В плену удовольствия - Элизабет Торнтон

не только из-за счастливого спасения от злобного убийцы. Она не могла не думать о других его жертвах. Отчего же преступника так долго не могли обнаружить?

Три пары любопытных глаз устремились на вошедшую в музыкальную комнату Еву, и она постаралась придать лицу веселое выражение. В комнате была и Аманда, которая подошла и обняла Еву.

— Я осталась на ночь, — сказала она. — Хотела быть рядом на случай, если тебе что-то понадобится, но Эш взял все в свои руки.

Ева сглотнула и, следя за тем, чтобы на лице сохранялась улыбка, кивнула тетушке и леди Сэйерс. Аманда подвела подругу к креслу и усадила в него.

— Херес, — предложила ее светлость, вкладывая бокал в руку Евы. — До дна, леди, до дна. Там, откуда мы это взяли, еще много осталось.

Ева обнаружила, что все дамы держат в руках бокалы с вином.

— Мы что-то празднуем?

— Дорогая, это для бодрости, — ответила ее тетушка. — После ужасов вчерашнего дня мы все почувствовали, что нам необходимо что-нибудь покрепче чая. Херес пойдет тебе на пользу, он всем нам пойдет на пользу.

От воспоминаний о том, что произошло вчера, Еву бросило в холодный пот. Ее подруги не знали и половины. Эш рассказал им больше, нежели констеблю, но они не ведали о тех убийствах, которые Форд совершил еще мальчишкой.

Она подняла взгляд, когда леди Сэйерс укрыла шалью ее колени.

— Это тебя согреет, — мягко сказала ее светлость.

Аманда присела на стул рядом с Евой.

— Ты беспокоишься о Нелл? Не думай об этом. С ней Декстер. И Лиза поехала вХилл Хаус убедиться, что девчушка благополучно добралась до дома.

Ее светлость хмыкнула.

— Я беспокоюсь не за Нелл, а за доктора Брейни. При желании Лиза может быть очень настойчивой. Я вот думаю, не потому ли наш милый доктор до сих пор не явился перевязать Еве руку?

Все засмеялись, а Ева всматривалась в эти дорогие ей лица и чувствовала, как комок подкатывает к горлу. У нее есть подруги, которые значат для нее все. Они не особенно ей понравились, когда Ева встретила их впервые. Но жизнь иногда преподносит сюрпризы, полностью изменяя твое отношение к тому или иному человеку. Сегодня Еве не хотелось покидать своих подруг.

Мисс Клэверли подняла к свету свой бокал и сказала:

— Думаю, Лиза собирается всех нас удивить.

Едва она договорила эти слова, как в коридоре раздались шаги, и Лиза собственной персоной ворвалась в комнату. Ее щеки горели, прическа покосилась, а от растрепанной одежды исходил стойкий запах конюшни.

— Только что случилось самое чудесное! — воскликнула она, шмыгнула носом, и по ее щекам покатились слезы.

— Что такое, дорогая? Что случилось? — встревоженно воскликнула леди Сэйерс.

— Фанни. У нее появился ребеночек, и я была там, когда это произошло. Мне пришлось помогать Анне и Арчи. Это оказался мальчик, мы назвали его Фредди.

— Успокойся, дитя мое, — поднялась леди Сэйерс. — Ты же не хочешь сказать, что доктор Брейни разрешил тебе помогать при родах?

— О, тетушка, но это же рождение жеребенка.

— Даже если и так…

— И Арчи вел себя просто замечательно. Как бы я хотела, чтобы ты его видел. Я очень боялась, потому что раньше никогда ничего подобного не делала…

— Хотелось бы надеяться! — вставила леди Сэйерс.

— К тому же Фанни на самом деле слишком старая для родов. У нее были затруднения, и… в общем, я побежала и привела Арчи, и в конце концов помогла ему. Просто чудо, что удалось спасти жеребенка. Это все благодаря Арчи. А я завернула малютку Фредди в одеяло, пока Арчи приглядывал за его матерью.

Лиза счастливо улыбнулась сквозь слезы.

— Если бы вы только его видели! Я знаю, вы все думаете, что он сухой как щепка, но он вовсе не такой. Он самый добрый, нежный и сердечный человек из всех, кого я знаю. — Она глубоко вдохнула. — Я вас честно предупреждаю. Я уже все для себя решила: мы поженимся.

У Аманды вырвался вздох.

— Что? — спросила Лиза, пронзив старшую подругу враждебным взглядом.

— Ничего. Абсолютно ничего, — вздрогнула Аманда.

— Что значит “ничего”? Я хочу знать, что ты подумала.

Аманда осторожно подбирала слова.

— Доктору Брейни не понравится, если ты станешь его преследовать. Позволь ему самомусделать шаг, Лиза, иначе ты его попросту отпугнешь.

Аманда обращалась к ней так, как мудрая старшая сестра обращается к младшей, и неудивительно, что ответ тоже прозвучал в духе младшей сестренки. Уперев руки в бока, Лиза возмутилась:

— Да ты последний человек, чтобы давать мне советы. Даже слепой видит, что ты влюблена в мистера Хендерсона, а он в тебя, но все, что он может от тебя добиться — это холодный презрительный взгляд. Какой смысл в том, чтобы скрывать свои чувства? Ты что, станешь от этого счастливее? Не лучше ли знать, что будет? По крайней мере, у тебя появится причина расстраиваться.

— Лиза! — одернула ее светлость. — Ты сказала вполне достаточно!

Лиза прикусила губу.

— Прости меня, Аманда. Я не нарочно. Я просто…

Ее лицо исказилось, и, подхватив юбки, она выбежала из комнаты.

Побледневшая Аманда повернулась к остальным.

— Ее слова — полная бессмыслица. Все знают, что Филип собирается жениться на мисс Роуз.

— О, думаю, ты ошибаешься на этот счет. — Мисс Клэверли взяла в руки газету. — Вот здесь, на третьей странице. “Объявлена помолвка мисс Ардит Мэри Роуз с мистером Стивеном Уиллисом Локерби”. Ардит — необычное имя, потому оно мне и запомнилось.

Аманда, распахнув глаза, замерла и вдруг, как и Лиза, разразилась слезами и выбежала из комнаты.

Ева чувствовала себя так, будто почва уходит из-под ног. Только что она восхищалась тем, как все они стали близки. А сейчас подруги вели себя как непослушные дети. Ей хотелось топать ногами.

Мисс Клэверли перехватила взгляд Евы.

— Все наладится, — успокоила тетушка, подняла бокал и с довольным видом глотнула хереса.

* * *

После ланча Ева вышла погулять в саду с Эшем. Он выглядел уставшим и отстраненным, что подтверждало самые худшие ее опасения. Гордость заставляла Еву держать спину прямо и не показывать терзавших ее переживаний.

— Меня несколько дней не будет, — сказал Эш. — Не знаю, сколько именно, но к балу Лизы я вернусь.

Он поддел ногой камешек на дорожке. Ева продолжала изображать безмятежность.

— Куда ты поедешь?

— В свое поместье в Ричмонде. — Он бросил на нее взгляд, который Ева не могла прочесть (очень неприятное чувство для одного из Клэверли), затем продолжил: — Мне нужно привести в порядок дом, уладить споры арендаторов и все в таком духе.

— Разумеется. — Сейчас она уже лучше