Русско-шведская война. 1610–1617 - Сергей Николаевич Бирюк

правления Густава Васы для ведения ближнего боя стали использоваться штурмовые пушки (stormstycken) стрелявшие картечью. Их масса, вероятно, составляла 300–200 кг[27].

К полевой артиллерии относились и «огненные пушки» (fyrverket), которые обслуживались специально обученными канонирами (fyrverkare). Особым видом орудий этого типа была огненная мортира (fyrmörsare), предназначенная для стрельбы зажигательными ядрами (fyrbollar) для «поджигания домов, башен и крепостей». Огненная мортира использовалась исключительно в осадной войне. Вес таких мортир, отлитых в середине XVI в., составлял 200–300 кг.

Ручное огнестрельное оружие напоминало гаковницы. Самое крупное по калибру оружие называлось фольгер (mickhake) – по вилкообразной опоре, называемой вилкой (micke), с помощью которой оно крепилось к ложе. Вес такого оружия составлял около 100 кг. Фольгеры использовались как в бою, так и в мирное время.

Приведенная таблица отражает количество прислуги и боеприпасов орудий в XVI в. В ней приведены данные похода принца Карла в Кальмар в 1598–1599 гг. Артиллерия состояла из: 2 двойных картаун, 2 одинарных картаун, 12 полукартаун, 2¾ кулеврин (notslangor) и 2 «новоотлитых пушек, стреляющих дробом»[28].

Количество прислуги и боеприпасов на одно орудие в XVI в.

По развитию шведской артиллерии в период ранних Васов создается впечатление, что важнейшим было снижение веса пушек, упрощение конструкции и введение единых стандартов. Только позднее эти усилия принесли более конкретные результаты.

В начале XVII в. Швеция быстро переняла испано-голландскую артиллерийскую систему, которая быстро стала общим стандартом для артиллерии Центральной и Северной Европы. Испано-голландская система достигла зрелости в 1609 г., когда генерал артиллерии Испанских Нидерландов Шарль Бонавентура де Лонгеваль (1571–1621), граф Буккуй, вместе с артиллеристами Кристобалем Лечугой (ум. 1621) и Диего Уфано (ум. 1609–1612), упростили и сократили большое количество прежних артиллерийских калибров до универсальной системы, состоящей всего из четырех стандартных калибров. Уфано объяснил необходимость реформы тем, что «разнообразие и большая путаница в старых пушках приводили к большим затратам сил и средств на приобретение подходящих пушечных ядер. В настоящее время у нас есть единая линейка артиллерии, основанная на картауне и ее производных, вплоть до 6-фунтового калибра, так что соответствующие боеприпасы легко достать и использовать…».

Испано-голландская система использовала ту же терминологию, что и устаревшая немецкая система XVI в., на основе которой она возникла, но для разных калибров. Во-первых, как и раньше, новая система разделяла артиллерию на два основных класса: короткоствольную осадную артиллерию малой дальности (нем. Mauerbrecher, «таран») и длинноствольную полевую артиллерию большой дальности (нем. Schlange, «змея»; в других языках более известна как culverins, в конечном итоге от латинского coluber, «змея» и colubrinus, «змееподобный»). Длинноствольные кулеврины отныне действительно считались основным классом артиллерии, поскольку они были более универсальными, скорострельными и дальнобойными орудиями. Хотя оба класса артиллерии также использовались в качестве корабельных пушек, длинноствольные, по-видимому, были предпочтительнее в этой роли[29].

Каждый класс артиллерии был разделен на четыре стандартных калибра. В качестве базового калибра для осадной артиллерии использовался 48-фунтовый, а для полевой артиллерии – 24-фунтовый. В дополнение к 48-фунтовому орудию испано-голландская артиллерийская система предусматривала дальнейшее использование старого Doppelkartaune, или двойной картауны, 96-фунтового калибра, которое было очень трудно передвигать. Однако вскоре выяснилось, что даже 48-фунтовые орудия слишком тяжелы для удобной эксплуатации. Также было обнаружено, что 24-фунтовый снаряд не только легче, проще в перемещении и занимает меньше места, чем 48-фунтовый, но и потребляет меньше пороха и имеет более высокую скорострельность, при этом производит почти такое же воздействие на каменную стену. Отныне 24-фунтовый калибр стал стандартным для осадных орудий, и это положение сохранялось до конца XIX в., когда он был окончательно вытеснен современной нарезной артиллерией.

Хотя испано-голландская артиллерийская система быстро стала общепринятым стандартом среди профессионалов, мастера-артиллеристы иногда использовали несовместимую терминологию. Например, четверть кулеврина могла называться пеликаном, а «фалькон» (сокол) послужил источником названия «фальконет» для длинноствольных пушек меньшего калибра. Более того, по практическим соображениям пушки часто стреляли гораздо более легкими зарядами, чем можно было предположить из их официальной классификации. Тем не менее из приказов и отчетов того времени видно, что североевропейские армии полностью приняли испано-голландскую артиллерийскую систему к 1610-м гг[30].

Испано-голландская артиллерийская система, в которой калибр определяется в зависимости от базового веса в фунтах железа соответствующего пушечного ядра

Шведская осадная артиллерия включала 96-фунтовые картауны (швед. – dubbelkartoger), 48-фунтовые (helkartoger), 36-фунтовые (trekvartskartoger), 24-фунтовые (halvkartoger) и 12-фунтовые (kvartskartoger или kvarterstycken).

Кроме того, в состав шведской артиллерии входили длинноствольные пушки класса кулеврина: 24-фунтовые (helslangor, notslangor или faltslangor, то есть «полевые змеи»), 18-фунтовые (trekvartsslangor), 12-фунтовые (halvslangor) и 6-фунтовые (kvartsslangor). Длинноствольные пушки меньшего калибра назывались фальконами (falkoner), а пушки еще меньшего калибра – фальконетами (falkonetter).

Общее количество пушек было велико, но они были распределены по всем замкам страны – в Швеции, Финляндии и Эстляндии. В 1600 г. в одной только Стокгольмской оружейной палате находился артиллерийский парк, состоящий из двух 96-фунтовых пушек (о них подробнее ниже), пяти 48-фунтовых, четырех 36-фунтовых и десяти 24-фунтовых пушек. Количество кулеврин было гораздо больше, включая пятьдесят одну 24-фунтовую, тридцать пять 18-фунтовых (из них 18 бронзовых), сто четыре 12-фунтовых (из них 79 бронзовых) и большое количество пушек меньшего калибра.

Было понятно, что унифицированные калибры выгодны для логистики и в целом делают армию более эффективной. Однако это еще не было отражено в существующих артиллерийских парках. Когда датчане в 1611 и 1612 гг. взяли замки Кальмар и Гулльберг, они обнаружили пушки нескольких разных калибров, включая 12-фунтовые, 10-фунтовые и 3-фунтовые. В 1582 г. в Стокгольме были отлиты две удивительно большие длинноствольные 96-фунтовые пушки (fyrdubbla notslangor). Эти две пушки весом 10 200 кг каждая получили название Makalös («Непревзойденная»). Из-за плохого состояния дорог в Швеции осадная артиллерия зачастую вообще не могла передвигаться, разве что на речных лодках или кораблях. Даже полевая артиллерия, созданная в 1541 г. и с тех пор постоянно обновлявшаяся, не отличалась мобильностью, что часто мешало ее эффективному использованию. Мы увидим, что шведская артиллерия лишь изредка использовалась в Русском царстве, где дорожные условия были еще хуже[31].

Швеция располагала богатыми залежами меди, поэтому производство бронзовых пушек никогда не было проблемой. Тем не менее на вооружении находилось и немало железных пушек. Железные пушки, как правило, считались уступающими по качеству. Хотя железные пушки были гораздо дешевле бронзовых, они были и тяжелее, поскольку железо слабее бронзы, а для железной пушки, соответственно, нужен более толстый ствол. Кроме того, при наличии производственных дефектов железные пушки могли лопнуть без предупреждения. Бронзовые пушки тоже могли лопнуть, но в этом случае на стволе обычно