Измена. Вне зоны действия любви - Надежда Юрьевна Волгина

есть женщина, с которой ему хорошо. И Антон прекрасно осознавал, что внесло некий диссонанс в его жизнь. А точнее, кто. Эта девушка, которую он вчера, возможно, спас от верной смерти. И не давал ему покоя вопрос – что она делала на той злосчастной лавке, в такое время? И почему ей некуда идти? А еще не оставляло ощущение, что он ее где-то уже видел. Но когда и где, убейте, не мог вспомнить. Возможно, так ему только казалось.

– Антош, ну я же вижу, что тебя что-то тревожит. Поделись, легче станет, – потерлась Ира щекой об его плечо.

Собственно, почему нет? От этой женщины у него нет секретов. Ну почти…

– Ириш, вот скажи, по какой причине можно в одночасье лишиться всего? И остаться на улице?.. – постарался он как можно четче сформулировать свою мысль.

– Кого ты имеешь в виду? – удивленно уточнила Ира. – Если честно, я не очень поняла смысл вопроса.

Антон и сам мало что понимал, как и не знал, сможет ли сформулировать вопрос понятнее. Он просто рассказал Ире о том, что случилось вчера вечером. И ее реакция была ему очень любопытна.

– Ты хочешь сказать, что привез домой какую-то нищенку? – не поверила своим ушам Ира. Именно такое у нее и было выражение на лице.

– А она не нищенка, – усмехнулся Антон, – если судить по одежде, волосам, рукам…

Да-да, на всё это он невольно обратил внимание. Не то чтобы пристально разглядывал девушку. Как ее зовут?.. Ах да, Марией. Так вот, ухоженность и холеность ее сами бросились в глаза. Она явно жила в достатке и, скорее всего, нигде не работала. Если не считать бледности и усталости, то ее можно было назвать настоящей красавицей из высшего общества. Но в этом самом обществе, где и сам крутился, Антон ее точно раньше не встречал.

– И кто она?

– Понятия не имею. Знаю только имя…

– А лет ей сколько?

– Да… совсем молодая. Двадцать с хвостиком, может, – прикинул он.

– Молодая, богатая и… наверное, симпатичная? – бросила на него Ира быстрый взгляд. – Действительно, странно. А где ты говоришь она сидела?

Антон и это рассказал.

– Получается, в этом коттеджном поселке она живет? – рассуждала Ира.

– Или была там у кого-то в гостях, – кивнул Антон.

– А ты у нее не пробовал поинтересоваться? – с улыбкой посмотрела на него подруга.

– Представь себе, пробовал, – понимающе усмехнулся Антон. – Но поделиться своей тайной она со мной не пожелала. И вообще, ведет она себя довольно странно.

Он рассказал Ире, как шарахается от него девушка, словно видит в нем кровожадного демона, как едва не упала в обморок…

– Всё страньше и страньше, – пробормотала Ира. – Ты уверен, что привозить ее в дом было хорошей идеей? Вдруг она… того, – покрутила Ира у виска.

– Всё возможно, хоть на сумасшедшую она и не похожа.

– И что ты дальше с ней собираешься делать?

– Пока не решил, – отозвался Антон. – Чтобы помочь человеку, нужно хоть что-то про него знать.

Да, этой девушке он хотел помочь. И в помощи она явно нуждалась. Тем более странным казалось ее поведение.

– Ну может, она с твоей прислугой будет более откровенна?

– Ни горничной, ни кухарке она тоже ничего про себя не рассказывала.

– А что она вообще делает?

– Не знаю, – пожал Антон плечами. – Отдыхает, наверное… Сегодня вот вздумала помогать горничной, а сама еле на ногах держится.

– Помогать – это хорошо… Благодарна, значит, за спасение… – как-то машинально проговорила Ира, но сразу же оживилась. – Всё, хватит о ней! Переходим на нас, – прижалась она к Антону всем телом. – Еще одна порция секса, или пойдем ужинать?

Антон вдруг подумал, уж не ревнует ли Ира его к спасенной девушке? Но вела она себя несколько странно.

Он бы и от секса не отказался, но есть хотелось сильнее. А уж в исполнении Ирины каждый ужин превращался в кулинарный сюрприз.

– Ужинать! А потом всё остальное…

* * *

Маша отошла на приличное расстояние от дома Мельникова, прежде чем рискнула остановиться и подумать. Шла все время вдоль кромки леса, но потом свернула от него в сторону. Сумерки еще не начали сгущаться, но всё к тому шло. И темнота леса пугала.

Кажется, у нее получилось улизнуть незамеченной. Но как-то не получалось этому радоваться. Невольно Маша представляла себе реакцию Мельникова, когда поймет, что ее в доме нет. Скорее всего, он обрадуется…

А ей-то что делать? Куда податься? На одном месте стоять было холодно, и Маша побрела по узкому тротуару вдоль трассы.

Шла она довольно долго, куда глаза глядят. Уже активно сгущались сумерки, зажигались фонари. С приходом вечера холодало тоже стремительно. И тогда Маша решила, что сегодня совершила самую большую глупость в жизни. Ведь не для того вчера ее спас Мельников, чтобы сегодня она снова замерзала на улице. С другой стороны, разве можно это назвать спасением?

Пройдя довольно большое расстояние, Маша свернула с трассы и углубилась во дворы. К тому времени она уже прилично промерзла. Грезила о тепле и горячем чае, понимая, насколько даже эти элементарные желания сейчас неосуществимы. А еще она вспоминала разные истории, услышанные когда-то и от кого-то. Как например, про мужчину, который стоя на коленях возле церкви, просил милостыню. Люди говорят, что так он напросил на квартиру не только себе, но и сыну. И не о квартире сейчас Маша думала, а о тепле и пище. Смогла бы она так? И как вообще так случилось, что она вынуждена об этом думать?

Не в силах больше идти, Маша присела на одинокую лавочку в каком-то дворе. Обычный двор с обшарпанной пятиэтажкой, каких в городе много.

Мысли приняли в голове стройный ряд. О голоде и холоде сейчас Маша старалась не думать.

Прежде всего ей нужно найти место для ночлега. А потом заняться поисками работы. Любой, на какую возьмут. Но действовать нужно обязательно! Иначе она не переживет сегодняшнюю ночь.

Завидев старушку с большим пакетом, свернувшую во двор, Маша поспешила ей навстречу. И действовала она интуитивно.

– Давайте, помогу вам, – перехватила она у старушки пакет.

– Ой, спасибо, дочка! А то сил нет уже тащить его, – вздохнула с облегчением старушка.

– А вы в этом доме живете?

– Тутошняя я, из третьего подъезда, – ответила старушка и сразу же подозрительно покосилась на Машу. – А что?

– Да… не могли бы вы пустить меня к себе на ночлег? – выпалила она, и будь что будет.

– Как так? – опешила женщина. – А тебе, что же, идти некуда?

Маша покачала головой, отчетливо осознавая, как странно выглядит.