Возвращение, или Свободу попугаям! - Юлия Фирсанова

— Тогда еще раз предлагаю, магева, продолжить разговор под сенью беседки, Марин, прикажи подать прохладительного, — леди Ивельда отдала несколько приказов, по мановению ее рук и мягкому голосу наших лошадей провели к открытой коновязи с теневой стороны дома, а мы последовали в глубины сада, к обещанной беседке.

Растительности здесь скорее предоставляли свободу расти, как заблагорассудиться, и помогали в этом процессе, нежели заставляли следовать строгому распорядку. Такое контролируемое буйство мне нравилось куда больше упорядоченного усечения всех неуместных, по мнению педантичного садовника, сучьев, веток и листьев. Никогда не считала красивыми фигурные издевательства над флорой а ля Версаль.

Просторная деревянная беседка скрывалась между яблонями, увитая от маковки до ступенек несколькими видами цветущего белыми, розовыми и голубыми "граммофончиками" плюща. Его усики цеплялись за тонкие рейки, наискосок набитые по верхнему краю проемов беседки, создавая зеленый занавес. Внутри находились обитые мягкой бежевой тканью скамьи со спинками и овальный столик, на нем, донышком на белоснежном кружеве салфетки стояла большая хрустальная ваза со свежими полевыми цветами. Буквально спустя минуту после нашего появления, появились девушки с корзинками и выгрузили на стол запотевшие кувшины толстого стекла с соками, ягодником, поставили бокалы, вазочки с ягодами, политыми медом и посыпанными колотым льдом. Хорошенько проголодаться с завтрака мы еще не успели, а вот освежиться после жаркой дороги никто не отказался. Я представила хозяйке свою компанию, не забыв про невесту Сарота с богатым приданым, и пригубила сок.

Под легкие закуски и прохладительные напитки беседа потекла заметно живее и доброжелательнее. Леди Ивельда, вернувшись в приличествующее провинциальной дворянке амплуа "гостеприимной хозяйки", почти перестала нервничать по поводу неподобающих обстоятельств встречи, ей осталось только напрягаться из-за неприятной темы разговора. Ромел же и управляющий Марин с увлечением принялись растолковывать нам, что к чему. Чувствуется, вместо извечно живой темы футбола здесь самым большим спросом пользовались истории о монстрах.

— Значит, так, Марин, почему вы считаете, что бесчинствует в ваших краях именно разбойничья банда? Есть очевидцы противоправных действий? — начала я допрос с пристрастием, попутно выуживая из медового сиропа ломтики груши.

— Так ведь про разбойников повсюду сейчас говорят, магева, как дождь по осени, а в наших краях они частенько и прежде пошаливали! — степенно ответил мужчина. — А что не взяли ничего у покойничков, так это еще доказать нужно, никто ж точно не знает, с чем они в путь-дороженьку отправлялись. Может, кое-какие вещицы при них специально для отвода глаз отставили. Ну а, вы уж леди Ивельда и дамы простите за такие страсти, — управляющий виновато покосился на госпожу и Вейлису (меня проигнорировал, то ли дамой не считал, то ли полагал, что в рассказах об ужасах я ему сто очков вперед дам), — что зверье трупы в кустах придорожных пообтрепало, так тоже не диво. Это ж только люди к смерти уваженье имеют, а для лесных тварей мясо оно и есть мясо.

— Разумно, — аккуратно пристукнув донышком бокала по столу, согласился Кейр.

Он не раз сталкивался с бандитизмом на дорогах в свою бытность охранником обозов и порассказал нам немало баек на привалах. Зато юный сын Ивельды негодующе засопел и заиграл бровями, выражая активное несогласие.

— Разумно не всегда истинно, — возразила я, подбадривая юношу, и спросила Ромела: — А ты почему о чудовищах говорить начал?

— Разве разбойники стали б каждую тройку десятидневий по одному человеку убивать? Они б обозы грабили или богатых путников, зачем им травник, четыре крестьянина из деревни, бродячий сказитель и лесничий? — аргументировано заявил парень, теперь, избавившись от избытка горячности, он говорил вполне здраво. — Это все какой-нибудь упырь, живую плоть грызущий, чтоб вечно жить!

— Так ведь не все трупы погрызены, — запальчиво возразил управляющий.

— А это оттого, что спугнули монстра или люди или рассвет! — отбрил Марина юноша, упрямо тряхнув головой.

Чувствуется они уже не раз вели этот спор и каждый оставался при своем мнении. Хорошо еще, что по причине разности в возрасте и положении спорщиков подраться не тянуло для пущей вескости аргументации.

— Ладно, кто бы у вас тут не водился, надо разобраться, — решила я, весьма заинтригованная возможностью встретить живое чудовище. — Раз вашего монстра солдаты не нашарили, значит, или разбойников раз два и обчелся или монстр отлично прятаться умеет. Хорошо бы, для начала зацепку отыскать. Не припомните, кто первой жертвой был?

— Как не припомнить, Травник наш, Грипет, — вздохнула леди Ивельда и замолчала, не в силах живописать душераздирающие подробности.

Поникшая головка женщины ясно говорила о том, что приятного в гибели травника было мало.

За леди продолжил Марин:

— Череп несчастливцу на дороге проломили, весь труп истерзали, а сумку с корешками на мелкие части порвали.

— Какой ужас! — шепнула Вейлиса, прижав руки к щекам, Сарот тут же покровительственно приобнял невесту.

— Кому помешал-то, болезный? — управляющий нервно почесал лоб. — Тихоня был, никому грубого слова не скажет, в лесу, в поле каждую травинку знал, в помощи не разу не отказал, хоть на рассвете, хоть ночью приди. Один грешок всего водился: рубахи яркие любил, может, через это и погиб, решила какая-то тать, что денежка у него водится… Схоронили его, как просил, у его лесного домика, под большим дубом. Наши парни из деревенских, что охотой промышляют и в следах толк знают, еще тогда пытались сыскать виновных, да тщетно, дождь не ко времени прошел.

— Проводника найдете? Схожу на могилу к вашему травнику, — попросила я. — И подскажите, где нам в деревне разместиться можно.

— В поместье хватит комнат на всех, магева, не обижай отказом, — промолвила леди Ивельда с мягкой настойчивостью. — Оставайтесь, сколько будет необходимо. Стол и кров — самое малое, что я могу предложить тем, кто желает помочь в беде.

— Я провожу вас к лесной хижине! — взвился с места Ромел. — Можно, леди мама?

— Ступай, дорогой, этот твой долг будущего хозяина земель, — ответила женщина, хотя с большей радостью удержала бы сына под своим крылышком, подальше от опасностей. Строгий, чинный голос отпускал отпрыска, а глаза умоляли меня позаботиться о ребенке. Я кивнула, у нас так же как у них, сколь не велик детина, а для родителей все кроха.

Вейлису, Сарота и Кейра, несколько раз заверенного в безопасности дневного времени суток по части нападений, мы оставили размещаться в отведенных помещениях. Морианца тоже пришлось убеждать в его временной бесполезности в деле выслеживания чудовищ. Он угомонится только тогда, когда я пообещала в случае установления разведкой наличия в лесах не монстров, а разбойников, обязательно привлечь его к участию в истреблении врагов.