Два часа до конца света. Том II - Виктор Маршанский

— Хватит, — умоляла она, не в силах остановить смех, — я щас взорвусь!

— Погоди, погоди, — угрожающе ответил Костя, придвинув к катафалку стул. — Ща я тебе расскажу, чё там дальше было…

Что было дальше Анна Белая знала из отчётов Зоны 112. Личные переживания Константина по этому поводу волновали её сильно меньше. Оборвав тауматургический канал с грачём, женщина вошла в кабинет к Майе.

— Ты думаешь можно просто взять и стереть факт твоего убийства из отчёта службы безопасности? — Спросила начальница, едва ведьма пересекла порог.

В кабинете сидели насколько чиновников с хмурым видом перебирающих бумаги.

— А что не так? — Спросила Белая, подняв бровь. — Мы связали её сетью, доктора уже сняли биомаркеры. Скоро они настроят поля, и девчонка станет безобидной, хочет она того или нет.

Ткнув пальцем в экран монитора, Майя ответила:

— Да у неё за плечами четыре случая срыва Маскарада. Спецотдел прикроет нашу контору в два росчерка, если пожелает! И твой стаж в четыре с половиной века обернётся таким же сроком, который ты, Анна, проведёшь в объятьях Фторсети.

Несмотря на то, что в глазах Белой Виноградова была лишь очередных высокопоставленным бюрократом, свою работу она выполняла неплохо. Майя была досконально посвящена в вопросы истории носителей, и проблемы, с ними связанные. За семь лет, проведённые на посту начальницы, она разобралась и в классификации дисциплин, и в законах, описанных в Меморандуме, и даже ясно осознавала, чем дорогая в обслуживании Фторсеть лучше ящика соли. Закрыть глаза на побег Константина директриса ещё могла, но убийство ведущего психиатра резервации выходило за рамки бюрократических дыр, которые можно было бы легко вынести за скобки.

Короче говоря, с ней было нужно считаться, и Белая, заняв одно из мест за столом, сложила руки домиком:

— Ты знаешь каким образом я поддерживаю наблюдение через птицу?

Судя по лицам собравшихся, никто, кроме Майи, не понял вопроса.

— Дисциплина фамильяров. — Ответила Виноградова, вспоминая текст из учебников, написанных Белой. — Из группы ментальных привязок, если не ошибаюсь. Относится к дисциплинам средней сложности.

— Точно, — отметила Анна, — так вот эта девка, которую, напомню, мы уже взяли под контроль системы сдерживания, была выращена как фамильяр между двумя тауматургами. Это не только нарушение куда более грубое, чем кража вина из магазинов, но и довольно сложная тауматургия, запрещённая на территориях, подконтрольных Фонду. Я уж не говорю об этической составляющей этого случая.

Подозрения, что Веру используют в качестве сверхъестественного телефона и отработки высокоуровневых дисциплин, проникли в голову Белой ещё во время чтения отчётов из Самары, но встретившись с девушкой лицом к лицу, она ощутила, как от её разума отходят незримые нити Альгемайна, уходящие куда-то в Самарскую область. Средство контроля, вшитое в кору центра принятия решений — мозг Веры. Но в эти тонкости не была посвящена даже Майя.

— Когда она умирает, — объясняла Анна, окидывая многозначительным взглядом всех присутствующих, — её сознание, в виде метафизической проекции, двойника, отскакивает к одному из подключённых к этой сети тауматургов. Умертвив её, вы создадите копию, которая окажется где-то в Самаре. Копия, которая знает, где находится резервация, и может общаться с весьма могущественными родственниками, вероятно, желающих вернуть средство связи себе.

Некоторое время в кабинете царила тишина. Затем, устало вздохнув, Майя потёрла глаза.

— Что ты предлагаешь? — Спросила начальница, и тень улыбки появилась на лице Анны.

— Позвонить в Зону 112, и предупредить их моём появлении через четыре часа.

Бровь Виноградовой взметнулась вверх.

— Четыре часа? — Со скепсисом уточнила она.

— Полчаса на то, чтобы разъяснить девке правила тона в нашем заведении, — Белая загибала пальцы, — полчаса на отключение фильтров от моих биомаркеров, и три часа на доставку моего тела до Самары посредством дисциплины смещения. Да, четыре часа.

— Прекрасно. — Без энтузиазма резюмировала Виноградова. — А что я скажу службе безопасности? Что я скажу…

Майя торопливо порылась в бумагах, чтобы найти имя Смотрителя Зоны 112.

— Что я скажу Одинцову?

— Правду, разумеется, — воскликнула женщина, — что у них в городе есть предмет, который служит незаконным узлом связи между носителями. Девка говорила что-то о кассетах. Если я всё правильно понимаю, подобный объект должен содержатся в недоступном для обычных людей месте.

— Они говорили, что один из бойцов СБ пропал в кладовой дома, где жила одна из местных носительниц. — Вспомнила Майя.

— Точно. Кроме того, прямо сейчас где-то на границах между областями формируется эгрегор. Это может стать большой проблемой уже в ближайшем будущем.

Как и предполагала Анна, весть о творении сестры Полдень стала решающим аргументом в пользу отключения щитов, сдерживающих ведущего психиатра резервации. Глядя, как Виноградова, закатив глаза, достаёт телефон, чтобы набрать номер службы безопасности, женщина пыталась скрыть внутреннее ликование. Впервые за много лет ей разрешается абсолютно легально покинуть Мурманскую область, не опасаясь гнева Фонда. Ура, товарищи, ура!

Тем временем, диалог Веры и Константина продолжался.

— Мы провалились в медпункт или нечто вроде, — пояснила Вера, ёрзая под Фторсетью, — Блин, нос чешется.

Протянув руку мальчик посрёб отросшими ногтями по по лицу девушки.

— О, да, так намного лучше. — Отреагировала ведьма и продолжила рассказ. — Так вот, там был какой-то лютый жиртрест, разъебавший меня до состояния кипения. Половину ебальника мне снёс, думала сдохну там.

— Ебать, — содрогнулся пацан. — И как ты его одолела?

— Подожгла там к хуям всё.

— Ты так умеешь?

— Оказывается, да.

Волна огня, вышедшая из-под кожи Веры была уже вторым звоночком о старте отрицательного ускорения в уме ведьмы. Первым был выброс тауматургических сил, пробивший грудную клетку в битве с фантомом ранее. Сила ведьмы возрастала, но точность удара начинала страдать, так как всё больше контроля отдавалось тлеедам, а не сознанию носительницы.

После того, как Вере удалось покинуть «медпункт», вытащив за шкирку Константина, она двинулась по этажу. Следующий путь, вплоть до встречи с Эрион лежал через узкие коридоры. Сложно было сказать, насколько хорошо они были освещены — глаза ведьмы оказались забитыми внутрь черепа.

— Полночь сказала, она освободила Эрион. — Промолвила ведьма, наблюдая как с каждым новом словом в глазах парня вспыхивают флешбэки. — Как именно она убила меня?

— Помнишь, когда я тебя увидел полумёртвой в первый раз? — Припомнил парень, понизив тон голоса. — Я ещё тогда сказал, что