Театр для теней. Книга 1 - Наталия Аникина

— Нет, — поспешила признаться Алу, спрыгивая с глимлая на пол.

— Купол над Бриаэлларом! Магический барьер, как тот, что вокруг вашего Руала! — возмущался Ирсон. — И собираются перекрыть все порталы!

— Ну и что? — пожала плечами сианай. — Найдёшь мага, если надо — драконьего, и обойдёшься без их порталов.

— Драконьего?! Драконьего! — он повторил слово, видимо вызвавшее у него новый взрыв раздражения. Но, как и любой танай, он быстро взял себя в руки.

— Как раз благодаря этим самым драконам, Алу, — начал объяснять он, — нам никому отсюда без высочайшего соизволения не выбраться.

Он поманил пальцем глимлай Аниаллу и уселся на него, как на летающую скамейку.

— Так что они задумали? — спросила сианай.

— Что — это они не говорят. По-моему, какие-то помехи, но ты знаешь, я не разбираюсь в таких вещах, — раздражённо поскрёб чешуйку на щеке танай. — Как ехидно заметила мне матриарх Кеара, если кто-нибудь вздумает телепортироваться без соответствующего разрешения, то, возможно, он и доберётся, куда ему было нужно, но она не уверена, что доберётся в том же виде, в каком он отбыл.

— Кошки из дома Теней называют такие чары «мясорубкой», — кивнула Аниаллу. — Сочувствую тебе, Ирсон.

Дело было в том, что Ирсон Тримм владел таверной «Логово змея», одной из самых знаменитых в Энхиарге и недавно, от греха подальше, перенесённой в Бриаэллар. Создание купола над городом означало конец поставкам, а для приготовления напитков, составлявших гордость заведения и способных опьянить практически любое существо (даже «страдающее» невосприимчивостью к дурманящим веществам), были необходимы редчайшие ингредиенты.

Ирсон не был особенно жаден, но он настолько любил своё дело, болел за него, что для него закрыть таверну было всё равно, что певцу потерять голос или алайке — хвост.

— Когда они собираются всё это запустить? — осторожно спросила Алу.

— Оповещение будет сегодня вечером, купол — завтра или послезавтра, в зависимости от реакции горожан, помехи — чуть позже, — раздался у неё за спиной знакомый женский голос.

Алу обернулась, чтобы увидеть раздосадованную Эйтли Тинойю.

— А мы только собрались устроить себе перерыв, съездить в Анлимор — поесть рыбки.

— Тебя тоже не выпускают? — Аниаллу была изумлена.

— Угу. И ещё говорят, что всему Бриаэллару это только на пользу. Бред какой-то, — пробурчала Тинойа. «Действительно бред — какая от тебя Бриаэллару польза?!» — усмехнулась двусмысленности Аниаллу, но вслух, разумеется, ничего не сказала.

— Хотела отловить Кеана, он, говорят, вернулся — и с такими новостями, что они всё это сразу и учудили. Но не нашла, видно, мой осведомитель чего-то напутал. Пойду, поплачусь папочке! — Эйтли притворно хлюпнула носом и удалилась.

— Угу, как же, учтут они «реакцию горожан», — всё с тем же отвращением проговорил танай. — Судя по тому, как «бурно» они отреагировали на мою реакцию, купол будет уже завтра. — Он ещё раз криво усмехнулся и слез с глимлая.

— Ирс, мы что-нибудь придумаем, — пообещала Алу. Ей было очень досадно видеть своего лучшего друга в таком настроении, и, какие бы гам цели ни преследовала Кеара, для него она вполне могла бы сделать исключение.

— Что уж тут придумаешь, — вздохнул Ирсон, — у меня товар идёт и через Линдорг, и через Шейлвеллу, и через Дирхдаар, а большая часть — и вовсе через Бездну. Но всё равно, спасибо.

— Если будет хоть какая-то возможность, я достану тебе путёвку на лавовые озёра Бездны — за счёт Совета, разумеется! — Алу хохотнула и ободряюще шлёпнула Ирсона по плечу.

По широким мраморным ступеням Аниаллу поднялась на два этажа выше. Гул голосов едва долетал сюда, и на прохладной площадке было тихо. Отсюда расходились две лестницы поуже, покрытые серебристыми коврами. Аниаллу окинула их нежным взглядом: они вели в старую часть замка, не перестроенную с вступлением Кеана в должность Верховного жреца. Там, наверху, остались нетронутыми тёплые дубовые панели на стенах, шёлковые ковры, приятные на ощупь ещё более, чем на вид, удобные подушки в заменяющих диваны нишах…

На нижних этажах теперь всё было по-другому: высокие потолки, много зеркал и мрамора. Сейчас Алу стояла в окружении десятка массивных ваз из адорского горного хрусталя и жмурилась от испускаемых ими ярких острых лучей. «У-у, прямо Линдорг какой-то пополам с Элааном устроили», — привычно проворчала она и повернула направо, в широкий белый коридор со сводчатым потолком и рядами изящных арок в виде деревьев из прозрачного зелёного камня, по стенам.

«Значит — всё-таки купол. Плакали мои налары. Кеан принял решение, а Кеаре приказал поставить меня в известность. И что за новости такие из Линдорга?» — думала Аниаллу…

— Облезни мой хвост! — раздалось впереди, и какой-то ан Темиар спиной вперёд выступил из бокового прохода. — Да кто же вам такое сказал?

— Многие. На улице, — появляясь следом, повёл морщинистой трёхпалой конечностью в широком лиловом рукаве его собеседник (таких существ Аниаллу ещё не видела ни в Бриаэлларе, ни за его пределами). — Странно было слышать. Мы слышали о вашем городе совсем другое. Раньше. Но мы постарались сделать всё так, как нам сказали. Хотя и чувствуем себя теперь немного… голыми.

— Так, — ан Темиар нервно потёр лоб. — В Бриаэлларе нет запрета на ношение религиозной атрибутики. И никогда не было. Чушь вам какую-то сказали на вашей улице.

— Впрочем, это было бы естественно, — столь же плавным жестом развело в стороны суставчатые руки (их у него оказалось четыре) унылое существо. — В Бриаэлларе властвует Аласаис, этот город её дом, а дом богини — это храм. В храме же одного божества не должно поклоняться другому, — пропело оно, паря над полом.

— Да дела ей нет до того, кому вы молитесь и во что при этом одеваетесь — тоже! Вот, смотри, о наш встревоженный гость, — ан Темиар извлёк из-за пазухи амулет из тусклого металла — фигурку лысого худощавого мужчины, на нижнюю, змеиную, половинку тела которого, как на толстую спираль, была насажена кипа тетрадей из белого матового стекла.

— Это Теллифер Книжный Червь — покровитель всех, кто мается на бумажной работе. Он посылает им смирение и дарует эдакую особенную тихую радость. Кстати, на самом деле посылает и дарует. Ему половина ан Темиаров молится, — заявил кот, любовно погладил и спрятал своё сокровище.

Его собеседник, кажется, немного оттаял.

— И Аласаис нисколько не смущает, что я ношу на шее эту змеючку, — широко улыбнулся заметивший эту перемену алай; он жестом пригласил четырёхрукого следовать за собой и неспешно зашагал по коридору. — И вам никто этого не запрещает. У нас нельзя разве что расхаживать голышом по улицам, но и это не мы, а Совет Дорогих Гостей запретил, неалаи то бишь. Да, ещё — мы и вам рекомендовали бы воздержаться от комментариев в адрес тех, чьё поведение и внешний вид не соответствуют вашим представлениям о морали, — предупредил он, раскланиваясь с чуть полноватой алайкой, спешащей куда-то с подносом, уставленным искрящимися стаканами. — Особенно если эти комментарии будут иметь форму угрозы. Вот так примерно. — Он обернулся к уже успевшей поравняться с Аниаллу кошке и не своим голосом выкрикнул ей в спину: — Если ты, Саммера Белоножка, будешь расхаживать тут простоволосая, в этом отвратительном платье, коротком и белом, да ещё и босая, то мой великий и ужасный бог повыдергает тебе твои бледные лапы!