Театр для теней. Книга 1 - Наталия Аникина

— Да где же эти, пёс их разорви, мазабры?! — сквозь оскаленные зубы прошипела анеис.

Обожжённый адорский кузнец, которого она только что прислонила к стене, ответил на это смесью стонов и яростного рычания. Этот бедняга, презрев страшный жар, испускаемый драконом, обрушил свой молот на его голову, едва она высунулась наружу. Ящер, отделавшийся немного погнувшимися чешуйками на морде, укоризненно посмотрел на него раскосыми глазами, в которых весело плясали рыжие огоньки… и вздохнул. Вернее — выдохнул, и если бы не ан Меанор, каким-то заклятьем отшвырнувший адора в сторону, обожжёнными руками и физиономией тот бы не отделался.

Теперь, расправившись с обидчиком, дракон, словно забыв о нём и о трёх своих бывших тюремщиках, вёл себя поразительно миролюбиво — топтался на стекле, время от времени с силой ударяя по нему когтями, дрожал и «чистил пёрышки»: каким-то птичьим движением изгибая шею, он со сладострастной неторопливостью выдыхал тонкие струи пламени то на один, то на другой алый бок.

— Мазабры? У господ из службы Магической Защиты Бриаэллара есть дела поважнее, — огрызнулся в ответ ан Меанор. — Вечером купол над Бриаэлларом будут закрывать, надо всё подготовить.

Он сощурил глаза, наблюдая за огненным купанием дракона через плотную завесь повисшего над площадью пара. Ящер осторожно, словно это могло причинить ему боль, приоткрыл крыло. Замер. Резко сложил. Туман всколыхнулся, и волшебник увидел своего напарника-телепата. Судя по его отсутствующему взгляду и неподвижной позе, тот пытался добраться до сознания твари, а по гримасе злого раздражения, изредка мелькающей на его лице, можно было понять, что это ему не удаётся. Да и не могло удаться: эти харнианские выкормыши были, в силу своей природы, как никто, защищены от телепатических воздействий.

— Ничего у него не выйдет, — скептически поджал губы ан Меанор. — Сидите здесь, я пойду кое-что попробую, — сказал он и медленно зашагал вдоль стены; волосы его висели длинными белыми сосульками.

«Лучше бы сперва переместил нас куда-нибудь подальше отсюда», — проворчала анеис, морщась: адор до боли стиснул её чёрную ладонь своими почерневшими от гари пальцами. Ан Меанор не услышал её бормотания, зато, кажется, услышал дракон, и ему оно не понравилось. Его движения мигом потеряли свою тягучую плавность, он прижал голову к груди, резко развернулся и хлестнул хвостом по стене дома, около которого сидели кузнец и кошка. На их головы обрушился настоящий огненный дождь, осколки камня, мгновенно расплавившиеся от соприкосновения с раскалённой чешуёй, алыми сгустками понеслись вниз…

Если у мага и были идеи, как остановить дракона, то их разом выбил из головы булыжник, отскочивший от созданного эалийкой магического купола. Ан Меанор упал, почти оглушенный, да так и остался лежать, слабо тряся гудящей головой, не в силах вспомнить ни одного приличествующего случаю ругательства, не говоря уже о заклятиях. У невольной виновницы его несчастья дела шли не многим лучше: она заметила, что вокруг дымящихся сгустков, прилипших к прозрачной стенке защитной сферы, в магическом спектре разливается небывало яркое свечение, а сам купол как-то подозрительно потрескивает. Она была слишком молода, чтобы застать войну Огня и узнать на деле, насколько легко харнианское волшебство разъедает всевозможную магическую защиту. Лишь следуя внезапному, почти бессознательному порыву, анеис рванулась прочь и откатилась в сторону, неимоверным усилием потянув за собой и раненого адора. А через мгновение на то самое место, где они прятались, упали прожегшие купол расплавленные камни.

Ещё один камень — огромный валун со светящейся надписью «Добро пожаловать на Адорскую улицу!», случайно задетый хвостом повернувшегося к телепату ящера, плюхнулся на крышу как раз под ноги появившегося на ней Анара. Алай отпрыгнул в сторону, усмехнувшись издёвке, и окинул площадь быстрым взглядом. Дракон, маленький, как все харнианские драконы, поливал улицу огнём. Чёрным котом улепётывал эалийский телепат. На красных плитах в продиравшихся сквозь туман лучах полуденного солнца горели огромные квадраты безднианского стекла. Они как-то сразу завладели вниманием Анара. Алай взмахнул рукой — пять из них взмыли в воздух и с гулким звоном сложились вокруг эалийки и адора в куб. Пусть дракон попробует выколупать их оттуда! Что делать с оставшейся шестой гранью, Анар пока не придумал. Попробовать отрезать от него острый кусок и отправить дракону в глотку, когда тот будет выдыхать пламя? Можно и так, но тогда дракон, скорее всего, погибнет, а ан Меанорам, ан Руалам и Селорну он был нужен живым.

«Стекло. Огнеупорное. Небьющееся. Безднианское… Стекольщик, — мелькало в голове Анара в такт ударам драконьих лап по стеклу; то и дело он ловил на себе вопросительные взгляды встревоженной (сможет ли он удержать куб в целости?) Иреры. — Так, стекольщик… На Адорской есть стекольщик из Бездны…. Газон вместо витрины, всякая всячина: посуда, статуэтки, украшения, сумасшедшее кольчужное платье, цепь… Цепь!»

— Цепь? — переспросила Ирера; видимо, он сказал последнее слово вслух.

— У местного стекольщика вместо ограды — цепь из безднианского стекла, — бросил Анар и перепрыгнул на соседнюю крышу.

Тем временем дракону надоело возиться с кубом, он лениво плюнул в него огнём, потряс мордой, в которую попала отразившаяся струя пламени, и заработал крыльями, готовясь взлететь. Тихо бесясь от своего бессилия, Ирера растянулась на крыше, наблюдая за набиравшим высоту ящером из-за «приветственного» камня. Ей показалось, что чудовище заметило Анара — во всяком случае, оно полетело в том же направлении.

Ирера была права насчёт намерений питомца харнианцев. Проносясь над опустевшей улицей обитатели которой забились в свои дома, как мыши в норы, Анар спиной чувствовал кровожадный взгляд нацелившегося на него дракона. Алай спрыгнул на лужайку перед домом стекольщика и побежал, лавируя между расставленными на ней произведениями безднианских стеклодувов. Каждое из них стоило больших денег, и торговцу, вздумавшему превратить газон в выставку под открытым небом, верно, пришлось потратиться на «противовыносные» заклинания. Анар опасался, что подобные удерживающие чары наложены и на облюбованную им цепь, а заставить хозяина магазина снять их будет нелегко хотя бы потому, что тот наверняка отсиживается сейчас где-нибудь в подвале.

— Эй, эй, господин кот, — вдруг раздалось у Анара за спиной, он оглянулся и увидел в щёлочке приоткрытой двери блеск любопытного глаза, — а мазабры дракона уже поймали?

— Нет. Он отогрел озябшие лапки, взлетел и сейчас как раз собирается мной позавтракать, — быстро проговорил алай. — Ты можешь снять заклинание с цепи?