Величайший рыцарь - Элизабет Чедвик

Вильгельм преклонил колени и склонил голову перед новым королем Англии. Остальные рыцари из свиты Генриха сделали то же самое, краем глаза поглядывая друг на друга. Вильгельм смотрел в землю и ждал. Он знал, что это глупо, но все равно ожидал удара меча по шее сзади. Однако прикоснулись к его плечу, и это сделала жесткая твердая рука. Вильгельм помнил времена, когда эта рука была совсем маленькой и даже не могла обхватить рукоятку взрослого меча: Он помнил, как отбивал удары юношеского клинка. Тогда все было легко, но больше эта легкость никогда не повторится.

Ричард сильным, но спокойным голосом приказал всем встать.

– Я кое-чем недоволен, но не верными людьми, – объявил он.

Ом сжал плечо Вильгельма, потом отступил назад и двинулся дальше. Вильгельм, слегка дрожа, выдохнул воздух, поднялся на ноги и расправил плащ. На него смотрел принц Иоанн рыжевато-карими глазами матери. Иоанн иронически приподнял бровь и ухмыльнулся, потом последовал за братом к церкви, в которой было выставлено тело их отца. Вильгельм опустил глаза, не в силах скрыть гнев. Если Ричард преследовал отца, когда тот уже был болен, то бегство Иоанна привело его в отчаяние и ускорило смерть. Генрих умер без мира и спокойствия и душе.

Лорды и рыцари последовали за братьями королевской крови в церковь. Иоанн тихо отступил в тень, как кот, а Ричард прошел прямо к помосту. Единственным проявлением его беспокойства было то, как сильно он сжимал рукоятку меча.

Ричард долго стоял и смотрел на тело отца. Выражение лица было бесстрастным. Потом он придвинулся к неприкрытому лицу Генриха и молча стал всматриваться в него. Иоанн вышел из тени, но не приблизился к мертвецу. Говорят, что из трупа в присутствии убийцы начинает идти кровь, и Вильгельм подумал, не опасается ли один из братьев внезапного кровотечения из тела отца. Он жалел, что они не видели Генриха в Шиноне, в покоях, где он умер. Они заслужили это, но неизвестно, вызвало ли бы это у них жалость или угрызения совести. Вильгельм подозревал, что по крайней мере Ричард не знал значения этих слов, когда дело касалось отца. Иоанн, может, и знал, но, хотя его мысли иногда отражались на лице, часть их все равно оставалась тайной. Вильгельм и не хотел в них лезть, поскольку подозревал: то, что он найдет маячащим там во тьме, зашло далеко за пределы возможного искупления.

Наконец Ричард прекратил рассматривать лицо Генриха. Выражение лиц мертвого отца и живого сына было одинаковым: оба были застывшими. Потом взгляд Ричарда упал на Вильгельма.

– Маршал, на пару слов.

Ричард жестом показал всем, чтобы оставались на своих местах, и вышел с Вильгельмом на улицу.

– Давайте проедемся, – приказал он.

Ричард не стал ждать, пока оседлают коня Вильгельма, и передал ему гнедого коня Лонгчампа. Советник короля так гневно посмотрел на Вильгельма, что, если бы взглядом можно было убить, Маршал уже валялся бы мертвым. Лонгчамп с подозрительностью, завистью и ревностью относился ко всем, кто, по его мнению, мог помешать его влиянию на Ричарда, и считал Вильгельма не просто соперником, а врагом. Вильгельм ответил на гневный взгляд Лонгчампа безразличным, зная, что это вызовет у советника раздражение и беспокойство.

Ричард держался в седле прямо и свободно, сжимая поводья одной рукой. Вторая висела вдоль тела. Вильгельм опустил стремена пониже (они были подогнаны под короткие ноги Лонгчампа), вскочил в седло и догнал Ричарда. Они молча ехали прочь от аббатства, копыта глухо стучали по сухой земле, поднимая светлую пыль. Небо над Шиноном было затянуто дымкой. Наверное, шла гроза. Вильгельм чувствовал ее приближение – ему словно что-то сдавило голову. Он подумал, не нарушить ли молчание, но потом решил этого не делать. Пусть новый король задает тон. А если Ричард ждет покаяния или извинения, то ему придется ждать вечно.

Наконец Ричард посмотрел на Вильгельма.

– Вы пытались меня убить, – сказал он.

Слова прозвучали хрипловато, но Вильгельм решил, что хрипота объясняется громкими криками на поле брани, а не сильными чувствами.

Вильгельм расправил плечи.

– Нет, господин, не пытался. Я до сих пор еще достаточно силен, чтобы направить копье в цель и с уверенностью поразить ее. Если бы я хотел вас убить, то с легкостью пронзил бы ваше тело, как сделал это с вашим конем. Я не стану извиняться за содеянное. Я защищал вашего отца, и, если бы мне снова пришлось делать выбор, я бы поступил точно так же.

– Я думал, что вы собираетесь насадить меня на копье, – Ричард посмотрел на Вильгельма, и его взгляд пронзил не хуже стального наконечника.

– Я почти это сделал, сир, но решил насадить на копье вашего коня. Я посчитал, что результат будет тот же.

Ричард неохотно рассмеялся.

– Так и получилось – он искоса посмотрел на Вильгельма. – Для этого потребовалось большое мужество и твердая рука.

Вильгельм пожал плечами.

– Я долго обучался, – сказал он.

– А если я скажу, что у меня есть работа для вас и я хочу услышать вашу клятву верности, раз мой отец мертв, вы дадите мне ее?

Вильгельм перевел взгляд на темнеющее небо и долго не отвечал. Ответ мог быть только один, но пусть Ричард его подождет. Кроме того, надо было собраться с силами и набраться мужества, перед тем как продолжить разговор.

– Перед смертью ваш отец отдал мне в жены Изабель из Стригила, – сказал он.

Ричард так резко натянул поводья, что конь дернулся и даже немного присел на задние ноги.

– Он ничего вам не давал! – отрезал Ричард. – У меня есть шпионы. Я знаю, что он сказал. Он только обещал ее вам, а обещание – это мусор, пока оно не выполнено. Вы это сами знаете.

Вильгельм пытался прочитать мысли Ричарда, но новый король прекрасно умел скрывать то, что не хотел показывать.

– Я дам вам больше, чем обещание, – произнес Ричард резким тоном. – Прямо сегодня вы отправитесь в Англию с письмами. Вы можете одновременно жениться на девушке. Берите Изабель де Клер, ее земли и вспахивайте и то, и другое с моего благословения.

У Вильгельма перехватило дыхание.

– Спасибо, господин, – удалось выдавить ему из себя. Слова шли от сердца, он на самом деле был благодарен.

Ричард ждал продолжения, но, поскольку Вильгельм больше ничего не сказал, просто кивнул.

– Вы остались рядом с моим отцом, когда бежали другие, более слабые. Вы рисковали собственной жизнью, чтобы спасти его, и рисковали собственным будущим. Я желаю получить эту преданность, постоянство и стойкость для себя. Как вы говорите, вы прошли долгое обучение. Я только что дал вам вашу долю наград и наказаний. Дал! – подчеркнул он более жестким тоном. – От моего отца и брата вы получали лишь пустые слова. Я сделал больше, чем они.

– Я начинал ни с чем, господин, даже без обещаний. Я…

– Но с большими надеждами, – резко перебил Ричард. – Если бы это было не так, то вы бы сидели в Англии у очага вашего брата с жирнозадой неряшливой шлюхой на коленях, вместо того чтобы ехать рядом со мной и собираться жениться на богатой наследнице. Вы всегда принимали награды и не можете отрицать, что я предложил вам самую большую.

– Я и не отрицаю, господин, но от этого я не стану более верным.

Ричард резко засмеялся.

– Вы прекрасный противник в поединке, Маршал. Думаю, что сейчас мог бы вас победить, но не хочу рисковать. – Он повернул коня назад к аббатству. – Помните: я заставлю вас работать гораздо больше, чем вы когда-либо трудились в жизни.

– Спасибо, господин, – повторил Вильгельм, и на его лице стала медленно появляться улыбка.

Глава 31

– Госпожа, простите, что не преклоняю перед вами колен, извинился Вильгельм перед королевой. – Это не из-за отсутствия уважения – я просто не могу этого сделать.

– Что случилось?

Алиенора щелкнула пальцами, и к ним подбежал слуга со стулом. В рыжевато-карих глазах, мгновение назад светившихся от радости, появилось беспокойство.

Вильгельм поморщился.

– Когда мы садились на корабль в Дьеппе, обрушилась палуба. Я один тех, кому повезло. У многих сломаны ноги и руки, кости раздроблены, а одного какой-то палкой проткнуло насквозь, будто его посадили на кол. – Вильгельм сморщился от боли, усаживаясь на стул. – Мне удалось схватиться за вертикальную стойку и спастись, но левая нога сильно пострадала. Я почти не могу на нее наступать.

– А вас осматривал врач?

Вильгельм грустно улыбнулся.

– Он сказал, что мне нужно поберечь ее и больше отдыхать.

Вильгельм вручил королеве письма от Ричарда. Алиенора подала знак тому же слуге, чтобы принес вина.

– Пока вы рассказываете мне новости, как раз и отдохнете. Герсендис, принеси подушку под спину мистеру Маршалу.

Вильгельм выглядел расстроенным.

– Я собираюсь отправиться за молодой невестой, а сижу, словно старик, – простонал он.