Хозяйка волшебного ателье - Мария Максонова

— Надюша, деточка, ты проснулась? — постучала в дверь миссис Трутрос. Кажется, она услышала мои стоны.

Я срочно накинула первую попавшуюся рубашку:

— Да-да, простите за беспокойство, — крикнула в ответ.

— Ну, что ты, какие беспокойства, — дверь отворилась, и вошла старушка с подносом, на котором источал приятный запах завтрак: яичница с беконом, подсушенный хлеб, местный травяной напиток вместо кофе. Выглядело все аппетитно, но желудок жалобно сжался. — Вот, возьми-ка, пей залпом, — она протянула мне зеленую жижу в мензурке.

Я не посмела спорить и, поморщившись, принялась глотать. Жидкость была вязкой, словно кисель, и при этом маслянистой, но безвкусной, отвратительное сочетание, захотелось выплюнуть, но я мужественно сглотнула — желудок будто обволокло изнутри, успокаивая. Пришлось допивать до конца, правда, странный привкус мела, оставшийся от состава во рту, заставил скривиться.

— Запей травками, сейчас полегчает, — предложила миссис Трутрос. Она оказалась права, после чая даже аппетит проснулся. — Ну, как вчера все прошло?

— Мне кажется, я опозорилась, — тяжело вздохнула я, впиваясь зубами в поджаренный тост.

— Ты преувеличиваешь, — хихикнула женщина и кивнула на тумбочку у кровати, на которой лежал мой амулет связи. Камешки сверху активно мигали разными цветами, сообщая о том, что нужно принять сообщения от разных отправителей. — Мне кажется, тебе нужно докупить артефакт картотеки побольше, чтобы вести учет клиентов, твоя скоро закончится, — намекнула миссис Трутрос. — Это раньше все сюда в основном ходили или записки присылали, а теперь-то ты работаешь для высшего света.

— Да что вы, — смутилась я, но все же взяла артефакт.

Честно говоря, больше всего я боялась и одновременно ждала сообщения от Стивена, но его как раз и не было — его камешек не горел, он только ночью мне написал, что все в порядке и операция завершилась. Я растерянно вздохнула. Вдруг его матушка наговорила ему обо мне всякого? Ох, не нужно было вчера ночью так вести себя... и такое о себе рассказывать... да вообще жакет снимать не следовало! Что теперь обо мне думает его родня? У меня опять включился режим: «я себя не стыжусь и буду говорить чистую правду прямо в лицо», и я ляпнула и про полное отсутствие магии, и про отца-алкоголика, и про то, что считаю местный мир примитивным в плане научных разработок... божечки, я же там лепила правду-матку направо и налево... еще и от пары бокальчиков не отказалась, потому что очень перенервничала, и все на голодный желудок — я съела всего пару канапе. Всегда знала, что мне пить нельзя. Нет, меня не уносит сразу, но тормоза отключаются, и я леплю что ни попадя, не думая о последствиях.

Я достала из тумбочки еще один артефакт — «картотеку», как называли это местные, по сути он добавлял артефакту «памяти» для записи большего числа контактов. Представлял он из себя книжицу, на обложке которой были камешки с цифрами, а внутри можно было записать карандашом имена. Подобные использовали в бизнесе, чтобы при увольнении секретаря контакты остались в компании. Стоило подключиться его к мессенджеру, как на обложке засияли несколько новых камешков, сообщая, что контакты незнакомые. Их можно было как запомнить, так и очистить. Я принялась поочередно читать сообщения. В основном это были предложения встретиться и обсудить новый заказ от потенциальных клиенток — их я записала в картотеку. Еще было несколько относительно приличных, но с намеками, сообщений от различных мужчин, которых я «очаровала» «заинтриговала» и «впечатлила». Один из них честно писал, что больше всего его заинтересовали «шелковые ленты» на моем наряде. Этих я сразу стерла, чтобы не засорять память артефакта.

«Вы определенно впечатлили публику, Надежда, это было оригинально и незабываемо. Возможно, даже слишком. Посмотрим, к чему это приведет», — обтекаемо написала мне миссис Фруткинс, и я едва сдержала жалобный стон. Кажется, она согласна, что это провал. Правда, до дома ее водитель меня все же довез. Неужели придется брать кредит под дикие проценты? Ох...

Завтрак я закончила под весьма тяжелые думы о перспективах своего бизнеса. И о вероятно загубленной перспективе своей личной жизни. И вздрогнула, когда на мессенджер пришло еще одно сообщение, засиял самый первый из камешков, что были на нем. Сердце замерло — Стивен.

«Все хорошо? Надеюсь, с тобой все в порядке?» — прочла я сообщение.

Я нахмурилась. Ему уже донесли, как я оскандалилась? Это намек?

«А что со мной может случиться? Это же не я преступников ловила,» — легкомысленно отбила я в ответ, но потом не выдержала и дописала: «А что?»

Но он так и не ответил. Только через несколько часов пришло следующее сообщение:

«Прости, я очень занят сейчас. Дело оказалось сложным. Я свяжусь с тобой позже.»

«Позже» — это вежливый способ сказать «никогда», расшифровала я.

Ну, все, абзац. Еще никогда у меня не было таких быстро закончившихся отношений — и суток не прошло.

Глава 88

Стивен

Проклятое дело о похищении ребенка стремительно превращалось в крупномасштабную политическую и религиозную свару, не давая продыху. Каждый раз, когда я надеялся, что смогу выкроить хотя бы вечер и писал Надежде, что-то в очередной раз случалось, и приходилось все отменять.

Мы с разрешения межконфессиональной комиссии провели обыск в доме священника культа единоликого бога, и далеко не сразу, но обнаружили тайную дверь в подвальное помещение. Там, под домом оказался потайной храм и библиотека, но все было окутано десятками сложных заклинаний и защит, на вскрытие которых пришлось потратить огромное количество времени и сил. Хорошо, что Натан догадался, что ключом к одной из дверей служит амулет-кулон, что был найден при арестованном, а чтобы войти в библиотеку, нужно было использовать ритуальный кинжал вместо ключа.

К изучению материалов привлекли нескольких представителей разных религий, специалистов по древним артефактам и трактатам, а также историков. К сожалению, защитные заклинания не позволяли вынести книги из подвала — там для них была организована идеальная насыщенная магией атмосфера и, стоило им покинуть территорию, как текст мог стать нечитаемым, скрывая все тайны этой закрытой секты.

— Смотри, что я нашел, — делился со мной Натан, срочно вызвав в тайную библиотеку. Он продемонстрировал мне непритязательного вида исписанную мелким почерком книжицу в мягкой кожаной обложке с пожелтевшими страницами и выцветшими чернилами. — Это дневник одного из первых священников этой религии.

Я заглянул в текст, пытаясь продраться через