Последний кольценосец - Кирилл Еськов

— Инспектор! — окликнул он гимнаста, тщательно счищавшего тем временем кровяные брызги со спинки кресла. — Не забудьте вернуть на место жаровню.

— Послушайте, барон, — раздраженно отозвался тот, — не надо меня учить, как затирать следы!.. — после чего воспроизвел (и вполне к месту — как вынужден был признать про себя Тангорн) известные поговорки про оборзевшего сынка, вознамерившегося давать отцу сексологические рекомендации, и про то, что заниматься любовью прямо посреди набережной Трех Звезд не следует главным образом по той причине, что окружающие замучают своими советами.

— А это все вы где раздобыли? — Тангорн повертел в руках зловещего вида щипцы, извлеченные им наугад из груды в жестяном тазу.

— Купил за три кастамирки у базарного зубодера все его хозяйство, ну и еще добавил кой-чего из слесарного инструмента. Чуть заляпал засохшей кровью — и вполне товарный вид, если особо не вглядываться...

— Ладно, орлы. Благодарю за службу. — С этими словами он отдал Ваддари и его подручному по мешочку с золотом. — Сколько вам еще нужно времени на приборку? Минут десяти хватит? — Инспектор что-то прикинул в уме и кивнул. — Отлично. Твой корабль, — тут барон обернулся к шуту, — отплывает с рассветом; в тех краях пятидесяти дунганов вполне хватит, чтоб завести питейное заведение либо постоялый двор и навсегда позабыть об Умбаре — и об умбарских сыщиках, верно? Только не советую публиковать мемуары о событиях нынешней ночи...

— А че это такое — «публиковать мемуары», а, командир?

— Это когда начинают по пьяному делу травить истории из своей жизни. Или — от большого ума — отправляют письмецо в полицию...

— Ты базар-то фильтруй, слышь, командир! — вскинулся тот. — Чтоб я когда-нибудь подельников закладывал...

— Вот и продолжай в том же духе. И имей в виду: Хромой Виттано мне кое-чем обязан и числит себя моим побратимом, так что в случ-чего он тебя достанет не то что в Вендотении — на Заокраинном Западе.

— Обижаешь, командир...

— Я не обижаю — просто остерегаю от ошибок. А то знаешь, у людей частенько возникает такой соблазн — дважды получить плату за одну и ту же работу... Все, орлы, счастливо оставаться. От души надеюсь, что мы больше не встретимся.

С этими словами барон двинулся было прочь, но в дверях замер и простоял пару секунд как бы в нерешительности: для той работы, что предстояла ему сейчас на верхнем этаже особняка, определенно требовалось собраться с духом.

ГЛАВА 47

Дело в том, что дом на Фонарной, 4, действительно был конспиративной квартирой гондорской резидентуры, только вот настоящие ее хозяева, два сержанта тайной стражи, никакого участия в описанных выше событиях не принимали: все это время они провели в гостиной наверху — спеленутые по рукам и ногам и с кляпами во рту. Сержанты были захвачены врасплох в ходе молниеносной операции, разработанной Ваддари с Тангорном и осуществленной ими при участии налетчика по кличке Свинчатка, которому приспела пора срочно менять умбарский климат. Третий подельник понадобился барону не только из-за своих профессиональных навыков, но и затем, чтобы число похитителей Альгали совпало с числом подлинных обитателей Фонарной, 4. А поскольку по ходу инсценировки один из двух похитителей был «убит» Тангорном, то теперь расстаться с жизнью от удара меча — только уже взаправду — предстояло одному из сержантов... «Воистину, Мир есть Текст, — подумал мельком барон, толкнув дверь гостинной, — и никуда от этого не деться».

— Ну что, орелики, узнаете? — Тангорн был теперь без маски, и, пока он освобождал своих пленников от кляпов, те имели полную возможность разглядеть его, сравнивая натуру с розыскными ориентировками; по тому, как съежился один и окаменел лицом второй, было ясно: узнали и ничего хорошего для себя не ждут. — Потолкуем по душам, или сразу рубить вас на гуляш?

Тот, что поначалу съежился, разразился теперь бессвязными проклятиями — видно было, что он отчаянно пытается заглушить свой страх. А вот второй, по всему видать, был крутым парнем: он глядел прямо и твердо, а потом разлепил губы и как будто забил по шляпку:

— Делай свое дело, гад! Только помни — рано или поздно мы все равно до тебя доберемся. И повесим за ноги, как и полагается с предателями...

— Да, наверное, так оно и будет... со временем, — пожал плечами барон, извлекая из ножен меч (что ж, теперь выбор ясен). — Вот только тебя среди этих «мы» не будет, уж это я гарантирую.

С этими словами он вонзил клинок в грудь пленника и тут же выдернул его обратно; брызнуло так, что просто прелесть... За эти годы «Третий меч Гондора» искрошил в боях тьму народа, но никогда еще ему не доводилось хладнокровно убивать безоружного и беспомощного человека, пусть даже и смертельного врага; он ясно понимал, что делает еще один шаг за ту грань, откуда не бывает возврата, но выбора уже не было. Единственное, что он себе позволил, — нанести удар точно в правую верхнюю часть груди: с такими ранениями иногда выживают, и если парень крепко дружен с Удачей, то, может, и выкарабкается. Труп как таковой барону был ни к чему — однако рана должна быть настоящая, чтобы у эльфов потом не возникло подозрения, что это все любительский спектакль.

Когда же он, сжимая окровавленный меч, обернулся ко второму сержанту, тот судорожно заскреб по полу связанными ногами в тщетной попытке отползти и, как выразился бы Свинчатка, «раскололся до самой жопы»: а ведь говорят, будто от перемены мест слагаемых сумма не меняется... Меняется, да еще как! Тангорну пришлось даже прервать поток его откровений, ибо все эти сведения о делах и делишках Приморской, 12, его сейчас не слишком интересовали.

— Ладно. А как давно ваша резидентура начала разрабатывать эльфийское подполье?

— Я про такое даже и не слыхал. Может, другие...

— Как это — «не слыхал»? А эльфа-то тогда вы зачем похищали? — пришибленно озадачился тот.

— Какого такого эльфа?

— Ну, не эльфа — человека из эльфийского подполья... которого я только что выпустил из вашего подвала.

— Я... я не понимаю! Мы и слыхом не слыхивали ни про каких эльфов!

— Ага! — зловеще усмехнулся Тангорн. — У меня, стало быть, глюки... Или, может, его кто-то тайком подбросил к вам в подвал, а?

— Послушайте, я рассказал все, что знаю, если я попадусь в руки Марандила — мне конец. Какой мне смысл врать?

— Ну ладно, хватит мне вола крутить! Я, если хочешь знать, и на вашу берлогу-то вышел, наблюдая за тем парнем из эльфийского подполья — Альгали, младший секретарь МИДа. Так что я своими глазами видел, как двое ребятишек в карнавальных костюмах угостили его какой-то отравой, а потом заволокли в ваш особнячок. Ну, тут я и решил нанести визит... Или, может, тут где-то прячутся за портьерами еще двое ваших, а?