Что-то кроме магии - Akana again

Долохов неохотно послушался, что-то раздраженно бормоча под нос.

— Нас не будет учить Пожиратель! — все-таки не сдержался Скримджер. Он вскочил с места, сжав кулаки. Вслед за ним встали остальные. «Не хотим! Долой Пожирателя!» — раздались яростные голоса.

— Силенцио, — вполголоса сказал Северус, описав палочкой широкую дугу в воздухе. Студенты умолкли разом, словно какая-то рука единым махом прихлопнула им рты.

— А теперь послушайте меня, — все так же тихо и холодно продолжил он. — Я не напрашивался на эту должность, директор сам назначил меня. Почему — вас не касается. Это первое. Второе: состав зелий не меняется от того, кто именно о них рассказывает. Если кто-то полагает иначе, то он просто идиот. Третье: десять баллов с Гриффиндора за попытку поднять бунт, — и, язвительно усмехнувшись, добавил: — Причем за неудачную попытку.

— Неужели никто из вас до сих пор не овладел никакими невербальными заклинаниями? — продолжал издеваться Снейп. — Или это считается недостойным будущих борцов с Тьмой? Запомните, господа непримиримые, и другим передайте: на моих уроках речь будет идти только о зельях. Для несогласных: кабинет директора — до конца коридора и по лестнице вверх. Все, начинаем занятие. Фините Инкантатем.

Присмиревшие гриффиндорцы, к которым вернулся дар речи, сели, шепотом возмущаясь и бросая злобные взгляды на слизеринцев.

— Сейчас вам всем станет не до выяснения подробностей моего прошлого, — сарказма в его голосе не убавилось, хотя теперь он обращался к обоим факультетам. — Потому что оценка «Выше ожидаемого», которую вы получили на СОВ, кажется мне сильно завышенной. Я намерен проверить ваши знания, для чего вы за оставшиеся полтора часа сварите мне Напиток живой смерти. Но это еще не все, — он прохаживался между рядами, с удовольствием наблюдая, как вытягиваются лица от удивления и досады. — В учебнике изложен давно устаревший рецепт. На сегодняшний день известно как минимум четырнадцать поправок к нему. Так вот: в группу подготовки к сдаче ЖАБА я возьму только тех студентов, кто до конца урока сварит Напиток с учетом хотя бы одной поправки. Вас здесь как раз четырнадцать. Всем даю один совет: думайте, рассуждайте, анализируйте. Время пошло.

Замерцали огни горелок под котлами, класс наполнился стуком ножей по рабочим доскам, звяканьем стекла по металлу, запахом корня валерианы и клубами голубоватого пара. Трудное задание отодвинуло вражду на задний план: Макнейр откровенно подглядывал в котел Скримджера, кто-то из гриффиндорцев поднял и подал Полине Гринграсс большой дремоносный боб, который улетел из-под ее ножа под столы другого факультета, настойка полыни, которой оказалось довольно мало, тихо и мирно была поделена поровну между всеми.

Прошло полчаса. Идей пока ни у кого не было.

— Бобы! — вдруг воскликнула Этти Мальсибер, которой тоже не удавалось разрезать упрямый плод. — Их надо раздавить, тогда будет больше сока!

— Первый кандидат в группу найден, — прокомментировал Снейп. — Теперь вам осталось только сварить Напиток.

Девушка победно улыбнулась и склонилась над котлом.

Северус прохаживался между столами, присматривая за студентами. Джагсон, красный, как вареный рак, двумя руками с трудом проворачивал мешалкой в своем котле вязкую бурую массу, которая с каждым движением становилась все гуще.

— Дерек, какое задание я дал в начале урока? — вкрадчиво спросил учитель.

— Сварить Напиток живой смерти, — набычившись, ответил парень.

— Тогда зачем вы варите клейстер?

Снейп презрительно скривился:

— Эванеско, — варево исчезло. Джагсон стоял, опустив руки и тупо глядя в опустевший котел.

— Я, кажется, понял: корень асфодели надо не резать, а толочь! — подал голос староста гриффиндорцев. Зельевар стремительно обернулся к нему:

— Почему вы так думаете?

— Чем мельче частицы, тем лучше и быстрее они растворяются, — последовал уверенный ответ.

— Ваша фамилия?

— Скримджер, сэр.

— Кто бы мог подумать, мистер Скримджер, что вы не только буянить умеете, — он пристально посмотрел на Кристофера. — у вас есть все шансы стать вторым кандидатом. Работайте дальше.

К концу урока еще четыре человека смогли найти и обосновать поправки к рецепту: гриффиндорцы Хэймон Праудфут и Кэрис Дирборн, и две слизеринки — Полина Гринграсс и Бертина Крэбб. На бледном, одутловатом лице последней отчетливо виднелись следы ожогов. Кэрис старалась не смотреть на изуродованную девушку и все время держалась поближе к своим.

— Остальные студенты могут подобрать себе другую специализацию, — подвел итог урока Снейп. — Мой предмет явно не для вас. А вы шестеро, — обратился он к тем, кто прошел испытание, — к завтрашнему занятию будьте готовы сделать сравнительный анализ составов Сыворотки правды, Болтушки для молчунов и Болтливого зелья. На сегодня все свободны.

Класс опустел. За окнами сгущались сумерки. Северус проверил, чтобы на столах не остались неиспользованные ингредиенты, наложил Распознавательные Чары на шкаф и устало опустился на ближайший стул. Какой длинный выдался день... а сколько их еще будет! Не лучше ли было бы послать Дамблдора куда подальше и... он застонал сквозь зубы — не пошлешь, нельзя, он дал слово! Ради Лили... знакомая боль тут же зашевелилась в груди, распуская безжалостные иглы. Он встал. Только не раскисать. Дело! Нужно срочно заняться чем-то. Например, сходить в библиотеку, пока Пинс еще не ушла, да набрать новых книг. Ого, так ведь теперь ему открыт доступ в Запретную секцию! Усталость тут же как рукой сняло. Мысли о Лили отступили... Снейп снитчем вылетел из класса, на ходу накладывая на аудиторию Запирающие чары, и поспешил в книгохранилище.

Глава 4. На грани

— Альбус, я так больше не могу. Не мо-гу, — Слагхорн рассеянно ковырял ложечкой кремовое пирожное. В большой фарфоровой чашке рядом остывал чай. Декану Слизерина сейчас было не до пирожных и не до чая. Он сидел в кабинете директора и жаловался на жизнь, которая с некоторых пор стала невыносимой.

— Ему показалось мало той наглой выходки за обедом, — раздраженно говорил пожилой зельевар. — На прошлой неделе он заявил, что большая факультетская лаборатория, видите ли, нужна ему для работы. И даже не стал спрашивать позволения: просто вошел и принялся там хозяйничать!

— А вы в это время там что-то варили? — поинтересовался Дамблдор. В отличие от собеседника он отдавал должное и свежайшей выпечке, и ароматному чаю.

— Откровенно говоря, я там редко бываю, все необходимые зелья варю у себя, — неохотно признался Слагхорн. — Но дело же не в