В плену удовольствия - Элизабет Торнтон

в безопасности. Вряд ли ты захочешь, чтобы в клубе узнали, что твоя сестра пишет готические романы. Только подумай, как над тобой начали бы подтрунивать.

Замечание кузины напомнило Эшу о полковнике Ширере.

— Теперь, когда ты упомянула об этом, я вспомнил, что сегодня в клубе болтали о ком-то из вашей компании, неком писателе по имени Анджело. Несколько его рассказов опубликовали в «Геральде».

— Я их читала, — сказала Аманда, — но не могу сказать, что его истории в моём вкусе. Он пишет детективные романы, но их концовка меня разочаровывает, так как загадка остаётся нерешённой.

— Как ты думаешь, он может быть одним из твоих знакомых писателей?

— Не знаю. Думаю, что Анджело — женщина, но её голос я распознать не могу. — Увидев озадаченный взгляд Эша, Аманда объяснила: — Её литературный стиль слегка отличается от известных мне авторов. Я думаю, что она новичок в нашем деле. Вполне возможно, что мы встретим её на симпозиуме. Там будет Ли Флеминг. Он издатель, так что если кто и знает, кто такой Анджело, уверена, это будет мистер Флеминг. После симпозиума накроют столы для ланча, на котором читатели и писатели смогут пообщаться в неформальной обстановке. Может, Анджело тоже там будет.

Заманчивое предложение, но не достаточно заманчивое для Эша. Должен быть более лёгкий способ узнать, кто такой этот Анджело.

Лорд Денисон слабо запротестовал:

— На вашем симпозиуме я буду чувствовать себя как рыба, выброшенная на берег. Вы что же, всерьёз рассчитываете, что я пойду с вами?

Аманда улыбнулась.

— Бедный маленький кролик, загнанный в угол! Конечно, не думаем. Но ты не избавишься от меня так легко. Прочитай последний роман миссис Бэрримор, и мы будем в расчёте. Согласен?

Эш схватил книгу со столика и взвесил в руке. Затем кивнул.

— Ты отлично торгуешься, Аманда.

Его кузина лучезарно улыбнулась.

— Эш, я всегда говорила, что ты — мой любимый кузен.

Графиня решила воспользоваться перемирием и поспешно вмешалась.

— Попрошу-ка я Молли принести закуски, а после чая поедем кататься в Гайд-парк.

* * *

Верный своему слову, тем же вечером Эш устроился в своём любимом кресле напротив пылающего в камине огня и с головой погрузился в злоключения и несчастья «Пропавшей наследницы». Он решил, что почитает с полчаса, и если книга его не захватит, то просто бегло её просмотрит.

Огонь в камине потух, свечи почти догорели, а Эш всё продолжал читать. Временами он посмеивался и пропускал самые слезливые моменты, где автор описывала мысли и чувства героя и негодяя. Миссис Бэрримор, по-видимому, совершенно не разбиралась в мужчинах, но написала отличную историю.

Когда Эш перевернул последнюю страницу и вернулся в реальность, было уже очень поздно. Он удивился, как быстро пролетело время. Роман ему очень понравился, но не настолько, чтобы пойти на встречу с автором.

* * *

На следующее утро, когда лакей отеля принёс завтрак и утреннюю газету, Эш сразу же открыл последнюю полосу. Там наверняка будет ещё одна захватывающая история от Анджело. В самом низу страницы Эш увидел объявление о дате, времени и месте проведения симпозиума.

Он сделал глоток кофе и начал читать новый рассказ. Закончив чтение, Эш откинулся на стуле, оставив завтрак нетронутым.

Теперь он хорошо понимал, что почувствовал полковник Ширер, узнав в описании места, где происходили события рассказа, считавшегося вымышленным, свой дом, ведь сейчас Эш оказался в точно таком же положении. Но это было ещё не всё. Анджело знал вещи, о которых никак не мог знать, ведь Эш никому он их не рассказывал. Если бы этот писака сейчас появился перед лордом Денисоном, тот схватил бы его за горло и вытряс всю душу.

Эш перечитал рассказ ещё раз, и в горле у него появился комок. Рассказ основывался на случайной смерти его брата Гарри — того Гарри, который так никогда и не повзрослел, оставшись глуповатым ребенком. Однажды он в одиночку пошёл купаться в Темзе, но его худым конечностям не хватило силы, чтобы Гарри удержался на поверхности.

Подробностей было не так уж и много, но их вполне хватило, чтобы изобразить картину жизни в Денисон-холле: отец, подавлявший домочадцев; мать, слишком хрупкая, чтобы выдерживать ежедневные испытания; он сам, старший сын и наследник, и Гарри — единственный лучик света в унылой груде кирпичей, которую они называли домом.

Во всей этой истории больше всего Эша разозлил намёк на то, что смерть Гарри не была несчастным случаем. В конце концов, свидетелей происшествия не было.

Его первым визитом в том утро стало посещение редакции «Геральда». Брэнда на месте не оказалось, и, как сказали сотрудники, его не будет всю следующую неделю, и никто другой не сможет предоставить нужные лорду Денисону сведения.

Оставался лишь один способ всё выяснить. Кажется, Эш всё-таки будет сопровождать своих родственниц на симпозиум.

Глава 3

Войдя в сопровождении группы писательниц в общую столовую «Клэрендона», которая в этот раз стала местом симпозиума, Ли Флеминг был потрясён увиденным. В зале почти не осталось свободных мест, чего ранее никогда не бывало. Но ещё больше его удивило присутствие столь большого количества джентльменов. Мужчины обычно не читают романов, зачем же они пришли сюда? Мистер Флеминг запоздало подумал, что нанял слишком мало дюжих лакеев, способных выпроводить любого джентльмена, который решит позабавиться, прерывая почётных гостей своими выкриками.

Он ободряюще улыбался своим спутницам, когда провожал их к стульям, расставленным за длинным столом, где писательницам предстояло сидеть лицом к посетителям симпозиума. Опасения Флеминга немного улеглись, когда он подошёл к кафедре и гомон толпы тут же стих. Сделав глубокий вдох, издатель открыл симпозиум приветственной речью.

Ева немного успокоилась, когда Ли отпустил первую шутку и аудитория засмеялась вместе с ним. Все авторы волновались, хотя это была отнюдь не первая подобная встреча. И действительно, им нечего опасаться. Каждая из писательниц прочтёт небольшой отрывок из своего романа, ответит на вопросы присутствующих, а после, когда подадут закуски, пообщается с читателями.

Поскольку Ева всегда нервничала, глядя на собравшуюся публику, она решила сосредоточить своё внимание на издателе. Ли был мужчиной далеко за тридцать, светловолосым, светлокожим, с голубыми глазами, которые, казалось, кротко смотрели на этот мир, терпеливо принимая его со всеми недостатками. Нельзя сказать, что Ева любила мистера Флеминга, но восхищалась им и уважала. Он знал, как внушить любому писателю веру в себя и в своё произведение. Ли Флеминг и её тетя были самыми преданными почитателями Евы.

Далее её взгляд переместился на столик в первом ряду, где сидела мисс Клэверли