Дети Грозы - Тиа Атрейдес

Дайм задержался немного в Голубой гостиной, давая Его Величеству время подготовиться к встрече. Высокие окна, солнечные блики на шелковых шпалерах, легкая резная мебель вишневого дерева — комната навевала умиротворение. Фрейлина Её Высочества за клавесином мило порозовела и сбилась с ритма, но маркиз кивнул ей ободрительно, и журчащая музыка возобновилась. Ещё две дамы в кружевах и рюшах, позабыв обсуждение мод, немедля принялись стрелять глазками и завлекательно улыбаться. Но не успели пойти в полноценную атаку: Дайм направился дальше.

В мрачноватой королевской приемной Дайм не задержался. Едва маркиз зашел, разговоры стихли, заинтересованные взгляды устремились к нему. Послышались приветствия — Дайм ответил всем сразу улыбкой и легким поклоном. Полноватый старик с графскими дубовыми листьями по перевязи направился было к маркизу завести беседу, но его опередил секретарь. Неулыбчивый сухощавый шер выбежал из-за конторки, почтительно поклонился и проводил Дайма к дверям, украшенными золотыми единорогами на ультрамариновом поле. Сообщил не то гербам, не то гвардейцам с церемониальными алебардами наперевес, замершим по обе стороны от входа:

— Его Светлость маркиз Дайм шер Дукрист, посланник Его Всемогущества, Императора Фьон, Ольбера, Брескони, Валанты, Ирсиды и Лестургии, Элиаса Зелимарта Фардана шер Кристиса, к Его Величеству!

Синемундирные гвардейцы стукнули древками об пол, отдавая честь высокому гостю, и распахнули двери в кабинет, выдержанный в спокойных темных тонах.

Высокий седой мужчина, облаченный в строгий темно-синий камзол, поднялся навстречу из-за массивного письменного стола эбенового дерева. Величественная осанка, резкие черты смуглого лица, почти черные глубокие глаза, исполненные достоинства жесты свидетельствовали о древней королевской крови, крови воинов и магов. Но, увы, в крови Суардисов божественный огонь почти угас — как и в большинстве старинных фамилий.

Сегодня монарх выглядел куда лучше, чем месяц назад, в прошлую встречу. Исчезла старческая медлительность и бледность, глаза заблестели. Покончив с протоколом и приняв из рук Дайма свиток с гербовой печатью — пурпурный воск, голова черного кугуара — король указал на глубокие кресла у холодного камина:

— Располагайтесь, маркиз.

— Благодарю.

Маркиз сел, наблюдая за тем, как Его Величество читает Высочайший Указ, составленный неким Светлым магом — для короля не было секретом, что Император лишь подписал документ. По мере чтения лицо Его Величества прояснялось, на губах появлялась улыбка.

— Так значит, Его Всемогущество непреклонен?

— Совершенно верно, Ваше Величество. Меры, несомненно, жестоки, но воля Императора превыше.

— Этот документ ставит Валанту в весьма уязвимое положение, маркиз.

— Сожалею, Ваше Величество…

Жадные сиренево-черные нити — цвета разума и смерти — подслушивающего заклинания настойчиво лезли повсюду, вызывая у маркиза желание брезгливо отряхнуться. Но он позволил магистру Бастерхази даже рассмотреть текст документа: в конце концов, именно ради темного и Ее Высочества Ристаны, старшей дочери короля, они с Мардуком и затеяли чехарду с Указом. А для пущей ясности Дайм не преминул кое-что напомнить придворному магу — король все это знал и так:

— В заботе о благе подданных Император не оставит провинцию на произвол судьбы. Да и четвертый кронпринц Лерма проявляет серьезную заинтересованность в будущем Валанты. Мой дорогой брат готов принять на себя все тяготы управления и бремя короны.

— Забота кронпринца чрезвычайно лестна, но мы не смеем отвлекать Его Высочество от несомненно более важных дел в Метрополии. К началу лета наследник Кейранн будет в столице.

— Ваше Величество понимает, что наш возлюбленный брат не оставит высочайшим вниманием Валанту до утверждения Вашего законного преемника на престоле.

— Можете заверить Его Высочество, что никаких препятствий к утверждению Кейранна наследником не будет.

— Не сомневаюсь, Ваше Величество. Но разве вы можете гарантировать, что с мальчиком не случится ни внезапной простуды, ни несварения? Да мало ли опасностей подстерегает детей в наше суматошное время. А если династия прервется…

— Не стоит недооценивать мастерство нашего придворного мага. Магистр Рональд сумеет предусмотреть все неожиданности и обеспечить наследнику полную безопасность.

— Надеюсь, Ваше Величество. В противном случае на Конвенте встанет вопрос о расследовании возможных нарушений Закона и соответствии магистра занимаемой должности.

Клейкие щупальца подслушивающего заклинания расползлись — придворный маг узнал все, что его интересовало — оставив мерзкий привкус темной магии. Но привкус привкусом, а ничего конкретного, за что мага можно было бы привлечь к суду, в королевском кабинете не было. Осторожность, переходящая в паранойю, хранила магистра Бастерхази на протяжении многих лет, но маркиз не оставлял надежды поймать темного на нарушении Закона: прямое воздействие на царственную особу, в наказание — насильственное лишение магии и вечная ссылку за пределы Империи.

Продолжая беседу — о винах, погоде и политике Полуденной Марки в связи с введением Империей пошлины на островной ром — Дайм продумывал дальнейшие действия.

Почву для возвращения наследника они подготовили, указ Императора обезопасил принца от покушений со стороны любимого ученика Великого Паука Тхемши и послушной ему старшей принцессы: если Кейранн умрет, не оставив наследника, династия Суардисов прервется, и Ее Высочество Ристана лишится не только прав на трон, но и титула принцессы. А магистр Бастерхази потеряет надежду получить не только одну из богатейших провинций и последний в Империи лес Истинных Эльфов — бездонный источник магической силы и редчайших ингредиентов для зелий и заклятий — но и долгожданную свободу от учителя.

Конечно, Его Величеству Мардуку было непросто решиться на риск даже ради жизни и безопасности сына. Но он верил, что выиграет — а Дайм знал это точно. Потому что иначе ему самолично придется вручить корону Валанты ненавистному брату Лерме. Тому самому брату, что смотрит на него, как на кучку испражнений посреди великолепной гостиной.

Нет уж… Дайм Дукрист верен Императору, и эта верность скреплена печатью Парьена-Тхемши. Но это не значит, что Дайм должен стелиться под четырех высокомерных «законных сыновей». Если бы хоть один из них был мало-мальски стоящим магом! Но от древнего рода светлых Кристисов у кронпринцев остались лишь бирюзовые глаза и монетный профиль. Да и сам Император обладал магией лишь чуть большей, чем деревенская знахарка.