Плетельщица снов - Наталья Журавлёва

вечер, господин Торн, — вежливо поздоровалась я и шагнула на брусчатку.

Представитель торгового сословия слегка наклонил голову, но больше ничего не сказал.

— Боюсь, я уже закрылась. Если вам будет удобно, приходите завтра, — поспешно добавила я.

— Как ваши дела, Мия? — произнес мужчина.

Ми-Ми встала обеими лапами на ногу хозяина, и Соломон быстрым движением поднял ее на руки.

— Вы имеете в виду дела в лавке? — уточнила я.

— Я имею в виду дела в лавке, — очень медленно повторил Торн.

В желтом свете фонарей на пустынной вечерней улице Соломон Торн больше не казался мне добрым дядюшкой, который готов бескорыстно помочь при первом обращении. Сейчас член Городского совета выглядел словно…

Я задумалась, а потом меня осенило: он держался точно так, как господин Лок — сборщик налогов в Больших Котлах и других окрестных деревушках, ежегодно навещающий наш дом. Лок всегда останавливался посреди комнаты, и слегка покачивался из стороны в сторону, ожидая, пока отец вынесет ему деньги.

Но чего от меня ждет господин Торн?

— Нормально, — быстро ответила я и тут же подумала, что положение моих дел вряд ли можно назвать нормальным, а значит, я зачем-то соврала.

— Со мной вы можете быть честны Мия, — одними губами улыбнулся Торн, и, хотя на щеке даже образовалась ямочка, его глаза остались предельно серьезными.

— На самом деле, я не знаю, как ответить на этот вопрос, — вздохнула я, решив не лукавить. — Люди, конечно, приходят и заказывают сны, но заказов слишком мало, чтобы дело можно было назвать успешным.

Торн немного помолчал, обдумывая услышанное, а потом все так же медленно произнес:

— Если вы не против, Мия, я провожу вас до дома. Время уже позднее, и на улицах может быть небезопасно. А по дороге вы расскажете мне о своих делах поподробнее.

Мы неспешно двинулись по Высокогорному проспекту.

К тому моменту, когда мы остановились у красной двери гостевого дома, я пересказала Соломону Торну все события предыдущих недель, начиная со дня открытия лавки снов. Торн слушал очень внимательно, не перебивал, иногда уточнял стоимость того или иного сновидения или количество покупателей в особо удачный день, от услышанного грустно вздыхал и качал головой.

— Ясно, — наконец, выдохнул он.

Я молча смотрела на мужчину. На языке вертелся невысказанный вопрос, который я по-прежнему не могла себя заставить задать.

— Пора подключаться, чтобы ваша лавочка совсем не обанкротилась, — тем временем спокойно, но решительно произнес Соломон.

— Вы совсем не обязаны, — растерянно произнесла я.

— Да нет, — тут же оборвал меня представитель торгового сословия. — Я, знаете ли, привык оберегать собственные интересы.

Это было уже слишком, и я наконец решилась задать волнующий меня вопрос:

— Простите, господин Торн, — пропищала я, и мужчина приподнял одну бровь вверх, — вы только ничего такого не подумайте, я очень благодарна вам за помощь с разрешением на открытие лавки снов, — я набрала побольше воздуху и произнесла: — Но я не совсем понимаю, какие у вас могут быть интересы в моей лавке.

Последние два слова я произнесла с особым нажимом. Как любит говорить отец, карты на стол!

Соломон Торн, не отрывая от меня взгляда, привычным движением провел ладонью по белой спинке любимицы.

— Все, что касается торговли в Бергтауне, вызывает у меня большую заинтересованность, — усмехнулся Торн, он явно не собирался посвящать меня в свои планы. — Вы ведь продаете свой товар, не так ли?

— Пытаюсь, — буркнула я.

— Ну вот, а я пытаюсь сделать так, чтобы продажи росли, а не падали. От этого зависит экономическое благополучие всего города, — он говорил так, будто объяснял маленькому ребенку сложные законы торговли.

«И ваше собственное благополучие, видимо, тоже» — едва не добавила я, но вовремя остановилась.

— Завтра вас навестят, — небрежно бросил Соломон на прощание. — Я имею в виду, в лавке, конечно.

Он спустил Ми-Ми с рук и неспешной походкой зашагал в обратном направлении.

Я же еще несколько мгновений простояла у входной двери, пытаясь разобраться в происходящем. Неужто представитель торгового сословия был обычным вымогателем, кладущим в собственный карман процент от прибыли в любых сделках в городе? И не об этом ли меня предупреждали Лусия и Максимилиан?

Я попыталась прикинуть в уме, сколько разных торговых площадок было в Бергтауне, и едва не присвистнула от масштабов возможной незаконной прибыли Торна. А потом махнула рукой: мне хуже уже точно не будет! Нельзя требовать часть того, чего попросту нет, а с прибылью у меня наблюдались большие проблемы.

Я уже взялась за ручку двери, собираясь войти, как вновь задумалась: а собственно, о каких-таких гостях говорил Торн? И как это мне поможет с делами в лавке?

Впрочем, до завтрашнего дня оставалось совсем недолго — скоро сама все узнаю.

Я рванула дверь на себя и шагнула в знакомый мрак прихожей. На сегодня у меня осталась только одна задача — хорошенько выспаться.

Глава 37

На следующий день после разговора с господином Торном лавку снов посетило раза в два больше покупателей, чем обычно, и каждый из них сделал заказ. Я решила, что это мой самый удачный день, но на следующее утро покупатели пожаловали вновь. И так происходило ежедневно на протяжении целой недели: поток покупателей все увеличивался и увеличивался.

Помимо людей, живущих или работающих неподалеку, в лавку стали заглядывать дамы и господа, считавшиеся элитой Бергтауна. Конечно, в моменте я понятия не имела, кто передо мной, и лишь потом узнавала, что госпожа в меховой накидке была хозяйка мастерской, где занимались огранкой драгоценных камней с последующим наложением на них заклинаний, а строго одетый господин в шляпе — управляющий единственного банка в городе.

Еще через неделю стали приходить знакомые уже новых клиентов, которые в свою очередь потом тоже приводили собственных друзей и приятелей.

У меня с самого начала были подозрения, что к этому причастен единственный в своем роде представитель торгового сословия. Однако окончательно я убедилась в том, что неиссякаемый поток клиентов — дело рук Соломона Торна, после того как порог лавки снов перешагнул никто иной, как распорядитель залов из городской администрации. Я сразу же узнала его невысокую полноватую фигуру, облаченную все в тот же синий бархатный костюм-тройку. Судя по выражению лица распорядителя, в лавку он пришел далеко не по собственному желанию, но сон