Русско-шведская война. 1610–1617 - Сергей Николаевич Бирюк

чем отечественные офицеры французской или испанской армии. Во-первых, они имели опыт в занимаемой военной должности. К 1590 г. 77 процентов отечественных пехотных капитанов и 62 процента отечественных кавалерийских капитанов прослужили в своем нынешнем звании три и более лет. Кроме того, большинство или все некоторое время служили в младших званиях, прежде чем получить звание капитана. Кроме того, 35 процентов всех пехотных капитанов и 31 процент всех кавалерийских капитанов фактически прослужили 11 лет и более, и большую часть этого времени провели на войне. К 1610 г. 63 процента отечественных пехотных капитанов и 71 процент отечественных кавалерийских капитанов прослужили в своем нынешнем звании три и более лет. К тому времени 29 процентов всех капитанов пехоты и восемь процентов всех капитанов кавалерии прослужили 11 и более лет. Последнюю цифру можно объяснить тем, что к этому времени гораздо большая доля кавалерийских офицеров (48 процентов от общего числа) были иностранного происхождения. Число иностранных пехотных офицеров также возросло, но не так резко, до 27 процентов. Иностранные офицеры, конечно, не так долго служили в шведской армии, но часто приобретали значительный опыт в других местах. Соответственно, не было необходимости строить армию с нуля. Профессиональное ядро уже существовало[36].

Каково было происхождение иностранных офицеров? Большинство из них были немцами, либо из Центральной Европы, либо из Прибалтики. Действительно, в записях часто трудно провести различие между прибалтийскими немцами, которые родились как шведские граждане, и теми, кто формально был иностранным подданным. Вторую по численности группу составляли шотландцы, англичане и ирландцы. За ней по численности следовала смешанная группа французов, валлонов, швейцарцев, итальянцев и испанцев, а также несколько меньшая группа, состоявшая из офицеров голландского, фризского или фламандского происхождения. Служили и люди другого происхождения, в том числе поляки, москвичи, венгры и редкие датчане или норвежцы. Очевидно, что лютеранская вера не была обязательным условием для службы в шведской армии, несмотря на настойчивое требование посещать лютеранские проповеди. Также очевидно, что шведская армия искала разные типы военных специалистов в разных зарубежных регионах. К 1610 г. 67 процентов иностранных капитанов кавалерии были немецкого или прибалтийского происхождения, 17 процентов – шотландцы, англичане или ирландцы, 16 процентов – французы, валлоны, швейцарцы, итальянцы или испанцы, и лишь единичные случаи были выходцами из Содружества, москвичами или венграми. Для сравнения, к 1610 г. 56 % капитанов иностранной пехоты были немецкого или балтийско-немецкого происхождения, 32 % – шотландского, английского или ирландского, 6 % – голландского, фризского или фламандского, 5 % – французского, валлонского, швейцарского, итальянского или испанского, и, опять же, лишь единицы были выходцами из Речи Посполитой, Русского царства или Венгрии[37].

Развитие армии в начале правления Густава Адольфа 1613–1620 гг. Создание региональных полков

Пока продолжалась война с Русским царством, реформирование армии было невозможно. Тем не менее, организационные вопросы не могли больше ждать. Необходимо было внести хотя бы некоторые изменения и организовать пехотные части таким образом, чтобы они лучше отвечали требованиям войны. Одной из наиболее острых проблем была упомянутая выше неспособность организовать национальную пехоту в полки. Без этого невозможно было провести наступательную военную кампанию на востоке, к которой Швеция готовилась после заключения мира с Данией. Поэтому, когда в 1613 г. Густаву II Адольфу пришлось отправлять подкрепление в Русское царство, он впервые серьезно занялся организационными вопросами.

Внутренняя ситуация того времени по разным причинам может показаться нам не столь благоприятной, поскольку никто ранее не планировал использовать национальные пехотные роты, сформированные из призванных в армию солдат, на службе за пределами Швеции. Поэтому новые подразделения формировались на основе вербовки из солдат национальной пехоты. Выбранный порядок формирования полков давал королю большую свободу действий в изменении организационных форм.

Густав II Адольф, однако, отказался от подражания структуре голландской армии и решил сохранить старую структуру – ротную (знаменную) систему по 300 человек в каждой по образцу немецкой. Выбор этой организационной структуры оказался вполне разумным, поскольку резкий переход на новую ротную систему мог привести к беспорядку. По финансовым соображениям было предпочтительно иметь подразделения большей численности. Это решение было наименее затратным за счет жалованья командному составу. Состав полка должен был соответствовать выбранной ротной модели, и в данном случае также была выбрана организация немецкого типа, поскольку количество рот было установлено на уровне десяти. Вероятно, в пользу этого решения сыграл и опыт войны с Данией, поскольку полки этого типа были самыми многочисленными в датской армии. В итоге удалось сформировать только один такой полк, командиром которого стал швед Йеспер Андерссон Круус. По разным причинам полк состоял из девяти рот вместо запланированных десяти[38].

Состав полка Йеспера Андерссона Крууса в 1613 г.

Полк Йеспера Андерссона Крууса просуществовал до 1617 г., когда он был расформирован в связи с формированием первых полков по всеобщей воинской повинности. Однако до этого, в результате дезертирства и потерь, он все равно сократился в численности, так что в нем насчитывалось всего семь слабых рот.

В 1614 г. был сформирован еще один наемный шведский пехотный полк. Его командиром был назначен Сванте Банер. Однако из-за трудностей, связанных с поддержанием установленной численности полков, сформированных в предыдущем году, численность новой части оказалась меньше запланированной. Полк Банера состоял всего из шести рот, численность которых значительно отставала от запланированных трехсот солдат в роте.

Состав полка Сванте Банер летом 1614 г.

Средняя численность роты в этом полку составляла 220 человек. Полк просуществовал до 1616 г. и был расформирован после возвращения из-под Нарвы[39].

Новая национальная армия, созданная Густавом I Васой, росла медленно. Требовалось гораздо больше воинов. Примерно в 1615 г. Аксель Оксеншерна подготовил предложение о численности войск, необходимых в мирное время: он считал, что Швеции требовалось 22 200 пеших, 4000 конных воинов и 544 артиллериста. Военно-морскому флоту требовалось 4560 моряков, 776 артиллеристов и 3160 корабельных солдат. В целом, по предложению Оксеншерна, общая численность армии должна была составить 35 240 человек. К этому он добавил существующие гарнизоны, около 3700 человек, в результате чего общая численность достигла 38 940 человек. Как и многие другие предложения Оксеншерна по численности войск, как тогда, так и позже, это был идеал, которого не удалось достичь. Например, в 1620 г. насчитывалось 19 356 пеших и 2177 конных воинов[40].

Во время войн 1611–1617 гг. общая численность шведских войск едва превышала 15 000 человек, а экспедиционные силы не превышали 3500–7000 человек. Полевые армии, которые Густав Адольф привел в Ливонию в 1621 г. и позже, были значительно больше, но