Планетроника: популярная история электронной музыки - Ник Завриев

должно быть, снится в кошмарном сне. Эти треки он как бы открывает миру заново, подчеркивая, что на самом-то деле они интересно звучат, строятся на каких-то небанальных ходах и так далее. Для этого Терье часто делает на эти композиции собственные ре-эдиты.

Ре-эдиты (re-edits) – вообще отдельная часть диско-культуры, о которой надо, наверное, рассказать чуть подробнее. Ре-эдит очень похож на ремикс, но ремикс – это все же во многом творение его автора. Помимо исходного материала в ремиксе очень велик вклад того, кто этот ремикс делает, причем порой ремикширующий оставляет от оригинала буквально рожки да ножки (например, пятисекундный обрывок вокала), а все остальное создает с нуля. Ре-эдит – штука сугубо утилитарная, в ней используется практически только оригинальный материал.

Делаются ре-эдиты с двумя целями. Первая – чтобы трек можно было нормально сыграть в диджей-сете. Дело в том, что диско-барабанщики часто играли без метронома, поэтому бит в диско-композициях неровный и сводить эти треки «бит в бит» крайне тяжело, в отличие от ровного электронного диско, которое было записано под идеальный ритм драм-машины. Во-вторых, в ре-эдитах можно было как-то перестраивать структуру трека, например удлинять инструментальные куски, скопировав их несколько раз, и сокращать либо вообще вырезать вокальные. Сеты Тодда Терье почти целиком состояли из его же собственных ре-эдитов, их он сделал сотни. Причем набор этих треков весьма необычный, там есть и какие-то совсем ноунеймы, и диско-классика, и что-то совсем уж неожиданное, типа Демиса Руссоса.

Принс Томас, также как и Дэн Лисвик из шведской группы Studio, очень любил даб и делал диско максимально заторможенным и тонущим в эхе. По сути, с диско он делал примерно то же самое, что в свое время Мориц фон Освальд сделал с техно. Он как бы убирал из него самые яркие моменты и оставлял длинные психоделические бриджи, тонущие в реверберации. Вкусы Ханса-Петера Линдстрема были довольно эклектичными, он, например, любил спейс-электронику и краут-рок, но основную ставку он делал на этакий «новый Hi-NRG», то есть музыку эйфорическую и энергичную. В творческом смысле Линдстрём приходился двоюродным племянником Патрику Коули.

Трек, который поднимет норвежское нью-диско на новый уровень, записал именно он – речь про композицию «I Feel Space» 2005 года. На фоне всего того, что делали до этого норвежцы, «I Feel Space» звучал очень электронно и очень мелодично, там совсем не было хауса, фанка и тому подобного. А вот влияние Патрика Коули или Джорджа Мородера как раз чувствовалось, это была именно что космическая музыка. «I Feel Space» удивительным образом объединяет вокруг себя людей с совсем разными вкусами и эстетическими представлениями. С одной стороны, композицию очень любит голландский диск-жокей I-F, трек даже попадает по итогам года в хит-парад его радиостанции Intergalactic FM. I-F и его коллеги по радиоэфиру – законченные нёрды, противники всякой коммерции и шоу-бизнеса, удивить их какой бы то ни было новой музыкой крайне сложно. И вот вся эта компания адептов признает: да, этот норвежский чувак – «тру», это настоящее корневое диско. С другой стороны, «I Feel Space» – это планетарный клубный хит, его играют диджеи-суперзвезды типа Саши и Пита Тонга, а пластинку, изданную первоначально на собственном лейбле Линдстрёма Feedelity, переиздает немецкий Playhouse, лейбл модный и конъюнктурный во всех отношениях.

Линдстрём и Принс Томас (а они часто играют дуэтом), становятся настоящими звездами, их зовут играть в клубы по всему миру, они записывают «Essential Mix» для радиостанции BBC и ремикшируют поп- и рок-музыкантов, в частности Franz Feredinand и LCD Soundsystem. Вообще, нью-диско-ремикс в середине 2000-х становится такой же модной вещью, как хаус ремикс в середине 1990-х, и занимаются ими, естественно, не только Линдстрём и Принс Томас, но и вся норвежская диско-когорта от Royksopp до Diskjokke.

Важную роль в популяризации норвежского диско играет и лейбл Smalltown Supersound. Это довольно крупный издатель, и музыка у них выходит совсем разная. Это может быть и рок, и джаз, и электроника, и чуть ли не классика. Обновленное диско, в особенности родное, скандинавское, в их каталоге тоже занимает достойное место. Сначала они подписывают Mental Overdrive, который к этому моменту тоже ловит диско-волну, потом Линдстрёма и Бьорна Торске, а потом наконец и Annie, в чьем мейнстримовом успехе лейбл играет очень важную роль.

Примерно к 2007 году весь мир уже помешан на новом диско: за неимением большого количества новых жанров именно оно объявляется звучанием XXI века. Конечно же, слава жанра уже выходит далеко за пределы Норвегии, и играют его далеко не только норвежцы. Например, на британском Lo Recordings, которым руководит заядлый коллекционер и любитель диско Джон Тай, выходит компиляция «Milky Disco», где собирается публика очень разная, начиная как раз с Линдстрёма и Studio, заканчивая швейцарской группой In Flagranti или британцами The Emperor Machine. Самый неожиданный персонаж в этой компании – это IDM-ветеран Люк Вайберт. Здесь он представлен своим диско-проектом Kerrier District.

В Британии звездой нового диско становится Пит Херберт (не путать с Мэтью Хербертом), известный также под именем Reverso 68. В Ирландии флагман жанра – Джон Дейли. В Бельгии зажигается звезда дуэта Aeroplane, они выпустят череду довольно ярких синглов и альбом, но прославятся даже не этим, а своими ремиксами, в первую очередь на поп- и рок-музыкантов. В этом качестве они работают, например, с Грэйс Джонс, Робби Уильямсом, Cut Copy и Friendly Fires. Интерес к жанру со стороны медийных персон такого масштаба – лучший показатель популярности nu disco.

Сцена пополняется музыкантами из довольно неожиданных стран. Например, Богдан Иркюк представляет Болгарию, а Илья Рудман – Хорватию. В Финляндии отличное нью-диско записывает дуэт Putch 79. Вливается в нью-диско-движение и австрийский дуэт Tosca в составе Питера Хубера и Рихарда Дорфмастера. Их мы хорошо знаем с 1990-х годов как активных участников даунтемпо-сцены, и это как раз путь очень логичный, потому что от даунтемпо до нью-диско через балеарик, в общем, один шаг. Иногда рейды на территорию нью-диско будут совершать уж совсем неожиданные люди, например, немецкий транс-патриарх Майк Ван Дайк. Он запишет пару очень неплохих синглов под именем Mijkfunk.

Появляется даже анонимный проект. Дуэт называет себя Tiger and Woods и всячески эксплуатирует тему гольфа. Название проекта – аллюзия на гольфиста Тайгера Вудса, а их альбом называется «Through the Green», то есть «Через гольфовое поле». Их музыка – это практически ре-эдиты. Зачастую их треки строятся на длинных цитатах, как, например, композиция «Gin Nation», сделанная из старого диско-трека группы Imagination. Tiger and Woods даже дают концерты, но лиц своих не показывают, скрывая их за огромными бейсболками, опять же маскируясь под своего героя-гольфиста. Свои личности Тайгер и Вудс раскроют только много лет спустя. Ими окажутся два итальянца – Марко Пассарани (ветеран, поигравший огромное количество совершенно разной музыки