От любви не убежишь - Мэйв Хэрэн

— Моя мать годами подвергала меня унижению в Английской академии бальных танцев. Ну, да это еще что, вы не видели в моем исполнении пассодобль!

Тесс рассмеялась, представив себе, как Лайал танцует танго по четвергам.

— Пожалуйста, не смейтесь. — Он покачал головой с шутливой укоризной. — Я был победителем на конкурсе молодых исполнителей латиноамериканских танцев на Юго-Востоке. То есть до того, как поступил в университет и понял, что бальные танцы — это, безусловно, недостойное занятие.

Тесс вдруг осознала, что они остаются на танцплощадке дольше других и что все, возможно, уже показывают на них пальцем. Она остановилась.

— Думаю, надо что-нибудь выпить, пока я не умерла от обезвоживания.

Она повернулась в сторону бара, но рука Лайала удержала ее.

— Не убегайте, — попросил он, — по крайней мере, не сейчас. У меня есть для вас предложение.

Тесс почувствовала леденящую панику. Она слышала множество ужасных историй о мужчинах, пытающихся соблазнить женщину, прежде чем успеет остыть постель бывшего мужа. Но как может Лайал? Она всегда считала его деликатным человеком.

Лайал улыбнулся, явно прочитав ее мысли.

— Не волнуйся. Я — вполне безобиден, если меня не поощрять. Это — профессиональное предложение. Сейчас, когда законы о разводе изменились, меня попросили написать книгу. Не скучный фолиант, полный профессионального жаргона, а популярное издание для обычных людей. И я хотел бы, чтобы ты написала ее вместе со мной. У меня даже есть уже название «Безболезненный развод».

Тесс в ужасе посмотрела на него:

— Лайал, я не могу, не сейчас. Я меньше других подхожу для того, чтобы писать ее. На это есть причины. — Она оборвала себя, не желая сообщать ему подробности. Ее вновь охватило ощущение собственной несостоятельности.

— Тесс, не расстраивайся. — Он понизил голос, чтобы другие танцующие не слышали его. — Слушай, я знаю о вас со Стивеном, боюсь, что уже все знают. Но разве ты не понимаешь, что именно поэтому ты лучше других сможешь написать эту книгу? Ты знаешь, каково это, через что придется проходить другим при разводе. Ты могла бы позитивно использовать свой опыт. — Он говорил негромко и напряженно. Если бы он таким образом предлагал новый товар на рынке, то точно бы преуспел. — Кто знает, может быть, ты сама найдешь это занятие полезным.

Все еще в шоке, как от его предложения, так и от осознания того, что все знают об их разрыве со Стивеном, Тесс решила уйти.

— Обещай, что подумаешь об этом, — настаивал Лайал, — или я заставлю станцевать тебя со мной в обнимку перед главным партнером.

Тесс не удержалась от улыбки.

— О'кей, обещаю, — она вспомнила о счете за новую крышу. — Лайал, а на этом можно будет заработать?

Лайал рассмеялся.

— И это говорит неподкупная Тереза Брин, отвергнувшая сто тысяч «Ганноверса»? Возможно, да.

Тесс решила, что не стоит разбрасываться подобными предложениями. Партнер она или нет, сейчас ей придется туго с наличными.

— Если да, то я займусь этим.

Лайал воспрянул духом.

— Мне нравятся женщины, которые умеют принимать решения.

Когда она пробиралась назад к бару, ее настигла Жаки и понимающе подмигнула:

— Итак, что это было? Мне ревновать или нет?

— Ради бога, Жаки, он предложил мне вместе с ним поработать над книгой, только и всего.

— О-о-о… — захихикала Жаки. — Какой хороший повод проводить вместе уйму времени. Все эти исследования.

— Мы, возможно, будем работать отдельно, — одернула ее Тесс. — В любом случае, — солгала она, — я еще не дала согласия.

— Ты согласишься, Тесс, — голос Жаки звучал все тише и тише — ее закружили в латиноамериканском танце судебные клерки, — ты согласишься.

Тесс вернулась домой в час ночи. Дома было очень тихо. Все давно легли спать. Она прошла в холодную гостиную и оперлась о камин. Взгляд упал на свадебную фотографию — на лицах улыбка, оба молоды и уверены, что впереди целая жизнь, полная любви и радости.

Она поставила фотографию на место и приняла решение. Если уж ей пришлось испытать боль и пустоту, по крайней мере, на что-то этот опыт пригодится. Идея с книгой привлекла ее, у нее появится цель, а именно это ей сейчас и надо.

На следующее утро Тесс проспала, а когда проснулась, голова раскалывалась от боли. «Поделом тебе, — сказал внутренний голос, за то что решила поразвлечься сразу же после разрыва». Но Тесс не обратила на голос никакого внимания. Она размешала себе «Алка Зельтцер», морщась от оглушительного шипения, которое производили таблетки, растворяясь. Конечно, это выше человеческих сил — изобрести средство от похмелья, которое не шипит.

— Ты выглядишь ужасно, — объявила Элли с безжалостностью юности. — Сколько же надо было выпить!

— Я не считала. — Тесс взяла почту и села за стол, держась за голову.

— Оно и видно. Надеюсь, ты не села за руль?

— Элли, я — юрист. — Тесс попыталась вспомнить: неужели она тоже доводила до такого совершенства искусство изводить собственных родителей, когда была подростком? — Конечно, я не садилась за руль.

— Очень хорошо, не хотелось бы, чтобы в семье еще кого-нибудь вызывали в суд. — Она вручила Тесс конверт с полицейским штампом.

Тесс смотрела на конверт, не решаясь открыть его, добрых полминуты. Люк, сидевший с другой стороны стола, отложил ложку и уставился на нее. Этим письмом полиция сообщала, будет ли магазин доводить дело до суда.

— Давай, мам, — подбодрила ее Элли, — открывай коробочку.

Тесс взяла кухонный нож и разрезала конверт. Она дважды перечитала письмо, потом подняла Люка со стула и закружила по кухне.

— Они не подают на тебя в суд. Магазин решил сделать исключение. — Она снова плюхнулась на стул. — Да, надо почаще устраивать истерики. О Люк, ты не представляешь, насколько это хорошая новость! Надо будет это отметить. Надеюсь, вы придете сегодня пораньше. Пицца за мной!

Глава 29

Стивен держал изящную разрисованную бутылочку в руке, чувствуя радостное волнение. Первые образцы духов — готовы! И, несмотря на то, что Хьюго остался недоволен проектом упаковки, увидев окончательный продукт, он вынужден будет признать: духи смотрятся здорово. Если его не обманывает собственное чутье, у них в руках — настоящий хит.

Следующий шаг — усовершенствовать маркетинговую кампанию. Он вытащил свой разлинованный блокнот, чтобы набросать несколько идей перед встречей с Хьюго и Джозефиной.

В соседней комнате, в офисе Джозефины и Хьюго, в воздухе повисло напряжение.

— Ну, ты можешь мне сказать? — Джозефина постучала золоченым карандашом по полированному столу. — Какие сплетни? Что эти мадам из отдела распространения говорят обо мне?