. 3

Взгляды