Игры на острове - Джоанна Макдональд

— Но я это не могу надеть, — нерешительно возразила Нелл.

— Но почему не можете? — недоуменно спросил Клод. — Оно на вас сидит изумительно. Вы выглядите чудесно. В нем вы можете появиться в Бэкингемском дворце.

— Находясь в Шотландии, королева своих гостей приглашает в Голируд-хаус, — чопорно поправила его Нелл. — Этого ее душа желает. Если, конечно, это не уик-энд рыбной ловли и охоты в Бэлмоурэле.

Нелл еще раз посмотрела на себя в зеркало. Боже, она хорошо выглядела!

— Я не могу взять это платье, потому что оно бледно-розового цвета. А я никогда не ношу бледных тонов. Они полнят, это всякий знает. Хотела бы я знать — есть платье такого же фасона, но черного цвета или темно-синего?

— Mon Dieu[28] — да взгляните на себя, Нелл! Разве вы полная? — возмутился Клод. — Нет. Это платье для вас.

Он повернулся к продавщице, любезной шикарной даме средних лет, одетой в черное джерси, со множеством золотых цепочек.

— Мы возьмем вот это и, возможно, еще то, миленькое кремовое, от «Арабеллы Поллен»… Так, Нелл, примерьте его.

— Только не кремового цвета, Клод. Честное слово, я вам объясняла…

— Ничего черного, — твердо возразил Клод. — И этого ужасного темно-синего. Если уж вы хотите синее, пусть это будет французский голубой цвет, немножко joie de vivre[29]. Клод наслаждался, как Свенгали, одевая шотладскую Трилби. Наивные протесты Нелл затронули струнку наставника в его натуре. Женщины в Монте-Карло уже рождались, казалось, хитрыми и мудрыми, так что представившаяся благоприятная возможность сделаться, прародителем стиля женщины очень его воодушевила.

Снимая бледно-розовое платье, Нелл бросила взгляд на ярлычок с ценой и слегка застонала.

— Ох, нет — это же почти пять сотен фунтов! Клод, я не могу его взять, честно — не могу.

Она была в такой растерянности, что вышла из примерочной в лифчике и трусах, заставив Клода — в свою очередь — застонать от расстройства.

— Взгляните на свое белье, Нелл. Вы его купили на распродаже? — С гримасой настоящего страдания он обратился к продавщице: — Будьте так любезны, мадам, найдите ей белье, которое бы соответствовало вашим таким прекрасным платьям. У вас есть дамское белье или нет?

Продавщица подтвердила, что они шьют белье, а Нелл попятилась срочно за занавеску, в большом смущении. Она еще раз посмотрела на себя в зеркало, пытаясь увидеть себя так, как увидел ее Клод. Было ли ее белье позором? Что ж, определенно оно уже не белое. Белым оно было год назад, пока она не выстирала его с новой и сильно линяющей рубашкой в виде буквы «Т». «Серый» — так будет правильно назвать ее лифчик, хотя точнее было бы определение «грязный». Более того, он был велик, на размер больше, чем нужно, так что чашечки сдвинулись и обвисли на похудевших чашах груди. А ее панталоны, как она их правильно называла, тоже были обвисшими, хлопчатобумажными; они сильнее, чем эластичные, топорщились. Нелл была, так довольна исчезновением всех своих складок и выпуклостей, которые обычно находились на пространстве между лифчиком и трусами, что не обращала внимания, в каком состоянии нижнее белье.

Сейчас она поняла, что Клод прав, и это было ужасно. Тем не менее Нелл скорее даже разозлилась на него за то, что он сказал ей. Вот почему она никогда не любила ходить по магазинам с другими людьми! Кому это нужно, чтобы всякий делал замечания по любому поводу — даже по интимному, вроде нижнего белья? Нелл все еще негодовала, когда зазвенели золотые цепи и подали ей за занавеску померить несколько полосок атласа и кружев. Она отметила, что чувствовать голой кожей шелковую гладкость атласа было восхитительно, а ее нагота сделалась более соблазнительной, чем в белье сиротки Анни, которое она с себя сняла. «Беда в том, — подумала Нелл, разглядывая жесткую поросль на икрах и голенях, — что атлас совсем не подходит к этой щетине. Нужно теперь парафином волоски удалять».

Нелл опасно приблизилась к лимиту в тысячу фунтов на своей кредитной карточке, когда покидала любимый Финеллой магазин одежды, но Клод оценил все по-философски.

— Это одежда, которая вам необходима для работы, — подчеркнул он. — Клиенты, которые так много платят, чтобы побыть в таком месте, как Талиска, ждут, что там будут люди, одетые так же, как они сами. Все это станет ключами к вашему бизнесу. При расчете суммы налога, cherie, вы можете это объявить им как обычную статью расхода.

А вот разделят ли такую точку зрения, как у Клода, те жесткие бухгалтеры (молодые, богатые, со вкусом одетые парни), которых Тэлли нанял для составления финансовых отчетов по их гостинице — это интересовало Нелл.

И она предупредила Клода:

— В следующий раз придется пригласить вас составлять наш финансовый отчет. Видимо, вы сможете убедить Налоговый департамент, что чрезмерное увлечение нарядами налогом не облагается.

— Я это все время делаю, — беспечно ответил Клод. — У всех моих клиентов много «счастливых налоговых дней».

Между тем для Наэм наступили не самые счастливые времена. К шести часам ее баловство с марихуаной стало принимать не такой уж забавный вид, когда подошло время возвращения прислуги отеля к своим обязанностям. Обычно, пока Либби, Тони и Джинни обслуживали обедающих, ей вменялось в обязанность, поднявшись на второй этаж, повесить в шкаф разбросанную одежду, проверить и положить, если нужно, мыло и соли для ванны в ванных комнатах, долить в графины солодового виски и бренди и добавить во фруктовые вазы фруктов. Потом Наэм задергивала занавеси, застилала постели и выкладывала ночное белье (если таковое было), зажигала ночники, чтобы гостей, возвратившихся поздно вечером, встречал приветливый свет у постели. Эта работа приносила ей удовольствие, потому что Наэм могла узнать больше о людях, которые временно занимали комнаты. Ей нравилось поломать голову над тем, как они лягут и что наденут в постель. Будут ли женщины в шелке или в белье из полиэфирного волокна или же всего-навсего «наденут» два пятнышка духов за ушами? Наденут ли мужчины пижамы или лягут нагими? Было интересно посмотреть, какую они выбрали зубную пасту, с какими добавками, и понюхать духи и кремы, разложенные дамами; заглянуть в шкафы и просмотреть висящую там одежду. Иногда Наэм кое-что даже мерила, просто чтобы взглянуть, на что же она похожа. Находиться в номерах на втором этаже, пока гости наслаждаются изысканными блюдами Калюма внизу, было бесконечно захватывающим занятием.

Однако в тот вечер Джинни, Тони и Либби все еще спали под действием супа с травкой, а гости уже начали спускаться в бар, чтобы выпить коктейли до обеда, и Наэм была единственной, кто их обслуживал. Она одна должна была принять у них заказы на обеденное меню, принести, а потом разлить заказанные вина, подать по пять блюд на столики, а потом привести все в порядок. И хотя у нее не было и минуты свободной, чтобы застелить гостям постели на ночь, Наэм должна была постараться и это сделать тоже. Вдобавок ко всему, еще и оставаться любезной и улыбчивой!