Узбекистан на историческом повороте - Леонид Левитин

В книге "Узбекистан на пороге XXI века" Каримов пишет о сращивании криминальных структур с чиновниками государственных органов, их проникновении в различные ветви власти. Это усиливает ощущение незащищенности граждан, компрометирует в их глазах само государство, к которому возрастает недоверие как внутри страны, так и за ее пределами. Президент делает вывод, что в политическом плане коррупция это соединение изжившей себя командно-административной системы и теневой экономики, стремящихся затормозить развитие новых экономических отношений, так как видят в них угрозу своему существованию (с. 84-87).

Вот такие искренние и тяжелые констатации.

Вместе с тем бюрократия в Узбекистане отнюдь не какой-то особый феномен, не исключение из общего правила. Все сказанное в этом смысле в отношении Узбекистана можно отнести в неменьшей, а может быть, и в большей мере ко многим из постсоветских и даже шире - посткоммунистических стран. Государственный аппарат был и остается самым слабым местом в политической системе любой из них. Что же касается СНГ, то здесь блокирует реформы, препятствует проведению в жизнь нужных народу решений не оппозиция власти, легальная или нелегальная, легитимная или нелегитимная, а находящаяся у власти практически на всех ее уровнях постсоветская партикуляристская бюрократия.

Все это хорошо известно и не требует доказательств. Приведу лишь несколько достаточно авторитетных и вместе с тем экспрессивных замечаний по этому поводу российских исследователей.

Александр Солженицын в мае 1999 г. в речи, произнесенной им при получении Большой Ломоносовской медали Российской академии наук, назвал постсоветсткую Россию уникальным в человеческой истории пиратским государством под демократическим флагом, в котором заботы власти лишь о самой власти, а не о стране и населяющем ее народе, в котором национальное богатство ушло на обогащение правящих олигархов (НГ-сценарии, 9.06.1999).

Видный российский политолог-государственник Андроник Мигранян пишет, что за годы демократических экспериментов, закончившихся приватизацией немногочисленными группами всех материальных, финансовых, административных и информационных ресурсов страны, эти хозяева новой России оказались неспособными познать азы демократии - терпимость, способность к компромиссу, договоренность о правилах поведения, - проявлять хотя бы внешне обозначенное уважение к народу (Мигранян А. Российская элита наступает на те же грабли, что и в начале века. - НГ, 7.10.99).

Разработчики экономической программы нынешнего правительства России, так называемой программы Германа Грефа, констатировали: "Без коренного реформирования аппарата никакие реформы в стране дальше не пойдут. Государственный аппарат в том виде, в каком он существует, реформу провалит. Как уже провалил все реформы, которые в какой-то степени полагались на ресурсы аппарата" (МН, 4-10.07. 2000. С. 8-9).

В моем личном архиве собраны тождественные свидетельства, касающиеся государственных аппаратов Казахстана, Кыргызстана, Азербайджана, Украины и даже Венгрии, Словакии, Польши.

Азимуты кадровой политики

Написав о том, что Узбекистан в смысле системы управления не имеет каких-то особенностей, отличающих его от других стран СНГ, я погрешил против истины. Такие особенности есть, и они связаны с личностью Президента Каримова.

Президент Каримов не только критикует положение дел в государственном аппарате страны, но и пытается, насколько это в его силах, изменить его. Проще всего прибегнуть к акциям, если так можно выразиться, силового характера: привлечение к уголовной ответственности должностных лиц, виновных во взяточничестве и других формах коррупции, отставки высокопоставленных чиновников, допустивших нарушения государственной дисциплины и этических норм. Можно привести в качестве примера изданный в октябре 1998 г. президентский Указ об освобождении от должности первого заместителя председателя Государственного налогового комитета Мурадулло Куролова. В вину этому чиновнику поставлены проявленные нескромность и тщеславие, помпезность и расточительность при проведении семейного свадебного торжества, пренебрежение народными обычаями.

Дали ли подобные силовые акции ожидаемый эффект? Надо признать, что проводились они, в сущности, спонтанно и уже в силу этого имели в основном локальное в общественном пространстве и ограниченное во времени воздействие. Президента, как я понимаю, во всех этих случаях заботила политическая стабильность в обществе, и он не организовывал, в отличие от руководителей некоторых других стран СНГ, антикоррупционных и других подобного рода кампаний.

Решение архисложных проблем совершенствования государственного аппарата в Ташкенте ищут на пути смены генераций. Президент Каримов определил свою позицию на этот счет следующим образом: "Моя самая большая надежда - это молодое поколение. Ибо умная и энергичная молодежь, обладающая самыми современными знаниями, воспитанная, эрудированная, - это наше будущее. В ней я вижу и свою судьбу, и судьбу нашей страны, и судьбу независимости" (Народное слово, 11.11.1998). На это же направлен и Закон "Об основах государственной молодежной политики" (от 20 ноября 1991 г, с изменениями и дополнениями от 1 мая 1998 г.).

Вот что писал Дональд Карлайл в 1995 г.: "Университет мировой экономики и дипломатии, открывшийся в январе 1993 г., должен готовить дипломатов, журналистов и менеджеров по западному образцу. Там внедряются международные стандарты обучения. Несомненно, западные учебники и учителя, обмен преподавателями и студентами внесут вклад в создание нового поколения лидеров, действительно приверженных демократии и рыночным экономическим моделям".

Я бы добавил, что в этом университете готовится новая когорта политиков, приобщенных как к своей, отечественной, так и к западной культуре.

Выпускники университета - это молодые и вместе с тем профессионально хорошо подготовленные специалисты, что в немалой мере является заслугой министра иностранных дел Узбекистана Абдулазиза Камилова, являющегося по совместительству ректором университета. Он и сам по себе яркий пример такого прекрасного культурного сплава. В том же ключе стремятся работать Академия государственного и общественного строительства при Президенте Узбекистана и Банковско-финансовая академия - головные учреждения по подготовке, переподготовке и повышению квалификации руководящих работников органов власти и управления, специалистов экономических структур.

Поэтому я думаю, что Узбекистан уже сейчас располагает резервом для выдвижения на руководящие должности представителей не постсоветской, а, скажем так, несоветской политической элиты. Проблема здесь, как мне кажется, в том, чтобы создать политическую атмосферу особой востребованности молодежи с ее энергией, предприимчивостью, решительностью, склонностью к риску в разумном сочетании с опытом и традиционным консерватизмом старших поколений. Проблема и в том, чтобы эта новая, свежая кровь не была отторгнута нынешним организмом государственной власти, чтобы не возникло противостояние двух групп элит. Одной, стремящейся к архаизации, условно назовем ее ретрадиционалистами, и другой, технократической, вестернизированной, реформаторской. Возможно, что от решения этой проблемы зависят все среднесрочные и долгосрочные прогнозы дальнейшего развития Узбекистана.

Понятно, что для смены поколений в государственном аппарате необходимо время. Но оно не ждет, оно требует принятия мер быстрого реагирования. Среди этих мер - создание кадрового резерва для всех, в том числе и самых верхних, ступеней государственного аппарата, открытые конкурсы и тендеры на занятие административных должностей, включая и руководителей местной государственной администрации, и, возможно, отдельных министров. Стоит широко использовать в этом деле прессу, другие средства массовой информации. Даже управляемая гласность, как свидетельствует не столь уж далекий советский опыт, приносит известную пользу. Возможно, необходимо сокращение числа чиновников с одновременным повышением в государственном аппарате заработной платы и введением некоторых социальных льгот. Недаром говорят, что дешевый чиновник не только разорителен, он опасен.

В Узбекистане все еще отсутствует законодательная база государственной службы. Естественно, что самые совершенные законы не могут решить проблемы формирования рациональной бюрократии, но в совокупности с другими факторами они необходимы. Немало можно было бы почерпнуть в этом отношении из опыта западноевропейских стран.

Скажем, в Италии основные вопросы государственной службы решаются на конституционном уровне. Конституция этой страны, в частности, устанавливает, что государственные служащие находятся исключительно на службе народа, должности государственной администрации замещаются по конкурсу, кроме особых, установленных законом случаев (статьи 97, 98).