Рарас. Чёрная шерсть - Евгений Гиен

поля на пару часов пути. Жизнь вокруг проходила довольно активно, как и в родном городе друзей. Здания в нём были тёмно-серые и повторяли одну и ту же форму: четырёхугольные снизу, а вверху закруглялись. Проходящие мимо повозки эльфы просто не замечали трёх незнакомцев; они занимались своими делами.

Повозку с клеткой, внутри которой сидели Самэль, Тир и Рамол, завели направо в крупное здание, коней отвели в конюшни. На площадку рядом с клеткой вышел эльф в короне, сплетённой из листьев и цветов.

– Мат ален кас алмейр, Саридаминарит?

Из-за угла вышел другой эльф в сине-белых одеждах, на спине оказался вышит серый пёс.

– Да, я с вашего позволения, их заберу и буду сопровождать. Вы – Самэль, Тир и Рамол? Меня зовите Саридаминарит, я правитель города Салиминиан.

– Айне кар йде?

– Да, конечно, открывайте клетку.

– Ан оейт овест.

– Благодарю, король, – сказал правитель города и обратился к путешественникам: – Так, а где ваш четвёртый? Я знаю, куда вы направляетесь и зачем. Верар отправил мне птицу месяца… наверно, как только вы вышли от башни.

– Мы свободны? – спросил Самэль.

– Да, только мы проводим вас до границ с Аттракастом. Нашему народу тоже важно, чтобы твоя раса вернула свою силу. Отправимся сейчас. Для тебя и твоих друзей подготовлена почти королевская повозка, запряжённая четырьмя белоногими лосями.

– В чём подвох? Вы могли нас просто отпустить, никто бы не стал…

– Подвоха не ищите, оружие своё получите там, на месте. Вы, наверное, устали, так там отдохнёте и поедите. Я буду в другом экипаже, на страже – тридцать воинов.

– Мы здесь в первый раз, ведите, лорд Саридаминарит.

Они отъехали от города, и через два часа лорд призвал Самэля к себе.

Зашедший аттр по незнанию и с каплей неуверенности спросил:

– Вы меня звали?

– Да, парень, садись напротив и рассказывай. Я был удивлён, когда узнал, что есть ещё не больной, а здоровый аттр.

– Что именно вы хотели бы услышать?

– Самый главный вопрос: из какого ты вида?

– Я знаю, что мой зверь…

– Ты говоришь так, словно ты какой-то оборотень, и твой зверь – это не ты сам. Пора привыкнуть к тому, что ты – не человек. А вообще мне нужно тебя проверить. Ты уже полностью взял свои силы под контроль?

– Нет, как бы мне ни хотелось большего.

– Да, понимаю, ты жил двадцать лет, думая, что являешься человеком, а ведь аттров и учить особо не нужно. Дети свободно управляют своим телом уже к пяти годам. Силы в них пока нет, но основы уже заложены. Расскажи, как ты принимаешь облик зверя?

– Сначала я становился… собой, когда мне и друзьям грозила опасность, или от шока, дальше – когда мне нужен был облик…

– Ах, так кто ты?

– Вурса.

– Серьёзно? Их на поле боя невозможно было заметить – истинные ночные охотники! Они быстрые, сильные, ловкие, прыгучие, отлично передвигаются по вертикальным поверхностям. Смерть настигает врага, когда он её и не чувствует. Вы же ещё способны менять свой облик в так называемый полуоборот. В таком виде аттры и передвигались по городам. Это их основной облик для связи с другими расами.

– Вы много знаете об аттрах…

– Скорее всего, недостаточно, раз мы не сумели помочь, когда они в нас так нуждались.

– Вы сейчас помогаете. Нам только нужно добраться до вершины самой высокой из гор Ундин.

– Возможно. Так что насчёт полуоборота – есть в эту сторону улучшения?

– Не знаю, как это должно быть, но обоняние, зрение и слух стали в несколько раз лучше, чем у человека. Из видимых изменений – глаза, лапы и иногда голос.

– Да уж. Это всё очень слабо, хотя никто к тебе не подберётся незамеченным. Но и на это умельцы найдутся. Давай мы потренируемся с тобой. Отломи четыре сухие ветки.

К карете подбежали гвардейцы городского правителя, дабы узнать, что наметил лорд, а Самэль ни с того ни с сего резко отпрыгнул к лесу, обнажив когти на изменённых руках, словно ожидая нападения. Тир и Рамол также выпрыгнули из своей повозки, готовясь к чему-то. У аттра начало меняться лицо и стал слышен рык вурсы. Гвардейцы, не поняв в чём дело, приготовились стрелять.

– Что такое, Самэль? – спросил Саридаминарит.

– Вы не нападали на него? – уточнил Рамол.

– С чего вы это взяли?

Аттр не двигался, но его глаза метались в стороны, и он перестал реагировать на слова друзей и эльфа.

– Эй, друг, всё хорошо, никто не собирается нападать! – сказал Тир.

Всё было без толку: не поменявшийся полностью зверь оскалился и словно ждал нападения.

– Что с ним такое?

– Не так давно был случай с людоедами. Мы спокойно ехали с орками в портовый город на севере, как они вдруг подбежали с двух сторон и вырубили нас. В итоге нас чуть не сожрали. Мы с ним лежали в специальных ящиках для еды, а Самэль, очнувшись, еле успел в образе вурсы нас вытащить из того места.

– Понятно, он говорил, что при плохих воспоминаниях… В общем, мои гвардейцы, подбежав, спровоцировали его на них. Есть идеи, как его успокоить?

И тут на плечо Самэля сел ар’юн в виде зверька и начал гладить того по голове. Дёрнувшись один раз в сторону, парень увидел, кто у него на плече, и начал падать на землю, полностью изменяя облик, убирая все признаки животного. Рамол подбегая, подхватил друга.

– Так вот ваш четвёртый! Приятно становится, когда смотришь на близкую дружбу. Всем разойтись, опасности… и не было… наверное. Как придёт в себя, жду его для продолжения разговора. На палках сражение мне задолжал, как бы это по-детски ни звучало. А вот с такими когтями не хотелось бы встретиться.

Проснувшийся через час Самэль извинился перед друзьями, а после – и перед Саридаминаритом.

– Ничего необратимого ты не сделал, всего лишь некоторое расстройство получил тогда с людоедами. Пройдёт через время. Давай, вот тебе две палки.

– На самом деле, для правителя – это странно.

– Мне нужно поддерживать себя в форме, а ты – мой тренировочный голем. Если тебе самому стыдно или ты боишься проиграть перед друзьями, то я тут ни при чём.

– Ладно, правителя города я ещё не побеждал.

– Так, правила будут?

– В глаза, думаю, не стоит бить, как и в пах… А в остальном…

– Соглашусь, но, наверно, стоит только на мечах сражаться, без ударов ногами.

– Господин, нам остановить повозки?

– В этом нет необходимости.

Эльф и аттр встали напротив друг друга. Первый – у повозок, второй – у рва в метр глубиной.

– Нападай!

Самэль сосредоточился на сопернике и в ту же секунду почувствовал возможность изменить разные части тела.

– Секундочку, можно, я обувь сниму?

– Хм-м, что-то мне это не нравится.

– Вы всё-таки эльф, вы ловчее людей.

– Да забудь, что ты – человек, ты – аттр! А аттры быстрее нас, если вид подходящий. Ну, да ладно, посмотрим на тебя.

Самэль снял обувь и закинул в свою повозку. На месте человеческих ног появились лапы вурсы. Потемнела кожа, появилась шерсть вместо волос, и ноги до бедра изменились.

– У тебя прогресс, друг! Потом расскажешь, что изменилось, – обрадовался Тир.

– Вроде…

– Хватит болтать! – эльф сделал выпад и получил левой лапой в грудь так, что отшатнулся, отойдя на три шага назад. – Давай всё-таки только на мечах! Понимаю, новые ощущения, но мы же договорились.

– Извините.

Оба встали в позицию, и Самэль начал первым. Сделав рывок, ударил двумя ветками. Эльф сильно пригнулся, попав сопернику в челюсть воображаемым навершием. Обратно получил коленом в скрещённые клинки; выпад аттра левой палкой почти коснулся нагрудника. Тут же по деревянному «мечу» пришёлся удар слева, и эльф, приседая, дал подсечку Самэлю, но тот лишь поднял ногу и ударил ею в бедро Саридаминарита. Лесной правитель отбил удар палкой и ушёл от второго удара, но уже сверху. Прошла секунда ожидания с обеих сторон, и бой продолжился. Поменявшись местами, Самэль оказался у повозок, а эльф – у небольшой канавы. Аттр запрыгнул на повозку с гвардией правителя и оттолкнулся от неё с вытянутыми вперёд палками. Эльф увидел это и успел увернуться, а его соперник перелетел через ту самую канаву.

– Ты нарываешься, используя ноги.

– По привычке.

– Неважно, продолжим.

Самэль, прыгая вперёд, собирался ударить правой ногой, только лесной правитель успел нанести удар своей с разворота и отбил летевшего в него соперника. Того отбросило на три метра.

– Вы довольно сильны.

– Так ты в воздухе всю силу растерял. Покажи себя!

Аттр подбежал и сделал несколько выпадов деревянными клинками, но ни один