Идущие - Абай Тынибеков

сразу согревший тело, тепло, наполнявшее жилище, очень быстро успокоили Дильбар, и она, допив всё, с благодарностью посмотрела на старца.

– Вот и хорошо, – одобрительно кивнул он.

– Я хотела… – начала было говорить Дильбар, но старец слегка приподнял руку, давая понять, что не стоит извиняться и тем более объясняться. Дильбар замолчала и виновато смотрела ему в глаза.

– Я знал, что ты придёшь сюда, чтобы увидеть того, кто на грани жизни и смерти помнит о тебе и зовёт тебя. Не удивляйся моим словам и ни о чём меня не спрашивай. Этот человек жив ещё только потому, что ты в его сердце и придаёшь ему силы. Те высокие чувства, которые он питает к тебе, не дают ему покинуть этот бренный мир. Да, дочь моя, это так. Трудно поверить, но такое случается в жизни, – старец слегка кивнул, грустно улыбнулся, не отводя умного взора от девушки, и множество мелких морщин потянулись от его глаз, удивительным образом украшая благородное лицо. – Он должен выжить, но, что будет дальше, известно только одним Небесам. Они наделили его непростой судьбой. Несмотря на довольно молодой возраст, он уже пережил множество испытаний. Они преследуют его с самого детства и не покинули по сей день. Но он появился на свет под счастливой звездой, и поэтому все те трудности, что выпали на его долю, преодолевает с завидным упорством и невероятной жаждой жизни. Вот и теперь, несмотря на то что он, казалось бы, должен был обрести вечный покой в диких лесах, где царит холод и властвуют хищники, он удивительным образом оказался здесь, у меня и под моим присмотром. И это было угодно Вечным Небесам. Они посылают ему тяжкие испытания, но и оберегают его. Просто так такое не случается, дочь моя, поверь, он явно нужен для чего-то значимого и очень важного. Полагаю, он наделён какой-то миссией в этом мире, иначе смысла в его спасениях я не вижу. Всем известно, что добротный и крепкий меч становится таковым после многократной закалки жарким огнём и ледяным маслом. Вот и он, подобно мечу, закаляется определённой ему судьбой. Если такой меч куётся для больших битв и славных побед, то такой человек готовится для высоких достижений во благо целого народа. Иначе для чего он подвергается таким жизненным сложностям? Множество людей влекут обычное и спокойное существование, покорно исполняя волю властителей и даже не задумываясь о другой участи. Они обитают под этими Вечными Небесами без высокой мечты, думая только о насущном. Есть ли смысл посылать на их долю какие-то трудные испытания? Полагаю, что нет. Они и без того немощны телом и слабы духом. У Небес есть избранники, которым и посылаются всевозможные сложности и испытания, но посылаются так, чтобы эти избранные люди могли выдержать, не более того. По выдержке следует и награда от Небес, – старец замолчал, перевёл взгляд на чашу в руке, о чём-то задумался, затем вновь посмотрел на Дильбар и продолжил: – Скажи мне, дочь моя, а тебе дорог этот человек? Мне важно знать это. Рассказывать о том, когда и где вы познакомились, не нужно. Ответь на вопрос, и всё.

– Да, дедушка, он очень дорог мне. Я живу мыслями о нём, и они всегда согревают мне душу. Мне волнительно и радостно, когда я думаю о нём и вспоминаю его. Когда я это делаю, мне очень хочется пустить моего скакуна вскачь и раскинуть руки навстречу ветру. Я так желала вновь встретиться с ним, я мечтала об этом всё время со дня нашего расставания. Но теперь мне вдруг стало страшно. Не за себя, за него. Он особенный человек, дедушка. Ни на кого не похож. Он другой.

Дильбар замолчала, переводя дыхание. Она не заметила того, как сжала кулачки и почти при каждом своём слове постукивала ими по коленям. При этом её глаза сперва сияли восторгом, потом их стала наполнять лёгкая грусть, а затем проступила едва заметная поволока от подступивших слёз. Старец слушал с вниманием, всматриваясь в её лицо, в её глаза, подмечая всё, что с ней происходило.

– Я понимаю тебя, дочь моя. Не волнуйся так, – старец улыбнулся. – С ним всё будет хорошо. Он встанет на ноги, но для этого нужно какое-то время. А теперь пойдём со мной, и, хоть я и не сомневаюсь в том, что это тот человек, о котором ты говоришь, но всё же я покажу тебе его лицо, – старец поднялся и протянул руку Дильбар.

* * *

– Это он, Фируза, я уверена в этом, – возбуждённо воскликнула Дильбар, подбежала к пришедшей к ней подруге, схватила её за руку и спешно потащила за собой в глубь жилища. – Проходи же скорее! Я так жду тебя, а тебя всё нет и нет! Мне нужно тебе столько всего рассказать! – Дильбар нетерпеливо снимала шубу с Фирузы, приговаривая: – Где ты ходишь? Я же дважды посылала за тобой. А мне говорят, что тебя нет у себя. Куда-то вышла. А я сижу тут и жду тебя. Собиралась уже опять послать за тобой.

Дильбар и Фируза присели на расстеленные ковры. Фируза как-то растерянно посмотрела на Дильбар и оглянулась по сторонам, словно желая убедиться в том, что кроме них в юрте никого больше нет.

– Что с тобой? Ты какая-то странная. Что-то случилось? – заметив удручённое состояние Фирузы, Дильбар взяла её ладони в свои руки и заглянула ей в глаза.

– Послушай меня, Дильбар, – Фируза перехватила ладони подруги и стала гладить их. – Я всё поняла. Ты узнала его, это он. Я рада за тебя, но… – Фируза замолчала, что-то обдумывая, и продолжила: – Но я больше ничего не хочу слышать и знать о нём и о твоих с ним отношениях.

– Почему, Фируза? – растерянно спросила Дильбар.

– Если ты помнишь, я с самого начала была против всего, что ты делала, дабы спасти его. По твоей просьбе я солгала отцу, но больше делать этого я не буду и тебе не советую. В конце концов, дело не во мне. Тебе придётся рано или поздно отвечать за всё это перед своим отцом. Всё это плохо кончится, Дильбар. Ты заблуждаешься, если думаешь, что сумеешь сохранить в тайне ваши отношения. Зачем всё это тебе? Ты ведь не знаешь, кто он на самом деле, – Фируза была явно возмущена поведением подруги. – Вот ответь, кто этот человек? Как и где он жил раньше? Где его стойбище, где его родные? Почему он не с ними, а с грабителями и разбойниками? Почему он не назвал