Книга 1. «Мы наш, мы новый мир построим…», 1917–1938 - Андрей Константинович Сорокин

военная промышленность. В январе 1923 г. Сталин пошлет членам Политбюро для ознакомления «вкруговую» письмо председателя ВСНХ П.А. Богданова, адресованное Троцкому, которое завершалось выводом: «Нельзя при настоящем состоянии военной промышленности вести серьезную военную кампанию». В конце февраля аналогичную по смыслу записку в Политбюро направил председатель коллегии Главного управления военной промышленности И.Н. Смирнов, который счел «своим партийным долгом сказать ЦК тяжелую правду о состоянии обороны нашей республики и о нашей к ней неподготовленности со стороны производственно-технической»[856].

В военном строительстве большевики возьмут курс на милиционную систему построения армии в соответствии с постановлением «О переходе к милиционной системе», которое было принято IX съездом партии, состоявшемся еще в марте — апреле 1920 г.[857] Уже в начальной фазе перестройки станет проявляться конфликт между Сталиным и Троцким. Обвальная демобилизация, низкий уровень материального и социального обеспечения командирского состава, не говоря уже о рядовом, и другие причины в результате породили ряд проблем, в том числе высокую текучесть личного состава. Военные руководители разных рангов не раз обращались к политическому руководству с просьбами о помощи в решении острых проблем армии, на разных уровнях рассматривался вопрос о пятилетнем плане строительства Красной армии, однако до практических шагов дело дойдет не скоро. Неясными оставались экономические возможности финансирования военного и оборонно-технического секторов, а главное — развертывание политической борьбы внутри советского руководства мешало осмысливать и решать такого рода масштабные задачи.

Армейские проблемы, однако, требовали скорейшего разрешения в рамках случившейся «мирной передышки». Сталин сконцентрирует внимание на двух из них — текучесть состава армии и ее снабжение. Пленум ЦК в январе 1924 г. примет решение образовать комиссию для соответствующего обследования. В феврале 1924 г. состоится специальный пленум ЦК, в повестке дня которого значились «доклад комиссии по обследованию текучести и состояния снабжения армии» и вопрос «о бюджете Военного ведомства». По итогам многочасового обсуждения будет сделан следующий вывод: «Красной армии как организованной, обученной, политически-воспитанной и обеспеченной мобилизационными запасами силы у нас в настоящее время нет. В настоящем своем виде Красная армия небоеспособна»[858]. Предвзятый, политически запрограммированный характер состоявшегося обсуждения причин возникших проблем подчеркнет заместитель председателя РВСР Склянский. Именно он вынес на обсуждение политического руководства проблемы армии в своем специальном «Докладе о состоянии армии», который он направил в ЦК в марте предшествующего 1923 г.[859], однако в упомянутую комиссию ЦК он не вызывался ни разу[860]. Тем не менее и он не станет опротестовывать общий вывод, приведенный выше. Сталин выступит на этом пленуме и сконцентрируется на проблеме текучести, намеренно сгустив краски в сделанных им оценках: «Товарищи, что такое текучеть? Текучесть — это значит то, что у нас нет постоянного состава армии, что армия непрерывно меняется и бродит изо дня в день, что у нас, собственно говоря, нет армии, а есть… проходной двор». В качестве причины он укажет на «дефекты организационного характера». «Среди одной части верхушки Военведа царит полное непонимание Красной армии, ее организационных нужд, ее недостатков и достоинств, — заявит Сталин, — …эта часть верхушки не знает Красной армии, которой она не строила и в рядах которой она не работала… Нужно эту часть верхушки освежить, пополнить ее новыми людьми с фронтов, выросшими и поднявшимися из недр Красной армии». Не будучи готов уже тогда прямо атаковать Троцкого, который, к тому же, по стечению «счастливых» для Сталина обстоятельств на пленуме отсутствовал, Сталин предложил «выделить несколько человек для совместного обсуждения с т. Троцким вопроса о мерах ликвидации текучести»[861].

Владимир Александрович Антонов-Овсеенко

1930-е

[Из открытых источников]

Эфраим Маркович Склянский

1920-е

[Из открытых источников]

Сталин использует работу комиссии как основание для масштабного наступления на позиции Троцкого в военном ведомстве, постепенно начнет проводить кадровую чистку аппарата РВС Республики от его сторонников. По предложению комиссии, образованной февральским пленумом 1924 г., решением Политбюро от 3 марта того же года с поста заместителя председателя РВСР будет снят Э.М. Склянский. Тем же постановлением на эту должность назначается М.В. Фрунзе[862]. Нелишним будет обратить внимание, что на пленуме Фрунзе выступал в русле формировавшейся Сталиным «генеральной линии», указав в качестве одной из основных причин «недочетов в работе Военного ведомства» тот факт, что «тов. Троцкий не мог уделять армии по состоянию своего здоровья или перегруженности другими работами достаточного внимания»[863]. Троцкий заявит, что в предложенном комиссией ЦК изменении состава РВСР он видит «политическую меру», никак не связанную с реальными шагами, «необходимыми для оздоровления и укрепления армии»[864]. 6 марта Политбюро утвердит новый состав РВСР[865]. Несколько позднее с поста начальника ПУР РККА будет освобожден еще один сторонник Троцкого — В.А. Антонов-Овсеенко.

Б.М. Шапошников, М.В. Фрунзе и М.Н. Тухачевский

1920-е

[РГАСПИ. Ф. 71. Оп. 54. Д. 39. Л. 23]

Этот период военного «строительства» завершится кардинальными мерами наверху. 15 января 1925 г. Троцкий, оставшись в своем ведомстве практически без сторонников, пишет письмо в ЦК с просьбой об отставке с поста председателя РВСР. Уже через два дня Политбюро эту просьбу удовлетворит, а 19 января руководителем военного ведомства будет назначен Фрунзе. Он продолжит в общих чертах линию военного руководства по привлечению внимания Политбюро к проблемам материально-технического обеспечения армии и ее неспособности решать задачи обороны. При этом главная военная угроза по-прежнему виделась исходящей со стороны Польши и Румынии, причем подчеркивалось, что «создание союза Прибалтийских государств может привести к тому, что лимитрофы не останутся нейтральными при объявлении войны Польшей и Румынией» [866].

Выдворение Троцкого из военного ведомства заставило Сталина заняться вплотную военными делами. 19 января 1925 г., назначая Фрунзе председателем РВС СССР, пленум ЦК примет постановление, в котором констатировалось, что «состояние боевой готовности страны, несмотря на несомненное улучшение… приходится признать неудовлетворительным, что обусловливается недостаточностью ассигнуемых на военное дело средств». Будет решено «наметить план усиления нашей армии и флота и увеличения размера ежегодно отпускаемых денежных средств на оборону, с тем чтобы не позже как в ближайшее пятилетие довести армию и флот до полной мобилизационной готовности»[867]. Таким образом, «новый курс» в военном строительстве был принят несколько ранее того, как события на международной арене приняли, по мнению советского руководства, угрожающий безопасности СССР оборот. В будущей военной тревоге 1927 г. Сталин, судя по всему, увидит подтверждение правильности принятых решений. Вслед за тем, в июле 1925 г., Политбюро приняло решение «во изменение предыдущих постановлений разрешить РВС СССР