Правонарушительницы. Женская преступность и криминология в России (1880-1930) - Шэрон Ковальски

зачастую толкало помрачение рассудка, которым сопровождается сложный период лактации. См. [Hopwood 1927: 96-97]. Этот феномен относился не только к детоубийствам. В [Укше 1926: 105] отмечено, что женщины часто убивали мужей в состоянии аффекта, возникавшего в связи с беременностью.

317

См. также: [Немилов 1927: 47].

318

Тенденции к борьбе за повышение рождаемости в советской политике усилились в 1930‑е и после Второй мировой войны: женщины, воспитывавшие десять или более детей, получали особые льготы и привилегии.

319

См. также [Андреев 1928: 140; Маннс 1927: 36]. Несмотря на высокие идеалы и обещания, особого влияния эти нововведения не оказали. Для большинства женщин они были малодоступны или не доступны вообще, не соответствовали спросу, так что жизнь большинства женщин почти не изменили.

320

Согласно данным Маньковского о детоубийцах, 29,5% были безграмотны, у 64,7% имелось начальное образование, с высшим образованием не было никого. В этом смысле детоубийство отличалось в худшую сторону от других видов убийства, где неграмотных было 12,3%, у 77,9% было начальное образование, у 9,5% — среднее образование и у 0,3% — высшее образование [Маньковский 1928: 253]. См. [Бычков 1929: 14-15]; [Шмидт 1928: 8] приводит схожие данные; [А. Л. 1928: 71].

321

См. также [Челышев 1927: 13]. Потребность в социалистическом воспитании отражает более масштабные усилия государства по внедрению социалистических идеалов в среде рабочих и крестьян и созданию новых «советских» мужчин и женщин. См., в частности, [Clements 1985; Kotkin 1995; Transchel 1996: 223-284].

322

О роли «Работницы» и других женских журналов в жизни раннесоветского общества см. также [Attwood 1999; DeHaan 1999].

323

А. Е. Суд и быт. Мать-детоубийца // Работница. 1926. № 1. С. 22. В этой статье нет указаний на то, что классовое происхождение отца преступницы как-то повлияло на итог дела.

324

А. Е. Суд и быт. Мать-убийца // Работница. 1926. № 24. С. 24.

325

Суд и быт. Стыд погубил // Работница. 1925. № 19. С. 23.

326

Возможно, на сокращение сроков влияло еще одно обстоятельство: в то время тюрьмы были безнадежно переполнены, поэтому административные наказания (штрафы, исправительные работы и пр.) широко использовались применительно к менее «общественно-опасным» преступникам. О советской пенитенциарной политике см. [Solomon 1980: 195-217; Wimberg 1996].

327

Суд и быт. На детей плати // Работница. 1925. № 22. С. 24.

328

Боннар С. Суд и быт. Отец не может, пусть платит дед // Работница и крестьянка. 1926. № 23. С. 33.

329

См статьи 140-144, 162-169 Брачного кодекса Советской России (С. 56-57, 61-63).

330

Василия приговорили к восьми годам тюремного заключения, срок был сокращен в связи с психическим заболеванием, он был переведен в психиатрическую лечебницу. Познышев упоминает роль алкоголизма как смягчающего фактора в этом преступлении.

331

Историки продемонстрировали, что до революции крестьянки также иногда обращались в суд за защитой своих прав, особенно когда речь шла о собственности. Соответственно, их готовность подавать в суд на алименты строится на ранее сложившейся парадигме. См. [Farnsworth 1992: 89-106]. Об обращении крестьян в суд см. также [Burbank 2004; Gaudin 2007].

332

Познышев отмечает, что Максим возмущался тем, что его сажают в тюрьму из-за женщины.

333

См. [Goldman 2002: 237-246].

334

В Санкт-Петербурге 4374 женщины из 5874 были госпитализированы с последствиями от абортов.

335

О спорах по поводу абортов в конце XIX века см. [Engeistein 1988: 334-358].

336

Гернет отмечает, что в РСФСР указ этот был введен 18 ноября 1920 года, на Украине — 5 июля 1921‑го. Сторонники абортов продвигали их как временную меру по вытеснению опасных подпольных процедур плодоизгнания и по сбору научно-статистических данных. Медицинскому персоналу предписывалось поощрять женщин к легальным абортам, но при этом отговаривать их от абортов как таковых, описывая альтернативы; предлагалось также создавать ясли и детсады при предприятиях [Генс 1926: 11]. О советской политике в отношении абортов см. также [Василевский 1924; Goldman 2002: 261-264; Wood 1997: 106-111].

337

В [Халфин 1927: 210] приведена статистика по абортам в Московской губернии в 1925 году, из которой следует, что подавляющее большинство женщин, сделавших аборты, составляли жены рабочих или работницы (в том числе домашняя прислуга). Те, кому отказали в бесплатном аборте в государственном медицинском учреждении, могли прервать беременность в частной клинике, за плату. В 1925 году комиссия предоставила врачам более широкие полномочия в принятии решении по абортам в экстренных ситуациях, создававших опасность для здоровья матери. К 1926 году было законодательно запрещено проведение абортов после первого триместра.

338

См. также [Паевский 1927: 35]. Для сравнения, среди приговоренных за детоубийства 71,2% были незамужними, 12,8% — замужними, 16% — вдовами или разведенными [Маньковский 1928: 254].

339

Хотя легальные аборты и были разрешены, не предпринималось почти никаких усилий по обеспечению доступности других видов контрацепции. В результате возможностей контролировать рождаемость у женщин было крайне мало, аборт стал основным способом регулирования состава семьи См. [Goldman 2002: 257-261].

340

Абортам посвящена статья 146 Уголовного кодекса от 1922 года.

341

См.: [Гернет 1922а: 181-182; Гернет 1911: 127; Гернет 1974а: 237]; см. также [Шашков 1971: 498].

342

См. также [Гернет 1974а: 242-243].

343

См. также [Гернет 1927: 68]. Комиссия по абортам чаще давала разрешения на аборты в силу материальных обстоятельств, чем по какой-либо иной причине. См. [Паевский 1927: 46]. Разумеется, женщины, стремившиеся скрыть свою беременность, редко запрашивали у комиссии права на аборт.

344

В [Хонин 1926: 621-622] отмечается, что, дабы свести на нет потребность в абортах и искоренить