Измена. Вне зоны действия любви - Надежда Юрьевна Волгина

– Ты посмотри, в кого ты превратилась. Во что превратила квартиру… Бомжатник какой-то. Ходишь как оборванка, вечно пьяная. Перед соседями не стыдно?

Вот ей было стыдно смотреть в глаза соседям. В каждом ответном взгляде она читала осуждение и жалость.

– Каждый раз одно и то же. Я прихожу, в доме бардак, и ты пьяная в стельку… Может скажешь уже хоть что-то?! – закричала Маша на мать.

– А что сказать, доча? Всё правильно ты говоришь, – встала мать с табуретки и, пошатываясь, подошла к раковине. – Я помогу тебе, посуду вот вымою…

– Да отойди ты! – отпихнула Маша ее от раковины (тогда мама чуть не упала, с трудом удержала равновесие).– Не лезь уже! Сама всё сделаю…

Этот разговор с мамой случился у нее примерно через год после гибели Димы. В то время Маша уже жила в счастливом браке с Виктором, в его большом доме. А мама постепенно опускалась всё ниже и ниже. Маша, конечно, навещала ее, помогала деньгами. Но деньги все мать пропивала, а в душе Маши копилось раздражение и… (сейчас ей даже стыдно было вспоминать те свои чувства) брезгливость.

Маша отчетливо вспомнила, как простилась тогда с мамой, что именно они сказали тогда друг другу.

– Мам, ты же себя гробишь, понимаешь?

Она вышла проводить дочь в коридор. Перед этим Маша взяла с нее обещание, что хотя бы помоется и постирает одежду.

– Дочь, а может так лучше? – посмотрела на нее мама совершенно трезвыми глазами. А ведь она была всё еще сильно пьяна. – Не могу я, как Димочка… Не такая я сильная. А так… может, быстрее получится. У тебя, вон, всё хорошо, и муж хороший. А без него я не могу…

Не единственный такой разговор у них был с мамой. После того случая Маша еще не раз пыталась вразумить маму. И у нее получилось. Но сейчас, лежа в чужой квартире, она вдруг подумала, а надо ли было это делать? Мама бросила пить, но жить без сына так и не смогла. Очень быстро она отказалась от реальности, погрузилась в какой-то свой замкнутый мир, в котором и жила по сей день. Но зато она не пила.

Глава 12

Стас позвонил около полудня.

– Горазд же ты спать, – не сдержал Антон упрека.

Звонка друга он ждал с самого утра. И только то, что воскресенье, удерживало его от активных действий.

– Вообще-то я уже давно не сплю, а выполняю твое поручение. В свой выходной, заметь. И кое-что уже нарыл…

– Есть остальные фото?

– И не только. А ты где сейчас?

– За рулем. В одно место надо съездить.

– Когда освободишься?

– Примерно через час, может, полтора, – прикинул Антон. – А что такое? Можешь же кинуть файлом мне на почту.

– Говорю же, есть нюансы. Слушай, а подъезжай потом ко мне? А то так не хочется куда-то переться в воскресенье, да еще и в такую погоду.

На том и порешили. И Антон остался заинтригованным – какие такие нюансы имел в виду Стас.

Освободился он около трех и сразу же отправился к другу.

– Ну привет, редкий гость! – с улыбкой встретила его Оксана – жена Стаса, впуская в квартиру.

– Привет, Ксюш! Дома твой благоверный?

– Дома и с нетерпением тебя ожидает. В кабинете. Сейчас закуску принесу…

Подкрепиться Антон был не против. А вот от выпивки, предложенной Стасом, отказался.

– Я же за рулем.

– А я нет, – плеснул себе Стас виски в бокал. – Выходной – имею право. Ксюха, правда, ворчит. А мне так лучше работается. Иди сюда, стул бери… – поманил он Антона к столу, за которым сидел перед большим монитором. – Смотри внимательно, – открыл он страницу с женскими фотографиями.

Почти сразу же Антон нашел Марию, хоть фотография и была отвратительного качества.

– Вот она, – указал он на фото.

– Я так и знал, – кивнул Стас.

– В каком смысле? – удивлённо посмотрел на друга Антон. – Как ты мог знать, если не видел ее? – напился он что ли? Вроде бы нет.

– А вот и видел, только уже давно. А ты ее не узнаёшь?

– Не-э-эт… – протянул Антон, – хоть ее лицо и кажется мне знакомым.

– Вот! – поднял Стас указательный память. – И таким оно тебе кажется, потому что вы уже встречались. Лет… – прикинул он в уме, – пять назад.

– Стас! Хватит загадок. Видишь, не могу вспомнить. Кто она такая?

Вошла Оксана с подносом, и разговор вынужденно прервался.

– Антон, заставь его поесть, – строго велела жена Стаса. – С утра пьет и не закусывает толком…

Она ушла, а Антон пододвинул к Стасу тарелку с котлетами.

– Закусывай, давай, и рассказывай уже.

– Угу, – кивнул Стас, накалывая котлету на вилку.

Продолжить разговор они смогли не раньше, чем Стас дожевал котлету и выпил еще щедрую порцию виски. К тому моменту Антон уже готов был набить ему морду. И всё это время он пытался вспомнить, где же мог видеть Марию. Но тщетно.

– Помнишь девчонку, что приходила тебя просить за брата?

– Какую девчонку? – нахмурился Антон, а память уже услужливо начала подкидывать в голову картинки из прошлого.

Глаза… Эти необычные глаза…

– …Проигрался сильно, на крупную сумму попал… Она еще такая дерзкая была, что заинтересовала тебя… Мы еще шутили…

И Антон вспомнил! Так отчетливо, как будто случилось это вчера.

– А она красотка, хоть и малолетка… – посмотрел Антон на дверь, закрывшуюся за девчонкой.

– Да, хорошенькая, прямо конфетка. И что ты решил? Уступишь? Дашь отсрочку?

– Глаза у неё такие… Необычные.

– И фигурка ничего, – причмокнул губами Стас. – Аппетитная, всё на месте.

– Как думаешь, может мне простить ее брату долг в обмен на кое-что поинтереснее с ее участием?

– А почему нет? – хохотнул Стас. – Наверняка она еще и девственница. Только нужно выяснить есть ли ей уже восемнадцать. А то… с малолетками связываться себе дороже.

– Вообще-то я шутил, – с укоризной взглянул на друга Антон. – Надо себя не уважать, чтобы ставить женщинам такие условия. Даже если они такие красотки. Ладно, всё это лирика. Сколько, говоришь, он проиграл?..

– Получается, это она? Вот это совпадение…

– Она – та самая пигалица, которая тогда сбежала. И результата не дождалась, – хмыкнул Стас.

– Но…

Антон снова восстановил в памяти события того вечера. И в частности их со Стасом диалог. Что же получается, что девушка тогда услышала обрывок разговора и сделала неправильные выводы? Теперь Антон вспомнил и то, что дверь тогда Стас прикрыл неплотно.