Наследники Шамаша. Тени и пыль - Alexandra Catherine

«Здесь ты найдешь путь домой», — девушка услышала эти слова очень чётко. Подошла к воде, а затем без колебаний вошла в нее и направилась вниз на глубину. Над головой ледяной тяжестью сомкнулись волны, и она камнем пошла вниз.

Проснувшись, Ишмерай с величайшим трудом, преодолевая тяжесть сна, осознала, что находилась не в горах, а глубоко под землей. Атанаис, Амиль и Сагдиард спали. Дремал и Марцелл. С тяжелым вздохом, девушка закуталась в одеяло и подползла к нему. Она села рядом с ним и положила голову на его плечо. Очнувшийся Марцелл удивлено поглядел на свою воспитанницу.

— Мне приснился неприятный сон, — ответила она. — И теперь мне не хочется спать.

— У тебя впереди еще будет столько неприятных снов, моя красуня, — в тон ей, сонно и мрачно, ответил Марцелл. «Красуней» он называл её в те редкие минуты, когда особенно переживал за неё.

— Я слышала все, о чем вы говорили с Амилем и Сагдиардом. О Заземелье и о Рианорах. И о том, какие мы никчемные.

Марцелл ответил:

— Сагдиард — человек злой и недолюбленный. Отец пытался лепить из него сына своей мечты, послушного солдата, служку, раба, а тот — как своенравная кобыла, не поддавался. В результате у них случился жуткий разлад, Сагдиард был чуть ли не лишён наследства, а после покинул отчий дом. Он лет десять назад прибился к герцогу Атии. Сагдиард доказал, что он — ловкий и могучий воин. Но за все это время я ни разу не услышал от него слова доброго. Однако порой он говорит дельные вещи.

— Ты хочешь сказать, что нас с Атанаис и, быть может, даже с Адиль, действительно отправят в Заземелье? — выдохнула Ишмерай.

— Думаю, так и будет.

— Но это же так далеко и опасно! И когда же нам будет позволено вернуться обратно?..

— Пока не заткнётся Иркалла.

— А если она так и не заткнется?

— Уверен, найдётся тот Рианор, который заткнет ей её смердящую пасть на веки вечные, — хмыкнул Марцелл.

Ишмерай не торопилась смеяться: она подумала о том, что никто и никогда не отправит её в Заземелье. Даже если отец отречется от нее, она уедет куда угодно, но не в те неизведанные земли. Она будет жить в Селенаре и зарабатывать себе на жизнь преподаванием. Или выйдет замуж за Марка Вальдеборга, если он не откажется от своего предложения. Но позволят ли принцу Карнеоласа жениться на дочери герцога, поправшей честь свою побегом?..

— Я — невеста Марка Вальдеборга, — тихо и гордо произнесла Ишмерай, голова её высоко поднялась. — Он не позволит, чтобы меня увезли в Заземелье.

— Никто не давал согласия на этот брак. К тому же, за все время он так и не доехал до герцога Атийского и не попросил у него твоей руки. А со скандала прошло более двух месяцев.

— Марк не мог обмануть меня. Мы — друзья, мы дружим всё детство. Никогда не обманывал!

— Ишмерай, очень часто бывает так, что мальчик и девочка так и остаются друзьями, когда вырастают. И вступают в брак с совершенно другими людьми.

— Зачем ему обманывать меня? — огромные глаза Ишмерай налились неподдельным горьким изумлением.

— Прости, дорогая, но я тоже часто влюбляюсь, — Марцелл тихо засмеялся. — Иногда мужчины говорят красивые вещи дамам, чтобы получить от них то, что они хотят. А как только получают, обещания становятся прахом.

— Марк бы так не сделал, — презрительно поморщилась девушка. — Он благороден. Никогда не обманывал девушек. Или ничего им не обещал.

Марцелл фыркнул, мрачно поднял брови и сказал:

— У меня другие сведения. Он сын своего отца. Марк хитёр, пусть еще юнец. И прекрасный актёр. И перед каждым играет свою роль. Я много лет наблюдал за ним, пока вы гудели там в своих университетах. Забудь пока о принце, деточка. Впереди непростые времена. Мы никогда не знаем, куда приведут нас обстоятельства. Проводи больше времени с теми, кто тебе дорог. Помирись с родными. В минуты, когда ты будешь совсем одна, когда тебе будет очень страшно, ты будешь очень сильно жалеть, что не обняла близких перед разлукой. Для герцога нет ничего дороже всех его детей, что бы они не творили. Когда ты встретишься с отцом один на один, прояви стойкость и не отворачивайся, даже если герцог будет выговаривать тебе и наказывать. Не прыгай за спину принца или короля — они не твоя семья и никогда её не заменят. Подойти к отцу и матери, проси у них прощения за свой проступок, ибо может случиться так, что у вас будет только одна минута или один день на разговор, а далее — разлука, одному небу известно, насколько долгая! Судьба редко дает второй шанс, она не любит нерешительных.

Ишмерай понимала, что Марцелл прав, но ей стало очень страшно от мысли, что отец мог отвергнуть её. Оставшееся время, отведенное на ночлег, она спала урывками: то проваливалась в мучительную дрёму, то снова просыпалась. Окружающий мрак давил со всех сторон. Ей казалось, что вокруг смыкаются тихие голоса. Так плотно, что касаются её волос.

Всю ночь ей снилось, что она стоит рядом с отцом и ведёт с ним тихую беседу. Он, высокий, внушительный, в роскошных доспехах, со сложенными на груди руками что-то задумчиво и ласково ей говорит, а девушка внимает ему и отвечает. Вместе они стоят на пригорке и глядят в далекий горизонт, окутанный черным туманом. И ей кажется, что никакая сила на свете не способна причинить ей вреда, пока вот так рядом стоит отец.

«Я защищу тебя от любой беды», — тихо говорил он, а Ишмерай млела от радости.

Но счастливая картина сменилась картиной горестной: отца уводила прочь неведомая сила. Девушка отчаянно звала его, но он, печально глядя на дочь через плечо, покорялся этой страшной силе, не имея сил сопротивляться.

Ишмерай бежала за ним, преодолевая и луга, и горы, и реки, но он был все столь же недостижим и все столь же печально глядел, качая головой, будто говоря: «не надо».

«Отец! — кричала она. — Я защищу тебя от любой беды!»

Но он продолжал уходить, а она