Рарас. Чёрная шерсть - Евгений Гиен

Когда он стал зверем, вышел из леса и увидел тех людей, ар'юн ещё не понимал, кто они такие. Если бы только знать ему, что оторваться будет невозможно и должно очень повезти на слова «принимаю» или «принят»!

Малыш не мог терпеть даже не боль, а сильнейшее ментальное влияние. Им кидали еду и наливали воду, но всё это не прекращало тяжёлых мыслей и навязчивой идеи о том, что ар'юну нужно быть в другом месте.

Наёмники говорили хозяину каравана, что с этим непонятным зверем что-то не так, но тот, подойдя к клетке с ар'юном, лишь хмыкнул со словами: «Народу понравится». Ещё неделю они ехали; зверь сильно похудел и уже не двигался от бессилия. Разум кричал, разрывая мозг. Даже если бы клетку сейчас открыли – ар'юн не успел бы вернуться к бывшему владельцу, не умерев по дороге.

Не так давно они пересекли реку по мосту и стали двигаться вдоль неё. Слева шумел лес. Зверёк, пробиваясь сквозь стену мыслей о возвращении, думал о том, что скоро умрёт, и этот ужас наконец закончится.

– Нападение! Бегут из леса! – закричал наёмник, получив сразу стрелу в грудь.

Разум отключился вроде всего на секунду, и сразу возникла другая картинка: другие люди, та же повозка, только без клеток. Нет никаких мыслей, всё абсолютно спокойно, только сильнейшая слабость в теле. Зверёк лежал на нескольких мешках, лишь в верхнем было немного соломы. Рядом находилась та же посудина для еды и воды. Прошло полминуты после пробуждения, и зверька стали поить молоком, раскрыв рот пальцами.

– Пей давай, неведомая зверушка. Тебе повезло и не повезло одновременно. Мы открыли клетки, когда живодёров вырезали. Все, кроме тебя, убежали.

– Ха, ты с животиной общаешься, Нак?

– Ты, может, что по делу скажешь, Барк? Нет, так веди повозку и не болтай.

– А и правда, на кой ты его забрал?

– Мне с детства не хватает моего пса и общения с ним. Что ещё рассказать, может, как я остался без родителей, и дед меня избивал?

– Эх, ладно, ты со странностями, но своё дело знаешь.

– Ты принят в банду, дружок, только живи, – ласково улыбнулся Нак.

Ар'юн не понимал, почему шума в голове не было и до того, как он это сказал. Может, повторил для проснувшегося? Да и неважно, главное, мучения кончилось.

Путешествие с бандой Барка по королевству Маавих длилось чуть более полугода. За это время банда совершила семнадцать нападений на бродячих торговцев, богатых путников и просто тех, кто имел в карманах не последние монеты.

Предпоследняя передача прав на его некрасивую тушку случилась в крупном лагере этих самых бандитов. Находился тот на северной стороне гор Лирист, на землях ангдурских гномов. Лагерь был расположен в пещере и замаскирован лесом.

Эта ночь для ар'юна казалась такой же тихой, как и все месяцы с этой группой. Они, кроме того, что грабили, так ещё и убивали людей или представителей других рас, которые рьяно защищали своё добро, а не падали наземь в мольбах о пощаде. Путешествовало одиннадцать человек, а в самом лагере было ещё шестнадцать. Чтобы застать врасплох неплохо укреплённый лагерь со множеством крепких мужчин, надо потрудиться.

Ар'юн не спал, когда услышал топот ног и стук оружия о щиты. Снаружи на деревянных стенах послышались крики.

– Нападение! Гномы! Подъём!

Было опасно выходить, но зверёк был небольшой и сам по себе не столь заметен, как любой из нормальных рарасов. Решено: он забрался по деревянной крепи и перепрыгнул на не горящий фонарь, приделанный к потолку. Стало, наконец, видно, что происходило за стеной.

Враги наступали. Три отряда по двадцать гномов в полностью закрытом тяжёлом доспехе с почти ростовыми щитами и с разным у каждого отряда оружием. Первые – с копьями, вторые – с молотами, а последние – с мечами. Дальше позади гномов проглядывалось некое сооружение, но оно было прикрыто от взора ветками.

Бандиты ещё не начали стрелять из луков, как послышалась команда на неизвестном языке, после чего все шестьдесят воинов построились в единую защитную позицию. Это было похоже на непробиваемый панцирь, и уж таким бестолковым по сути своей стрелкам ничего не оставалось делать, как пытаться попасть хоть куда-нибудь.

Раздался свист ветра и громкий хруст ломающегося дерева. Стена ещё стояла, а глубоко в ней торчал «снаряд баллисты», как зверёк услышал из разговоров бегающих людей. Бандиты не понимали, что делать. Кто же знал, что гномы привезут баллисту из города? Конечно, раз собрался такой крупный отряд, то гномы подготовились по полной!

Ар'юн понимал, что обстановка снова сменится и, возможно, не в лучшую сторону. Если того, кто его «принял», убьют, то что будет? Станет ли он свободным?

Ещё один снаряд, только пробивший стену и бандита насквозь, влетел в каменную стену и разлетелся. Видимо, из пещеры выхода не было, раз банда ничего не могла придумать. Если они останутся, ворота и стены не выдержат, и гномы зайдут! А если выйти наружу – та же самая смерть.

– Гномы не станут нас даже в клетки сажать, а сразу убьют! – в панике кричал один.

Некоторые пытались выбираться и тихо разбежаться по кустам, но из-за стены щитов вылетели метательные копья и поразили беглецов. На тех, что стояли на стене, они снаряды не тратили, сохраняя их для убегающих.

Третий снаряд баллисты попал в самый центр небольших ворот и балку, державшую их. Преграды рухнули, один отряд гномов направился вовнутрь. Бандиты сражались мечами, топорами, да только всё отскакивало от доспехов гномов. Замах бандита, удар щитом – и сразу укол мечом. Второй отряд также отделился, оставив гномов с копьями у входа.

Ангдурская пехота зачистила всю пещеру и направилась куда-то севернее. Ар'юн видел, кто убил его прошлого владельца, и кто стал нынешним. Зверька потянуло идти за тем гномом, а то, что могло произойти в случае неповиновения, ужасно пугало.

Баллисту сразу же после победы разобрали и разложили по повозкам, сами гномы расселись, кто где мог, и отправились колонной назад. Зверёк не стал сразу появляться на глаза и примостился на деревянном колесе разобранной инженерной машины. Лишь иногда он спускался для поиска еды и воды. Особенно начали нравиться грибы – этот запах казался лучшим в его жизни.

В поездке до города Ангдур прошло чуть больше недели; зверёк уже начал думать, что пробраться через такой дремучий лес будет невозможно. Но оказалось, что гномы убрали по пути сюда все упавшие деревья, лишние пни выкорчевали, а на обратном пути попался всего один свалившийся прогнивший ствол.

Заметили непонятного зверя только внутри крепости, когда разбирали части военной машины. Реакция была по типу: «Брысь, не мешай!», словно кот или пёс не давал им работать. Гномов совсем не волновало, что мелкий неопасный зверь бегал по каменным дорожкам и взглядом просил есть. Тот самый, как считал ар'юн, его новый хозяин, просто занимался своими делами. Сторожил ворота, приходил домой к подруге… а за пределы города не отлучался. Если смотреть на внешность этого гнома, то можно было отметить отсутствие волос, голубые глаза и улыбчивость; последнее проявлялось в общении с девушкой. В рабочее же время на лице сохранялась угрюмость или даже сосредоточенность. Иногда их группу из четырёх стражников просили помочь врачам, поварам или механикам – поднять или перенести тяжести. Врачи, как и повара с механиками, были женщинами и, хотя в основном справлялись сами, встречали и чересчур тяжёлые предметы, которые для потолочных кранов были слишком легки, чтобы их задействовать, а для рабочих тяжелы.

Жил ар'юн в коробке в углу дома, находящегося в самой горе. Жилища у гномов были тёплыми благодаря системе отопления, соединённой с шахтами и кузнями. Прожил так непонятный и неприятный для некоторых зверёк два месяца. Его кормили, но и не общались, как тот налётчик… Ну хорошо, хотя бы не мучали и не издевались.

В один из дней ар'юн проснулся от грохота: в доме он остался один. Ни подруги гнома, ни его самого не было, а на улице слышались крики и топот спешащих ног. Затем зверёк почувствовал, что связи с хозяином больше нет. Когда он вышел через окно, его чуть не сбил воин. Большие глаза смотрели в спину воина, и зверёк