Жестокие звезды - Константин Кривцун

– Понятно, – кивнул я, хотя, конечно же, мне было ничего не понятно.

– Все ведь останется между нами? Путь нашего связиста из СВ был долог и не всегда законен, я не хочу распространяться об этом. И закроем эту тему.

– Хорошо.

С каждым днем я обнаруживал вокруг себя все новых людей со сверхспособностями. Большинство из них так или иначе имело отношение к Секретному Ведомству. Откуда же берутся такие, как я? Такие способности не могут появиться из-за мутаций или изменений генома. Это что-то сверхъестественное. Кто, черт возьми, мой отец? Настоящий отец?

– Что вам ответили на ультиматум? – сменил я тему.

– Они не поверили в то, что у нас есть секретное оружие. Сказали, что это было оружие одного выстрела, иначе мы применили бы его раньше. Овровы кишки! Рыночники хотят, чтобы мы отдали им тебя, Сергей, – капитан положил руку мне на плечо. – Они обещают отпустить нас живыми, если мы выдадим тебя.

– Мы не отдадим Краснова, – устало произнес майор Смирнов. Похоже, он говорил это уже не в первый раз.

– Не отдадим, не переживай! – отмахнулся Суслов. – У меня другой план. Можно сыграть на этом. Можно в момент передачи устроить внезапную атаку и захватить их корабль изнутри…

Я с горечью подумал, что это не план, а агония.

– Что-то мне в это не особо верится, – подтвердил мои сомнения Бергер. – У нас мало людей.

– Хотите правду, да? – всплеснул руками капитан, он тоже все прекрасно понимал. – Мы все равно сдохнем! Вопрос только в том, какой урон сумеем нанести.

Не думал я по пути в рубку, что все складывается настолько плохо. Хотя чего еще можно было ждать? Какого-то чуда?

– Может, не захват, а таран? – предложил я. – Результат один, а сил потратим меньше. Есть шансы на то, что удастся еще и другой корабль расстрелять.

– Ты так легко рассуждаешь о смерти? – мрачно хмыкнул Суслов. – Наверное, не веришь?

Стало страшно. На самом деле страшно. Я представил себе, что скоро меня ждет удар, затем боль и тьма, из которой уже нет выхода. Хотелось думать, что за гранью жизни меня будет ждать кто-то большой и справедливый. Только вот верить в это не всегда получалось…

И вдруг меня пронзила какая-то непонятная волна. Страх превратился в панику. Нельзя рисковать! Нельзя умирать! Мне надо на планету! В Аннтейр!

– Не знаю, – ответил я. – Иногда хочется поверить. Но поверить не в смерть, а тем прорицателям, которые пели, что я обязательно окажусь на Заре. Значит, вероятность велика…

Внутри словно оборвалась невидимая струна. Я испытал облегчение оттого, что буду жить дальше. Что-то внутри удовлетворилось таким прогнозом, хотя сам я еще сомневался. Черт возьми, что со мной творится?

– Везет, – протянул Бергер. – А про меня прорицатели ничего не говорили?

– Нет, – просто ответил я, и штурман заметно погрустнел.

– Все! – твердо заявил Суслов. – Беру командование целиком в свои руки, никаких больше обсуждений. Время до начала нового боя осталось мало…

– Полтора часа, – сверился с показаниями приборов Бергер.

– Внимание всему экипажу корабля «Спектр-8», – включив внутреннюю связь, начал говорить капитан. – Говорит капитан Суслов! Мы через час принимаем бой против превосходящих сил противника. Шансов на победу мало, не буду врать. Все мы надеемся только на поддержку с Зари. Помните, когда Сергей Краснов только ступил к нам на борт и мы посчитали его обузой? Довеском к полному грузовому отсеку посылок? Мы ошиблись, товарищи. Сергей – важная персона, и нам довелось в этом убедиться. Мы делаем сейчас очень нужное для нашей Родины дело. Так давайте поможем нашей стране в этот тяжелый час! Давайте будем достойно драться в этом бою! Ведь у нас есть все, чтобы показать себя. Прекрасный экипаж, новое современное вооружение! Давайте будем сражаться так, как мы умеем. Покажем, как делают это на почтовом корабле! Ни богу, ни черту не дано нас остановить!

Слова капитана были искренними. Может, в них оказалось слишком много пафоса, но иначе было нельзя. Как еще сказать экипажу своего корабля, что вот-вот примешь последний бой?

Переключив канал, капитан стал говорить в совершенно другом тоне:

– Говорит капитан Суслов, космолет «Спектр-8». Мы приняли ваши условия. Сергей Краснов обезврежен. Как нам доставить его на ваш корабль?

– Я не думал, что ви решал так быстро! – радостный голос из репродуктора. – Ви должен доставить Краснов на лодке! Ви должен доставить Краснов на наш корабль. Координаты и код вам передавать в пять минут…

– Хорошо, мы ждем.

Капитан отключил связь и повернулся ко мне:

– Ну что же, дальше поступим так – Сергей полетит в шлюпке, якобы обезвреженный. Они подойдут максимально близко, чтобы поймать его, и тогда мы даем залп из всех орудий по одному из кораблей, например по этому вот, обозначенному тройкой, а потом тараним ближайший космолет. У Сергея даже будет шанс вырваться из окружения и попасть на планету.

Я не верил своим ушам. Это говорил немного трусливый, вспыльчивый, но на самом деле очень мягкий человек. Я бы никогда не поверил, что он сможет вот так спокойно рассуждать о своей скорой смерти. А все ради кого? Ради меня. Черт возьми, ради меня!

Но через мгновение я вспомнил то, что говорил мне незнакомец из сна, и осознал, что все это, конечно же, делается не ради меня. Я не пуп Земли, не центр Вселенной. Я всего лишь инструмент, созданный для уничтожения врага. Как гравистрел в руках солдата Федерации.

Капитан выполняет сейчас приказ командования, веря в то, что оно хочет нашей победы. И если бы Суслову приказали убить меня – он бы, не раздумывая, убил. Суслов – бывший военный, хоть и не кажется таким с первого взгляда. Он отлично знает, что такое приказ и чувство долга. Жаль, что такие люди погибают в этой нелепой бойне непонятно за что.

– Я полечу с Сергеем, – сказал майор Смирнов. – У меня совершенно четкие инструкции на этот счет.

– Рыночники сказали, что он должен прибыть один и обезвреженный! – возразил Суслов. – Вы понадобитесь здесь, для последнего боя!

– Не думайте, что я трус, – спокойно ответил на это Смирнов. – Мне очень четко разъяснили, что я должен следовать за Сергеем, куда бы он ни направился, и обеспечивать его безопасность. Я очень признателен вам за то, что решили дать ему шанс совершить посадку на Заре, пока вы будете отвлекать корабли противника. Но я должен сопровождать его. Поймите, это приказ!

– Ладно, – поднял руки Суслов. – Я только что сказал, что мои решения больше не обсуждаются, но, так и быть, сделаю исключение. Это ваша миссия, и мы понимаем это.

Я почувствовал, каких сил ему стоит так спокойно рассуждать. В глубине его глаз уже собирались предательские слезы, но видеть их мог лишь я со своим обостренным чутьем. И еще я чувствовал, что лейтенант Андреев, напротив, переносит мысль о предстоящей гибели на удивление легко. Наверное, в Секретном Ведомстве готовили кадры по специальным методикам.

Серп планеты Заря занимал уже весь экран. Мы подходили с ночной стороны, и деталей поверхности практически не было видно. Все скрывала своим пологом ненасытная тьма. Узкая полоска освещенной солнцем части планеты не давала представления о том, как на самом деле выглядят суша и океаны этого мира. Видно было лишь белесую дымку атмосферы, серебрящуюся в лучах светила, да бирюзовый край океанического шельфа.

Планета была так близко. Между «Спектром» и Зарей находилось лишь одно препятствие – рой кораблей противника. И это препятствие, к сожалению, было непреодолимым.

Меня и Смирнова довольно быстро снарядили в путь. Выдали рацион на два дня, ручное оружие, средства связи. Также нас облачили в легкие скафандры и вогнали в плечо по два кубика адаптационной вакцины, призванной сберечь организм во время первой встречи с чуждой биосферой. По словам Председателя, как раз эту сыворотку готовили из псилина.

Вдвоем мы более-менее удачно разместились в шлюпке, которая, по документам, рассчитывалась на четверых. Оглядывая небольшую кабину, я с трудом мог представить себе, как сюда впихнутся четыре человека. Видимо, строители космолетов этого класса не заботились о комфорте для экипажа во время эвакуации.

– Если они станут сканировать вас, – давал последние напутствия капитан, – не двигайтесь. Вы, Краснов, в наручниках и обездвижены, а вы, Юрий Николаевич, сопровождаете его. Такой легенды и будем придерживаться! Ну а потом, держась поближе к корпусу вражеского корабля, обходите его и на полной скорости рвите к планете. Давайте, ребята, не подведите!

На последних словах голос Суслова дрогнул. Майор ответил, как всегда, сухо и чуть устало:

– Во имя победы! Мы тоже верим в вас, капитан.

На этом закончилось наше прощание с гостеприимным космолетом. С глухим звуком закрылся люк шлюзовой камеры, скользнули в сторону створки внешних ворот, и я впервые за все время путешествия увидел открытый космос вживую, а не спроецированным на матрицу.