Плетельщица снов - Наталья Журавлёва

была полна решимости не позволить повториться вчерашнему, а сейчас все, чего мне хотелось — это вновь почувствовать его жаркие губы и сильные руки.

Макс придвинулся ближе, а я перестала дышать.

Закрыв глаза, я ждала, отдавшись течению собственной судьбы.

В следующее мгновение губы Флема действительно коснулись моей щеки, но лишь на секунду.

Максимилиан отшатнулся, хрипло выдохнул «Спокойной ночи» и, переступая через ступеньку, поднялся наверх и скрылся в своей спальне.

Я же так и осталась стоять на лестнице, держа в руке открытую коробочку с кулоном.

От разочарования я чуть не застонала вслух.

В какие игры он со мной играет? А я-то хороша!

С громким щелчком я захлопнула футляр и прошипела в пустоту:

— Завтра же верну!

Я поднялась в свою комнату, и уже через несколько минут лежала в кровати. Вот только уснуть удалось лишь под утро — низ живота сладко тянуло, а все мысли крутились вокруг одного единственного человека — Максимилиана Флема.

Глава 36

Дни вновь замелькали один за другим. Рано утром я отправлялась в лавку и возвращалась в гостевой дом лишь после заката. Каждого потенциального покупателя я встречала словно долгожданного гостя, а получая заказ на сон, с особым вниманием относилась даже к незначительным пожеланиям, чтобы оставить о своей работе только хорошее впечатление.

И все же за минувшие три недели покупателей было не так уж много. Конечно, количество желающих прикупить сновидение по индивидуальному заказу увеличивалось, особенно благодаря быстро разлетающимся по городу слухам, но все же не настолько, как бы мне того хотелось. А если говорить откровенно, настолько, насколько мне необходимо, чтобы сохранить свое дело.

Второй летний месяц подходит к концу. Скоро снова нужно будет платить за аренду лавки, за комнату в гостевом доме, а также пополнять запасы материалов для плетения. Только моих доходов пока едва хватает лишь на самое необходимое, а деньги, которые мне дала матушка Вуна, уже закончились.

Я вздохнула, устремив взгляд к горам, и по привычке потянулась к кулону на шее. Еще один день почти подошел к концу, а ничего не изменилось. Прикосновение к маленькому холодному камню в ажурном золотом коконе вернул меня в настоящий момент. Натянув золотую цепь, на которой висел кулон, я поднесла камень к глазам. При дневном свете подарок Максимилиана приобретал прозрачно-голубой оттенок и становился похож на крошечную льдинку.

Несколько дней подряд я повсюду носила коробочку с кулоном, чтобы при первой же встрече вернуть его Флему. Однако господин столичный сыщик постоянно где-то пропадал, мы больше не пересекались ни по утрам, ни по вечерам. В конце концов, мне надоело повсюду таскать коробку, и я просто надела кулон на себя, решив, что так он точно будет при мне, и я непременно верну Максу его дорогой подарок. Хотела бы я еще знать, где Максимилиана носит…

Из мыслей меня выдернул нежный звон колокольчика, который я повесила над дверью, чтобы слышать, когда в лавку кто-то заходит. Я обернулась и так удивилась, что даже забыла поздороваться.

— Добрый вечер, Мия, — застенчиво произнесла Софи. — Можно зайти?

Сестра Курта держалась за ручку двери, словно боялась, что без нее лишится точки опоры и окончательно потеряется. Взгляд в пол, вторая рука нервно теребит короткую прядь волос, таких же черных, как у брата. Даже стиль одежды повторял предпочтения Курта: черные кожаные штаны и максимально закрытая черная кофта. Что ж, не кожаная куртка в летнюю жару, и то хорошо!

— Софи! — я соскочила с дивана и подошла к девушке. — Конечно, можно. С Куртом все в порядке?

Не то, чтобы я по-настоящему беспокоилась за парня, просто до этого Софи ни разу одна ко мне не заходила.

— Да, с ним все хорошо. Курт сейчас в «Пещере» с гостями ресторана, — взгляд девушки скользил по убранству лавки, пока вновь не вернулся ко мне. — Честно говоря, он не знает, что я пошла к тебе, Мия.

Софи посмотрела прямо мне в глаза, но тут же вновь отвела взгляд.

— Если, уже слишком поздно, я могу зайти и в другой раз, — быстро произнесла она, словно ища пути к отступлению.

Если нелюдимая Софи пришла ко мне в тайне от брата, да еще перед самым закрытием лавки, значит на это есть очень серьезная причина. И я не собиралась так просто позволить девушке сбежать — вдруг ей требуется помощь, о которой больше некого попросить.

— Вовсе не поздно, — заверила я ее, и потянула в сторону кресел. — К тому же для тебя мои двери открыты в любое время. Твой брат очень помог мне, когда я готовила лавку к открытию

Софи наконец оторвалась от дверной ручки, и мы расположились в нише за столиком.

— Я могу тебе чем-то помочь? — осторожно спросила я, пододвигая к Софи чашку свежезаваренного чая.

— Вообще-то можешь, — Софи поднесла чашку к губам, но так и не сделала глоток.

Она всматривалась в темный напиток, собираясь с мыслями, а я терпеливо ждала, когда она продолжит.

— Я хочу заказать сон, — едва слышно сказала девушка. — Курт рассказал мне о том, что произошло во время Летнего бала, и я бы хотела попросить тебя сплести мне нечто подобное.

— Ты хочешь сон с тремя мужчинами? — опешила я.

Вот это тихоня! Кажется, Курт многого не знает о своей сестренке. Сколько Софи лет? Кажется, восемнадцать, как моей Еве. Неужели и Софи с утра до вечера думает лишь о кавалерах? Хотя единственный мужчина, с которым я ее видела, был Максимилиан.

Впрочем, Софи тогда так безудержно хохотала, что я решила, уж не соблазняет ли Макс заодно и ее, как будто Ванессы Торн ему было мало!

Но, насколько мне было известно, больше Флем в «Пещере» не появлялся, а сама девушка редко выходила в город без особой надобности. С другой стороны, как говорится, в тихой заводи бесы водятся.

— Нет, что ты! — тут же поспешила рассеять мои подозрения Софи. — Я совсем не это имела в виду.

— Тогда что?

Я уже не знала, что и думать, поэтому решила просто позволить Софи рассказать все, что она сочтет нужным, а потом уже делать выводы.

Не смея поднять на меня глаза, Софи собралась с духом и произнесла:

— Я действительно хочу попросить сон про мужчину, но лишь про одного-единственного, — она замялась, но усилием воли заставила себя продолжить,