Еретики Аквасильвы - Ансельм Одли

Неужели Кламас и Яшуа упускали это «почему» из-за незнания причинных механизмов магии? Они использовали ее, как многие другие люди, но не могли объяснить истоков возникновения сверхъестественной силы. Тем не менее связь между элементами определенно была. Она приоткрылась мне, когда мы с Равенной объединили наши сознания.

Плавая над песчаным дном, подсвеченным солнцем — чуть выше колючих ежей и камбалы, зарывшихся в ил, — я вспомнил о первых уроках, которые давап мне наш старший океанограф.

«Океан — это нечто большее, чем сумма его частей, Катан. Все, что случается, взаимосвязано друг с другом. Если вихревое течение в бухте Лепидора поменяет направление, это вызовет водоворот около Хуасы. А если температура воды у Селерианского Эластра понизится на несколько градусов, то рыбаки Кэмбресса будут обречены на разорение и голод. Всегда имей в виду, что мы изучаем не просто участок моря в Океании, а всю огромную планету.»

Проникая в сферу ума, я лишь осматривался, не смея во что-либо вмешиваться — хотя и это уже было вторжением.

Но, воздействуя на сферу души, какие мы с Равенной произвели изменения в слоях человеческого тела? Мог ли маг ума обнаружить их? И случались ли когда-либо такие прецеденты?

Я отвлекся, слишком сильно взмахнул ластами и едва не врезался в скалу.

Наверное, Кэросий имел специалистов, которые разбирались в таких вопросах — хотя бы поверхностно. Я безрезультатно выискивал ответы. С моим небогатым опытом докопаться до истины было практически невозможно. Однако когда-то эти ответы существовали. Их просто утеряли библиотекари и маги. Еретикам приходилось бороться за выживание в условиях бесконечных чисток Сферы. Нам еще повезло, что они сохранили часть знания. И все же магические ордена утеряли многое — они утратили основу основ.

Я начал всплывать вверх и вдруг остановился. Шальная мысль принесла небольшую надежду. А как насчет Гостя? Я снова нырнул ко дну, распугав стаю голубых и серебристых коралловых рыб. Этот человек научил меня контролировать кошмары. Возможно, он знал секрет моего рождения. Друг отца не был магом, но он мог указать людей, которые обладали нужным мне знанием. Он несколько лет не появлялся в Лепидоре, и мы не имели понятия, как складывалась его судьба.

Я несколько раз проплыл вокруг колонн рифа, но так и не придумал ничего толкового. Мне не хватало фактов и даже элементарных зацепок.

Поднявшись к «скату», я взобрался на черное крыло, нагретое солнцем. Поверхность была такой горячей, что мне пришлось положить на нее тростниковую циновку. Я хотел обсохнуть и немного отдохнуть перед тем, как возвратиться в город.

Мои мысли вернулись к Равенне. Что, если она знала и скрывала от меня ответы, в которых я нуждался? Ведь именно она придумала невероятный способ сокрытия нашей магии. Чему ее обучали до прибытия в Цитадель? Равенна обладала чарами двух Элементов. Что, еслирэленты, которых она якобы презирала, научили ее тому, что выходило за рамки обычной магии?

Измученный вопросами и сомнениями, я переоделся в сухую одежду, затем закрыл люк и повел «скат» на глубину. Нужно было возвращаться в Лепидор.

Причалив к доку, расположенному под зданием океанографов, я выбрался из «Моржа» и понес в лабораторию взятые из зондов образцы придонных осадков. Старший океанограф проверял инвентарь, хранившийся на складе. Будучи ровесником Сианы, этот сильный пожилой мужчина с длинными седыми волосами и густыми усами ни в чем не походил на скованного артритом аварха. «Бывшего аварха», — напомнил я себе.

— Ага, вернулся, — проворчал он. — Ты пропустил большой скандал, Катан.

— Какой?

Я вытащил из шкафа штатив и начал вставлять в него тонкие пробирки.

— Аварх сделал заявление, касающееся трибунала веры. Каждый человек, находящийся в городе, будет проверен на знание основных принципов Сферы. Люди, не прошедшие экзамен, подвергнутся «принудительному обучению».

Старик повернулся ко мне и усмехнулся. Я вспомнил слова Равенны о распутстве Мидия.

— Когда начнется трибунал?

— С сегодняшнего дня.

Я поставил штатив в шкаф и закрыл стеклянную дверцу.

— Это пробы с самых южных зондов. У Таравейского мыса осадков больше, чем обычно. В остальном все нормально.

— Ты брал пробы у мыса?

Я кивнул.

— Они помечены условными кодами.

— Рад видеть, что ты не забыл моих уроков.

Я прошел в соседщою комнату, где размещалась картотека, оставил там свои за-писи и, попрощавшись с океанографом, вернулся во дворец. У ворот меня ожидала Палатина.

— Где ты был, Катан? Мидий вызвал нас на первый допрос. Мы опаздываем уже на полчаса.

— Я выходил в море. Если Мидию это не нравится, то пусть бросится вниз со скалы.

— Ты же говорил, что не хочешь выделяться, — напомнила она, когда мы зашагали к храму.

— Я член океанографической гильдии и должен выполнять определенные функции. Если Мидий решил устроить трибунал, то об этом надо было известить заранее. Кроме того, в Лепидоре и без нас народу хватает. Он мог бы допросить пока кого-нибудь еще.

— Как знаешь, — пожав плечами, сказала Палатина.

— Где Равенна? — спросил я.

— Она уже прошла проверку. Помнишь ее слова о Мидии?

Не дождавшись моего ответа, Палатина сердито хмыкнула.

— Я тогда не поверила ей. Но теперь, учитывая эту ситуацию с трибуналами, мне кажется, она была права. Только помни, что Мидий невзлюбил ее. Ты видел, как он смотрел на Равенну. Она с Архипелага, а такие боровы, как новый аварх, считают апела-гов низшей расой.

— К чему ты это говоришь?

Обычно она вдавалась в такие детали, когда хотела убедить меня в чем-то.

— Возможно, вам лучше изображать влюбленную пару.

Заметив мой хмурый взгляд, она тут же добавила:

— Я вижу, что эта идея тебе не по нраву. Но подумай о Равенне. Мидий не осмелится обидеть эсграфа. Ты слишком важная персона, и твой статус защитит ее от домогательств аварха.

— А что на это скажет Равенна?

— Я уже говорила с ней. Она еще в большей опасности, чем ты. Равенна согласилась со мной и признала, что это хорошая мысль, если только мы не хотим увидеть труп Мидия с ножом, торчащим в горле.

— Если она согласна, то я приму участие в этой игре.

— Ах да! Гамилькар уплыл в Танет. Он просил передать тебе наилучшие пожелания и обещал, что лично вернется за следующим грузом. Ваш адмирал отправился вместе с ним, чтобы эскортировать его до границ Океании.

Вспомнив о пиратских кораблях, которые мы встретили около Фарассы, я пожелал Дальриаду удачи и защиты богов. «Призрачная звезда» была боевым крейсером и легко расправилась бы с противником. Но выдержит ли схожий бой «Мардук»? Лепидорская манта не отличалась особой мощностью.