Похищение Цирцеи - Лив Стоун

сбитая с толку, и замечаю в его руке золотой скипетр с переплетенными змеями и крыльями. У него Кадуцей. Цирцея предупреждала нас, что однажды сюда придет он, Танатос – бог смерти. Она обещала, что ведьмы окажут ему хороший прием. Но я не ожидала, что он появится здесь, в этой глуши. Большие безупречные крылья складываются, полуночно-голубая кожа усыпана мерцающими звездами, а белые глаза устремлены на рассвет. Его руки свисают по бокам, а рот полуоткрыт, словно он вдыхает чистый воздух высот.

– Извини, что побеспокоил, – тихо говорит он.

– Ничего страшного, – отвечаю я, пораженная.

На нас падают первые лучи, и солнце появляется над горами. Закрываю глаза на короткую секунду, позволяя себе купаться в тепле, радуясь неизменности. Когда снова открываю их, незаметно наблюдаю за молчаливым соседом. Он не сводит глаз с пейзажа в меняющемся свете, по его щекам катятся слезы.

– Все в порядке?

Ему трудно сразу сформулировать ответ, но в конце концов он говорит:

– Я сын Ночи, и это первый рассвет в моей жизни.

Хорошо, он меня зацепил. Даю ему несколько минут, любуясь мерцающими отражениями на озере, прежде чем потянуться. Собираюсь присоединиться к подругам, но не решаюсь. Не могу оставить его одного. Снова поворачиваюсь к Танатосу.

– Добро пожаловать на Землю. У нас есть кофе и булочки.

Конец

Гермес

Бонус

Привет, привет, привееет! В ваш первый утренний час с вами Авге! Мы, на «Радио Олимп», просыпаемся под песню «A little less talk! More action please!»

Играет музыка. Громкая и напористая. Дочери Хроноса начинают новый день в штаб-квартире выступлениями для всех, кто здесь живет. Это как раз мой случай. Обязательства дипломата Зевса. Засовываю голову под подушку. Чем раньше они встают, тем более энергичны. Вы должны увидеть, как Акте, богиня удовольствия и конца дня – другими словами, аперитива – отдается возлияниям, одновременно давая советы по приготовлению слоеных пирожных с козьим сыром и тимьяном, развалившись на скамейке. Расслабление в чистом виде.

Как только песня стихает, Авге объявляет новости дня. Одна из них заставляет меня встать с постели.

«…Что касается ситуации с нашими врагами, мерзкими ведьмами, обманутыми коварной Гекатой, то Зевс Кронид, отвратитель зла и собиратель облаков, взялся вести переговоры под добрым советом Афины Непобедимой и Геры на Золотом Троне! Близится счастливая развязка. Сможем ли мы вернуться на Олимп в ближайшие месяцы? Смеем в это верить!»

Быстро встаю. Мне нужно узнать больше!

Моя квартира – огромная комната, отделанная белым мрамором с черными прожилками на полу и антрацитовыми стенами. Большая кровать с одной стороны и письменный стол с другой, окруженный сотнями оловянных и медных труб, которые свисают с потолка, переплетаясь и соединяясь со станциями для отправки и приема капсул.

Мне не нравится проводить здесь много времени, предпочитаю подкрепляться на открытом воздухе. Я обставил ее только самым необходимым. Что касается приема душа, то все, что мне нужно сделать, – это встать голым в центре комнаты и громко произнести:

– Нерей, весенний дождь!

Нет ничего лучше божественной системы с ее мелким теплым дождем по утрам, который следует за мной по пятам и бесследно исчезает. Призываю костюм-тройку мышино-серого цвета, проверяя каждую станцию. Никаких новостей из Подземного мира – надеюсь, Диспуты не слишком бездельничают. От Зевса тоже ничего. Пока Кадуцей уменьшается и прикрепляется к жилету, направляюсь к раздатчикам Амброзии в Штаб-квартире.

Здесь сталкиваюсь с той, кого надеялся увидеть.

– Афина!

Богиня подозрительно смотрит на меня. Обычно я веду себя менее демонстративно, обращаясь к ней.

– Разве ты не просыпаешься позже?

Она одета в лучший белый пеплос и эгиду, своего рода плащ, накинутый на плечи, который может застывать, превращаясь в щит. Золотая брошь в виде головы Медузы застегнута на левом плече. Она направляется на аудиенцию к Зевсу. И, судя по всему, план, который она предлагает, заставляет нашего отца нервничать. Дело в том, что речь должна идти об уступках.

– Что ты задумала? Что это за история с «счастливой развязкой» с ведьмами?

Она кладет пятидесятицентовую монету в автомат и с довольной улыбкой забирает пузырек с Амброзией.

– Не волнуйся, тебе сообщат, когда придет время.

– Вы действительно собираетесь вести переговоры с ведьмами?

Афина закатывает пронзительные глаза.

– В любом случае, ты здесь для того, чтобы выпытывать у меня информацию, так что могу сказать. Мы рассматриваем возможность заключения брачного союза. Между важной ведьмой Поляны и одним из сыновей Ареса и Афродиты.

Все мое существо леденеет изнутри. Какая ведьма согласится на такой союз? Какую ведьму выберут проводницы? Ее? Она может стать кандидатом с их стороны и выйти замуж за одного из моих невыносимых племянников. Сердце сжимается при одной только мысли об этом. Быстро подавляю гримасу. Не может быть и речи о том, чтобы Афина это заметила.

– Зевс согласен включить ведьму в свою линию?

– Зевс начинает понимать, что наши возможности по возвращению на Олимп ограничены, – поправляет Афина.

– Переговоры с ведьмами будут…

– Не такими бурные, как ты думаешь. Они теряют власть, у них родилась ведьма без дара. Им тоже нужно решение и присутствие божества рядом с ними. Как только мы получим согласие от Зевса, ты будешь включен, чтобы начать дипломатический диалог с Поляной.

Я киваю. В любом случае у меня нет выбора.

Однако… Кто угодно, но только не она. Я знаю, что она проживет свою жизнь во что бы то ни стало. Найдет какого-нибудь скучного смертного, но не бога. Не одного из моих родственников.

– Ты выглядишь мрачно, – замечает Афина.

– Я опасаюсь.

– Подожди, пока не увидишь, кто желает встретиться с тобой в вестибюле, – весело говорит она, прежде чем исчезнуть.

Быстро проглатываю содержимое пузырька и иду к лифту. Время от времени приходится использовать человеческую инфраструктуру. Божества это делают в основном для того, чтобы привыкнуть к земной плоскости.

Садистская полуулыбка сводной сестры заинтриговала меня. Кто может пройти весь путь до штаб-квартиры и не подняться наверх? Должно быть, Сфинкс заблокировал доступ. Двери открываются, и я замедляю шаг, узнав нимфу, вышагивающую под носом у раздраженного Сфинкса. Ее длинные каштановые волосы разметались по спине, а ноги едва касаются земли. Некоторые нимфы предпочитают принимать человеческую форму, другие сохраняют первичный облик. Пришедшая ко мне находится в промежуточной стадии. Она старшая из шести сестер Плеяд, бывших спутниц Артемиды. Именно она умоляла Зевса сделать так, чтобы Плеяды избежали бесконечных преследований охотника Ориона. Наш отец согласился и превратил их в звезды. Вскоре после этого Орион, униженный и потому несчастный, насколько можем судить, умолял нашего