Театр для теней. Книга 1 - Наталия Аникина

Исполнившись какой-то дурашливой игривости, сианай фыркнула и быстро побежала к ней по знаменитому «пафосному» круглому ковру. На этом льстивом до наглости подарке Феора Струноуса было мастерски выткано множество кошек, которые запрокинув головы смотрели на золотящееся у дальнего от Алу края солнце, посреди которого и стоял стол Кеары. Оттолкнувшись от благоговейных усатых морд Аниаллу легко вспрыгнула на него и приветственно потёрлась щекой о щёку своей задумавшейся «тётушки».

Такое обхождение, привычное для кошек Ал Эменаит, было не в ходу в Бриаэлларе, и Кеара несколько смутилась. Воспользовавшись её замешательством, сианай тут же сунула морду в кубок с ароматным сливовым вином и быстро-быстро заработала языком.

Уже много веков назад Алу подметила одно свойство натуры матриарха ан Темиар: если успеть первой задать беседе шутливый тон, есть значительный шанс, что Кеара уже не сумеет напустить на себя серьёзную отстранённость, и её можно будет разговорить почти на любую тему. Помимо золотистого напитка, на столе благоухала ещё и ваза с икрой, любимым лакомством Кеары, но на него Алу не покушалась — это могло закончиться печально, даже для сианай.

— Прямо как из партера! — усмехнулась Аниаллу, облизываясь и разглядывая картину за окном. Зачарованное Кеарой, сейчас, вместо внутреннего двора, оно «выходило» на площадь, где выступал Райс.

— Да, вот только спектакль больно дурён, — поморщилась матриарх ан Темиар.

— Ну отчего же дурён? Смотри, какую аудиторию собрал, ан Камианы удавятся собственными хвостами от зависти. Талант! — Аниаллу сменила форму, но со стола не убралась.

— А уж до чего образован, — решила подыграть ей Кеара, хотя и без особого энтузиазма. — Он, как никто, подходит, чтобы озвучить всю эту чушь, которую пытаются внушить горожанам. Если бы кто-то и мог в принципе проникнуться подобным бредом, то теперь, благодаря тому, что он исходит из уст столь обаятельного, успешного и уважаемого господина, никому и в голову не придёт это сделать. Увы, при всех его бесчисленных достоинствах, господин Райс перегнул палку: простить его сегодняшний выпад в твой адрес мы не можем. Я передала право судить его Дорогим Гостям, — равнодушно сообщила Кеара.

— Жестоко. Они же просто разорвут его! — блеснула глазами сианай.

— Не думаю. Скорее всего, они просто выгонят «бедного мальчика», полагая, что расставание с Бриаэлларом — наказание пострашнее смерти. Но, конечно, есть опасность, что не все придерживаются такого мнения и кто-нибудь может захотеть узурпировать право единолично быть его судьёй и палачом. — Кеара налила себе ещё вина и только тут заметила, что собеседница её выглядит не лучшим образом. — Алу, что-то случилось, на тебе лица нет?

— Каисса Ларморанна встретила. И понимаю, что не сами собой эти мысли в его голове возникли… но всё равно на душе как-то скверно. Хорошо хоть вылечили его на моих глазах, а то извелась бы, наверное, совсем.

— Скверно, — согласилась Кеара. — Я не стала снимать с него заклятие: хотела, чтобы ты посмотрела. Оно довольно необычно, ты не находишь?

— Да, больше похоже на какую-то инфекцию, чем на магию. Давненько у нас ничем подобным не баловались.

— Со времён эморийской трагедии, — многозначительно уточнила Кеара. — Но вещество, с которым мы имеем дело сейчас, намного совершеннее. Обнаружить очень сложно, как именно передаётся — пока выяснить не смогли. Хотя принцип действия понятен, он такой же, как был в Эмори: вещество попадает в кровь жертвы, и она начинает свято верить любой страшилке, которую услышит в следующие несколько минут.

— Именно страшилке? — уточнила Алу.

— Видимо, да. Но многое ещё не известно. Танаи сейчас работают над этим. А телепаты Селорна работают с ветеринаром Нирлом, который не умеет лечить зверушек, но зато мастерски заражает их хозяев. Поразительно, но он сам не понимал, что делает, думал — просто делится собственными опасениями, и всё.

— Ты говоришь, что вы не смогли пока разобраться с этой отравой. А как же портрет?

— Портрет… портрет защитит Каисса от страха перед алаями, но если его заставят бояться чего-то другого, картинка, увы, окажется бессильна. Пока мы не найдём противоядия, ситуация будет оставаться опасной. Это ещё одна причина, чтобы поспешить с закрытием купола.

— Скажи, всё это как-то связано с Райсом? — спросила Алу, решив отложить неприятный разговор о куполе на потом.

— Мы ещё не знаем точно. С Нирлом он знаком, более того, тот заявляет, что именно Райс его накрутил, раздул его опасения насчёт алаев. А так… Телепаты не нашли на нём никаких следов внушения, ни с кем подозрительным Райс тоже не общался. Про Тала знает не больше любого нашего гражданина. Следов «эморийского» яда в его крови не нашли, но это, в общем-то, ни о чём не говорит — у ветеринара его тоже не было. Кстати, мы хотим проверить других псевдоалаев, вполне возможно, что он не единственный среди них… разносчик заразы.

— Кеара, а почему Райса до сих пор не выгнали? Ведь он выступает уже не первую неделю, да и раньше едва ли был образцовым гражданином.

— Алу, это долгая и скучная история, — вздохнула Кеара. В её руках появились хитрые серебряные щипчики, она покопалась ими в вазочке и выудила со дна очень крупную, размером с черешню, икринку. — Мы держали его здесь в основном потому, что об этом просили танаи, — сообщила она, рассматривая мягкий зеленоватый шарик.

Вместо того чтобы воспользоваться своим, богиней данным, когтем, эстетка надела на палец резное подобие портняжного напёрстка с длинной иглой на конце. Осторожно проткнув ею икринку, она вылила её содержимое в бокал с вином, добавила ложку редких специй и легонько встряхнула. От одного запаха, пошедшего из стаканчика, рот Аниаллу мгновенно переполнился слюной, и она остро ощутила одиночество — Теолиного печенья в своём желудке.

— Танаи? — сглотнув, спросила-таки сианай, хотя в голове мелькнул совсем другой вопрос: не специально ли Кеара решила перекусить именно сейчас?

— Да, — кивнула матриарх ан Темиар. — Дело в том, что Путь этого Райса в некотором роде был связан с Бриаэлларом. Мол, только у нас он мог обрести исцеление и покой. Жрецы Тианы утверждали, что здесь он мог бы стать по-настоящему счастливым и весьма полезным городу существом, а прогони мы его — пришлось бы плохо не только ему самому, но и многим другим.

— Что же изменилось теперь?

— А теперь они говорят, что он упустил свой шанс, — расправляясь со следующей икринкой, вздохнула Кеара. — И сейчас лучшее, что он может сделать — это или напиться из источника Нулей (хотя, по их мнению, это тоже вряд ли поможет), или удавиться, предварительно распорядившись не воскрешать себя.