Узбекистан на историческом повороте - Леонид Левитин

Деятельность названных моделей местного самоуправления может быть оценена, в частности, путем вычисления занятости, которая приходится на муниципалитеты, по отношению к занятости в государственном секторе. Этот показатель в 1991 г. составлял: в Дании - 70%, Норвегии - 64%, Швеции - 54%, США - 50%, Великобритании - 38%, Германии - 15%, Италии - 12%, во Франции - 11%.

Важен и такой показатель, как доля местных общин в потреблении ВНП. Он выглядит следующим образом: Швеция - 18,7%, Дания - 17,7%, Финляндия - 13,5%, Норвегия - 13%, Великобритания - 8,2%, Италия - 7,4%, Нидерланды - 7,5%, Франция - 4,4% (Полис. 1999. № 2. С.158).

Скандинавские и некоторые другие страны сегодня вполне можно назвать муниципальными государствами. Многие исследователи проблем местного самоуправления на основе глубокого анализа современного мирового опыта приходят к выводу, что разделение власти между центром и территориями, между государственной властью и местным самоуправлением сейчас является не менее важным демократическим институтом, чем традиционный механизм разделения власти по функциям (Lane Jan-Erik. Constitutions and political theori. - Manchester and N.Y. 1996. P. 243-246).

Из этих трех моделей Европейская хартия в большей мере ориентирована на североевропейскую. И Узбекистану, в силу некоего удивительного сходства в организации общинной городской жизни, она тоже наиболее близка.

Палата махалля

К чему приводят наши рассуждения о махалля? Какие можно сделать выводы из них? Совершенно очевидно, что этот социальный институт призван решать важнейшие для судеб страны задачи. Убежден, что в Узбекистане, как ни в какой иной постсоветской стране, государственная власть не может быть стабильной, эффективной, если она постоянно не подпитывается жизненными соками мощной корневой системы местного самоуправления.

Работающие на полную мощь махалля - это реальная общественная поддержка демократических и рыночных реформ снизу, это один из путей постепенной реприватизации власти. Именно в махалля могут эффективно решаться вопросы противостояния исламскому экстремизму. И местные сообщества этнических меньшинств Узбекистана - оптимальная среда для реализации их специфических интересов.

Я не призываю к каким-то скоротечным переменам, да они и невозможны. Прежде всего необходимо понимание властью неизбежности коренных реформ государственного управления территориями и местного самоуправления ими. Их разделение должно быть только вопросом времени. Пока же, если я не ошибаюсь, такого понимания нет.

В ходе предлагаемой реформы все должно быть поставлено с головы на ноги: не районные и областные советы должны командовать махалля, а, наоборот, махалля, создаваемыми ими советами.

Как мне кажется, власть не против координации усилий махалля в масштабе всей страны. Думаю, что одной из оптимальных форм такой координации мог бы быть, скажем, Конгресс махалля. Две основные цели этого конгресса: во-первых, содействие решению наиболее важных проблем местных сообществ и их объединений, представительство по этим вопросам в органах государственной власти; во-вторых, содействие формированию политических интересов и политической воли народа Узбекистана на местном уровне.

Словом, Конгресс махалля, по моему мнению, призван стать не только формой взаимодействия местных общин, не только формой их сотрудничества, но и действительно влиятельной политической силой, что отражало бы политическую и общественную специфику переходного периода в Узбекистане.

В начале девяностых, беседуя с политическими деятелями и учеными Узбекистана о перспективах развития парламентаризма в стране, я приводил доводы в пользу двухпалатного Олий Мажлиса. И при этом подчеркивал, что одна из палат должна, по моему убеждению, называться палатой махалля. Последнее вызывало насмешливое недоумение, воспринималось как некое заумное чудачество.

А что, палата общин в английском парламенте, самом старом и самом уважаемом парламенте мира, тоже чудачество?

В 1265 г. в Лондоне собрались рыцари из графств и представители разных городов. Через 30 лет эти представители стали выбираться общинами. И вот выбираются уже 700 лет. Палата общин парламента Великобритании - образец демократически организованной законодательной власти. Думаю, что Узбекистану не грех было бы использовать этот пример, для чего имеются достаточные исторические основания.

В последнее время в теме махалля появился новый аспект. Власть Узбекистана понимает, что борьба с исламским экстремизмом может быть успешной, только если ему будет объявлена всенародная Отечественная война. Отечественная с большой буквы. В узбекском обществе это немыслимо без махалля. Они полки и дивизии народного войска.

В докладе Президента Каримова на сессии Олий Мажлиса 22 января 2000 г. была подчеркнута та большая роль, которую могут сыграть в деле обеспечения безопасности страны и безопасности в стране "Чегара посбонлари" и "Махалля посбонлари" (общественные опорные пункты).

Понятно, что это только начало. Первая страница сюжета, первая ласточка вестник новой формы, нового направления в деятельности махалля. Безмерно важного направления.

Кооперация

Западные ученые, занимающиеся исследованием проблем кооперации, обоснованно утверждают, что кооперативизм стоит посредине между эгоизмом, формируемым в условиях беспощадной конкуренции при капитализме, и примитивным коллективизмом коммунистических государств.

За годы независимости в аграрном секторе Узбекистана немало сделано для выхода из глубочайшего кризиса, в который было ввергнуто сельское хозяйство страны за годы советской власти. О достижениях в проведении аграрной реформы я уже писал.

Вместе с тем нельзя не признать, что это лишь начальный этап настоящей, глубокой аграрной реформы, что кооперативное движение в Узбекистане далеко не отвечает мировым стандартам. И на организационном, и на экономическом, и на политическом, и на правовом, и, что сейчас, по-видимому, самое главное - на психологическом уровнях. Я имею в виду не только коренное изменение психологии самого крестьянства, но и государственной власти на всех ее уровнях.

Аграрная реформа в Узбекистане ставит своей целью создание частного сельскохозяйственного производства на базе фермерской модели сельского хозяйства. Ясно, что вне кооперации такое мелкое хозяйство не сможет обеспечить даже свои внутренние потребности. Кооперация в ее истинном понимании - это прежде всего продолжение деятельности фермерского или крестьянского хозяйства. Фермерское и крестьянское хозяйство и кооперация столь неразрывны, что одно без другого существовать не могут.

Между тем нынешнее состояние кооперации в сельском хозяйстве страны не отвечает потребностям фермерских и крестьянских хозяйств в снабжении сельскохозяйственными машинами и механизмами, их обслуживании и ремонте, в обеспечении горючим, удобрениями, семенами, ядохимикатами, в агрономическом, зоотехническом и ветеринарном обслуживании, в обучении новейшим технологиям, в строительстве на селе, в содействии реализации произведенной сельхозпродукции на внутреннем и внешнем рынке, в организации перерабатывающих предприятий, в кредитовании, в культурно-бытовом обслуживании.

Наряду с производственно-хозяйственными и финансовыми функциями сельскохозяйственный кооператив призван заниматься не менее важными для крестьян социальными, культурно-бытовыми и культурно-воспитательными проблемами. Или, иначе говоря, соединять и усиливать два общественных полюса: предпринимательства и труда и социальной защиты. Выполняет ли сейчас кооперация крестьян в Узбекистане эти функции? Если и выполняет, то в недостаточной мере. Так же как и в случае с махалля, нельзя говорить о будущем кооперации в Узбекистане вне мирового опыта, вне учета того факта, что усиление роли сельскохозяйственной кооперации продолжает оставаться мировой универсалией.

Мне пришлось некоторое время изучать опыт сельскохозяйственной кооперации в Германии. В этой стране удивительным образом реализованы установки выдающегося идеолога кооперативного движения Фридриха Вильгельма Райффайзена (1818-1888.). Свое кредо он выразил так: "По моему убеждению, имеется только одно средство для того, чтобы улучшить социальное и особенно экономическое состояние мелких производителей, - привести в действие принципы солидарности в свободных товариществах или кооперативах".

Райффайзен сформулировал основополагающие принципы кооперации: взаимопомощь, личная и общая ответственность, самоуправление.

В 1997 г. райффайзеновская кооперация в Германии (в стране функционируют кооперативы и иного типа) охватывала 3950 первичных кооперативов - кредитных и товарных, снабженческих и сбытовых, молочных, животноводческих и мясных, фруктовых, овощных и цветоводческих, виноградных, рыболовецких, - объединяющих 3530 тыс. человек. Эти кооперативы являются мощными рыночными организациями, оказывают своим членам многостороннюю хозяйственную, финансовую, техническую, консультационную поддержку и помощь. Вместе с тем они решают важнейшие задачи и социальной поддержки крестьян.