Как поймать монстра. Круг третий. Книга 2 - Арина Цимеринг

Он снова разозлился сильнее, чем ожидал.

«Волнение, радость, злость, страх – это всё и мое тоже, не только ваше», – зло подумал он. Другая биология? Пожалуйста. Регенерация, способ питания, что угодно – но не чувства. Никто не может их у него отнять.

– Его точка икс – это Белтейн, – закончив что-то обсуждать с миз Дудж и мистером Райсом, повернулся к остальным мистер Эшли. – Но, находясь во временной аномалии, мы не знаем точно, когда он наступит. Все, что нам остается, – ориентироваться на признаки. Я хочу, чтобы мы обговорили их до того, как войдем туда. Чтобы можно было действовать… оперативно. Если придется.

Это поразило Киарана – как хорошо он держался и как его наконец слушали. От мистера Эшли не исходило той потрясающей уверенности, которая заставляла людей слушаться миз Роген или мистера Махелону; но сейчас он стоял, оглядывая остальных, без неуверенности, без робости. «Он знает, что может сделать, – понял Киаран почти с завистью, – и у него больше нет времени сомневаться».

– Итак. Белтейн – это праздник, который кельты праздновали, гася все огни в деревнях, – откашлявшись, продолжил мистер Эшли. – Ни один костер не должен был гореть, прежде чем друиды зажгут святой огонь и разнесут его по деревням.

Ветер, бушевавший над холмами, затянул свистом, унося обрывки его слов куда-то в сторону. Но с тех пор как они нанесли на лица кровавые маски, холод не кусал так остро, как мог бы. Словно, став невидимыми для Самайна, они исчезли и для мороза.

– Так что, думаю… ориентироваться надо на огонь.

– То есть буквально? – уточнил кто-то из американцев.

Вместо ответа мистер Эшли посмотрел на миз Дудж, и та вступила:

– Мы заготовили кое-что в лагере. Шон. – Она кивнула мистеру Шону.

Тот стянул с плеч объемный рюкзак и, плюхнув его на землю с подозрительным стуком, принялся открывать. Внутри оказались коротко нарубленные толстые ветки – а когда он принялся их доставать, Киаран с удивлением увидел на их концах намотанные куски ткани. Факелы.

– Это чтобы не рисковать, – добавил мистер Эшли. – Кэл подал нам идею. Мы решили ориентироваться на фольклор, так что… Ради перестраховки.

Заготовки раздали по рукам. У всех с собой были рюкзаки, и Киарану перед выходом из лагеря тоже выдали один. Правда, видимо, детский, судя по размеру, – такой мог бы принадлежать ребенку лет десяти. Раньше это показалось бы Киарану или смешным, или унизительным, но теперь, взяв его в руки, он задумался, где сейчас ребенок, несший этот рюкзак на своей спине до лагеря туристов. И может, Киаран не знал, где он, – но отлично представлял, что с ним случилось. С девочкой или мальчиком, отправившимся в большой поход с родителями; поход, который мог быть первым в его жизни.

Поход, который не должен был закончиться так.

Киаран закинул рюкзак на спину с тяжелым чувством. Он, как и раньше, старался отогнать эти мысли, но сейчас образ, как на магните, вернулся. Как и мысли о других детях. Младшем брате Эрика, живущем в соседнем с пекарней доме, которого Киаран каждое утро видел сквозь витрину понуро бредущим в их единственную сельскую школу. Сколько ему сейчас? Двенадцать? А дочка Стюартов? Совсем крошечная, но пышущая энергией, как из печки, – Киаран всегда обходил ее мать с коляской стороной, если встречал на улице. Сама возможность случайно забрать у малышки хоть каплю того, что ему не принадлежало, вызывала гадкие чувства.

Он подумал о том, что с ними станет. Отчетливо представил пустую перевернутую коляску: испачканную черной дрянью, лежащую на боку посреди безлюдной туманной улицы.

– Будем зажигать их, как спустимся в пещеру, – ворвался на улицы его разрушенного города голос миз Дудж, и Киаран моргнул, вырывая себя из апокалиптичного видения. – По одному, чтобы не тратить зазря. Будем надеяться, что времени хватит. Других вариантов у нас все равно нет. И помните, – ее фирменный безразличный взгляд прошелся по ним, стоящим полукругом, – главное – это сосуд. Сейчас все зависит от него. Это игра на скорость, в которой таймер не у нас. Мы должны действовать слаженно и быстро.

Все вокруг закивали, и Киаран поймал себя на том, что кивает тоже. Никто больше не оглядывался на него с подозрением – на какое-то время перед лицом общего врага он словно стал частью этой команды.

Это больше не было вопросом выживания. Похищение, запечатление, все то, что привело его сюда, на этот холм, больше не имело значения – для Киарана на кону стояло куда больше, чем собственная жизнь.

Сейчас у них всех была одна цель.

– Все готовы? – Миз Дудж еще раз оглядела их. Настала ее очередь кивать. – Тогда пошли вниз.

* * *

Двенадцать каменных столпов стояли полукругом. Это еще не были статуи – кто-то только начал стесывать края и оставил заготовки возвышаться над морем черноты, заливавшим пещеру.

Воздух плыл, как от жары, оставаясь ледяным. Очертания столпов были неровными, мутными, но Джемма все равно смотрела мимо них.

Двенадцать каменных столпов выстроились полукругом – а в центре стояла дверь.

63. А что можешь сделать ты?

Спуск за спуском, возвращение за возвращением – вверх и вниз, снова, и снова, и снова.

Стоило спуститься по холму и позволить туману себя проглотить, как спуск становился бесконечным – пока не начинал снова медленно идти вверх. Раз за разом он выпускал их на одно и то же место, оставляя в сводящей с ума петле. Переживший подобное в тоннелях Киаран искренне считал, что испугается, – и он правда испугался. Но куда больше – разозлился.

После очередной неудачной попытки они ненадолго остановились, пытаясь придумать план. Лица у всех были мрачными – и Киаран сам ловил себя на неутешительных мыслях. «Что ты можешь сделать?» – продолжал он спрашивать себя из раза в раз, спускаясь по каменистому склону и по нему же взбираясь обратно. Что ты можешь сделать, если здесь бессильны даже мистер Эшли и другие агенты?

Просто плетись вслед за остальными, жди, пока Самайн освободится и вселится в мистера Купера, и наблюдай, как он убьет всех, кого ты знаешь, – это все, на что ты годишься.

Из-за злости очередной надрез на ладони – каждое возвращение наверх они обновляли маски на своих лицах – вышел резче, чем предыдущий, и Киаран дернулся, стиснув зубы. Боль обожгла не только руку, но и голову: мистер Махелона, ты, тупица. Ему-то, в отличие от тебя, рука может понадобиться!

– Не