Шелковые сети - Джоанна Лэнгтон

— Лучше вернемся в мой кабинет, — тяжело выдохнул Энди.

Осознав, что вовсе не ланч являлся главной его целью, Мари покраснела до корней волос.

— Нет. Я еду домой. Как и собиралась. Все, что сейчас случилось… это нечто наподобие несчастного случая.

— В каком смысле? — недоуменно спросил Макгвайр.

— Ну, как если бы ты, отвлекшись от ситуации на дороге, неожиданно врезаешься в столб, — неуверенно пояснила Мари, раздираемая чувством нестерпимого стыда.

В этот момент лифт остановился, дверцы разошлись. Снаружи стояла толпа желающих ехать наверх. На Мари и Макгвайра с интересом уставилось более десятка пар глаз.

Пригнув голову, Мари протиснулась между ними и побежала к выходу. Она не сбавляла шага почти до самой железнодорожной платформы, где останавливался ее поезд.

Мари переполняло чувство паники и жгучего стыда. Как она могла опуститься до такого? Сказала Энди, что вернулась только для того, чтобы выложить все, что думает о нем, и тут же бросилась ему на шею! Как это понять?..

3

На следующее утро Мари, как обычно, отправилась на фабрику, но работала недолго, так как была пятница, короткий день.

Чувствуя себя разбитой, она поднялась по ступенькам дома, где снимала жилье. Ее ждала записка, прикрепленная к двери квартиры. На листке бумаги было написано:

«Срочно! Позвони отцу!»

Мари узнала почерк Сесил, соседки слева.

Встревожившись до крайности, она бросилась вниз, к висевшему в вестибюле таксофону. Отец ответил почти сразу.

— Мари, это ты?

— Что… что случилось? — спросила та сдавленным от волнения голосом.

— Сегодня утром к нам явилась полиция с санкцией на обыск.

— Что?!

— Они обнаружили пропавшую шкатулку в нашем сарайчике для дров, — мрачно сообщил Жан. — Полли арестована. Против нее выдвинуто обвинение в краже, но я знаю, что она этого не делала. Не могла сделать!

Услышав новость, Мари похолодела.

— Полли… арестована?

— Я знаю, кто на самом деле украл шкатулку, — с горечью произнес Жан. — Это Китти, дочка деревенской парикмахерши. Когда Полли прибежала ко мне за помощью, Китти была с ней, но к нам в дом не заходила. А когда я разогнал вечеринку в Касл-роке и вернулся к себе, то заметил, как Китти выскользнула из сарая. Тогда я не придал этому обстоятельству большого значения…

— Ох, папа… — вздохнула Мари. Ее сердце сжималось от боли.

— Наверное, Китти испугалась того, что натворила, и спрятала шкатулку. Но кто этому поверит, если шкатулка обнаружилась в нашем сарае? — в сердцах воскликнул Жан. — Что нам теперь делать, ума не приложу…

— Я попробую что-нибудь предпринять, — услыхала Мари собственный голос. — Передай Полли, что я все время думаю о ней и верю, что все обойдется.

— Что ты можешь сделать? Уже слишком поздно… — Похоже, Жан не смог сдержать слез. — Адвокат говорит, что остается лишь ждать суда.

— Поверь, я что-нибудь придумаю. Даю слово, пап! Не позволяй Полли падать духом. — Мари знала, что ее сестренка очень эмоциональна, хотя внешне выглядит ершистой и независимой. Мягкая сторона характера Полли находила выражение в увлечении живописью и музыкой.

Лишь повесив трубку, Мари обнаружила, что вся дрожит. Она на миг закрыла глаза. В ее силах спасти сестру от суда и всего, что за ним следует. Хотя, возможно ли в данных обстоятельствах закрытие возбужденного против Полли дела? И если да, то согласится ли теперь Энди обратиться в полицию с подобной просьбой?

Мари вынула из сумочки записную книжку и отыскала в ней телефонный номер, который последний раз набирала сорок восемь часов назад, чтобы связаться с офисом Макгвайра и договориться о приеме. Сегодня ей повезло меньше. Она побеседовала с секретаршей, но та сообщила, что босс в отъезде.

— Он вылетел за рубеж? — в испуге спросила Мари. — Послушайте, у меня очень срочное дело. Мне крайне необходимо узнать, где находится мистер Макгвайр!

— Он в своем загородном доме, но, боюсь, я не смогу сообщить вам ни адреса, ни номера телефона. Однако вы можете оставить сообщение, и я…

— Нет-нет, благодарю! — прервала девушку Мари. В другое время она посмеялась бы над ошибкой секретарши, опрометчиво упомянувшей о загородной резиденции шефа. Откуда той было знать, что собеседнице прекрасно известно, где находится это поместье!

Элемент неожиданности будет мне только на руку, думала Мари, вытаскивая из кладовки дорожную сумку. В Эдинбурге она пересядет на автобус, идущий до деревни, к которой примыкают земли Касл-рока. Затем постарается поговорить с Энди до того, как встретится с родней. А что еще делать? Спокойно смотреть, как будут судить Полли?

Наверняка Энди в ярости. И немудрено, принимая во внимание вчерашнее поведение Мари, когда она сначала горячо ответила на его объятия, а потом вдруг сбежала. Можно ли теперь внятно объяснить, почему она возвращается, но вместе с тем все-таки не имеет намерения принять предложение Энди? Если Мари сама этого не понимает, то как же растолковать сей парадокс ему?

Застегнув молнию на сумке, она посмотрела в зеркало и ужаснулась: волосы висят спутанными прядями, лицо бледное и без всякого макияжа, а простенькие джинсы и блузка вовсе не подходящий наряд для общения с человеком, который вынуждает ее поступиться своими принципами. К тому же вчера Энди назначил Мари конкретный срок для принятия решения. Время давно истекло, и, если сейчас она желает его убедить не отменять данного ранее слова, ей придется обеспечить себе не просто хороший, а… соблазнительный вид.

Никогда прежде Мари не ставила перед собой подобной задачи. Наоборот, она делала все возможное, чтобы мужчины усматривали в ней личность, а не просто объект чувственных желаний. Прекрасно осознавая, что благодаря очертаниям похожей на песочные часы фигуры, красивым глазам и полным губам она представляется парням легкой добычей, Мари намеренно избегала провоцирующей одежды. Однако сейчас дело обстоит иначе. Вновь напомнив себе, что сестра в эту минуту томится за решеткой, она вышла в коридор и постучала к соседке.

Сесил, маленькая стриженая шатенка, работавшая официанткой в баре за углом, отворила дверь.

— А, Мари! Ты нашла мою записку?

— Да, спасибо. Послушай, ты не могла бы одолжить мне какой-нибудь вечерний наряд? — робко спросила та.

Сесил изумленно воззрилась на нее.

— Я буду очень бережно с ним обращаться, — смущенно пообещала Мари.

— Так-так… А разве не ты уверяла меня, что не в твоих правилах щеголять в мини-юбке, позволяя мужикам глазеть на твои стройные ножки?

Мари сконфуженно кивнула.

— Да, помнится, я что-то такое говорила.