Похищение Цирцеи - Лив Стоун

– Конечно, – отвечает он без тени колебания.

Я даю себе пару секунд на размышление, тщетное, но необходимое, прежде чем озвучить просьбу.

– Ты можешь дать Кадуцей?

Гермес не скрывает удивления. Замирает на короткое мгновение, прежде чем отстегнуть булавку и вернуть Кадуцею размер скипетра. Протягивает его двумя руками. Знаю, что прошу о многом, но просьба может многое изменить. Убежище у Аида и слова Гермеса о том, что Ирида может занять его место, убеждают попытать счастья.

– Спасибо.

Возвращаюсь к Танатосу и передаю ему Кадуцей. Ошеломленный, Танатос переводит взгляд с меня на скипетр.

– Кадуцей позволит тебе выйти из Подземного мира и вернуться сюда без чьего-либо разрешения. Ты сможешь увидеть солнце, познакомиться с живыми людьми и наладить с ними отношения. Ты желаешь не меня, а свободы.

Танатос сглатывает. Если до этого момента он и проявлял ко мне интерес, то это было ничто по сравнению с выражением его тревожного и нетерпеливого удовлетворения в этот момент.

Он поднимает сияющие глаза на царя и царицу Подземного мира.

– Тень Цирцеи удовлетворила меня, – одобряет он.

Лица божеств расслабляются, Геката вновь улыбается.

– Итак, тень Цирцеи прошла все три испытания, – заявляет Персефона.

– Впервые в истории тень получила разрешение вернуться на землю живой, – поздравляет Аид.

Толпа начинает аплодировать, восхищенно восклицая: «Значит, можно изменить устои?»

Я спешу к Гермесу, не наслаждаясь весельем, в то время как Персефона разливает по бокалам гранатовые коктейли. Облегчение от того, что я вернусь к жизни, сжимает сердце, но мне нужно кое-что знать, прежде чем успокоюсь.

– Скажи, что не злишься на меня.

– Конечно, – говорит он, обнимая меня. – Ты свободна. Ты та, кто достиг невозможного.

Наконец я выдыхаю, чувствую подступившие слезы.

За одно испытание я изменила судьбу двух богов. Гермес больше не сможет появляться в Подземном мире без приглашения Аида и Персефоны и выполнять роль психопомпа. Что касается Танатоса, то он был обречен на Подземный мир, так и не увидев дневного света, но теперь сын Ночи сможет любоваться солнцем. Я бросаю вызов Зевсу на его территории.

* * *

Когда над городом восходит белый свет, у божественной пары уже собраны чемоданы. Они заберут меня с собой на Землю, в свой дворец на Сицилии, где я наконец-то смогу поесть. С тех пор как открыла глаза, у меня начало урчать в животе от этой мысли! Геката вернулась и пообещала, что сестры будут там. Она взяла на себя задачу донести эту новость до Поляны и отдать мое тело Аиду и Персефоне, чтобы они вернули меня в него. Пока ждем отъезда, у меня еще есть немного времени.

– Хочешь взять с собой сувениры? – спрашивает озадаченный Гермес.

Бог-посланник будет сопровождать нас. Он все еще находится под защитой дяди, поэтому воспользуется его присутствием на Земле, чтобы путешествовать вместе с ними. Зевс ничего не сможет с ним сделать во дворце адской четы, это территория Персефоны.

– Да, – отвечаю я, уводя его из дворца. – В музее есть магазин. Хотя я буду сожалеть, что не смогла попробовать сахарные гранаты из пекарни Герас.

Мы сворачиваем на главную улицу, магазины едва открылись. Крылатые божества, закутанные в пальто, выглядят подавленными с похмелья, морщатся, уткнувшись носами в черные керамические стаканы, до краев наполненные кофе. Насколько я поняла, прошлой ночью праздник весны продолжился в «Логове Ахлис». Коктейли и Нектар лились рекой. Но, к сожалению, работники Подземного мира не знают отпусков. По словам Гермеса, это было бы невыполнимо. Тени прибывают непрерывным потоком. Все, что удалось сделать, – ввести четкие часы работы и отдыха, чтобы облегчить условия.

– А можно купить пальто как у тебя?

– Это очень хороший вопрос. Скорее всего, это возможно.

Заманиваю его в магазин, продающий одежду психопомпов «У Мелинои». Нас приветствует темно-синее крылатое божество. У меня возникает чувство, будто заново переживаю покупку «Bespresso». От этого в животе порхают бабочки. Мы оба собираемся вернуться к почти нормальной жизни. Есть еще тысяча вопросов и препятствий, таких как его отец и моя община. Но мы оба живы. Это открывает совершенно новые горизонты!

– Прекрасной ночи! – говорит Мелиноя. – Что я могу сделать для… Гермес.

Ее настроение портится. А я-то думала, что испытания положат конец слухам о нем…

– Прекрасно выглядишь, – добавляет крылатое божество. – Твои Диспуты скоро сведут с ума мою сотрудницу. Было бы замечательно, если бы ты мог увести их.

– Разве они не на почте? – ворчит Гермес, сбитый с толку.

– Нет, они здесь, чтобы потратить вчерашний заработок, – отвечает Мелиноя с широкой фальшивой улыбкой, полной упрека.

В тот же миг за занавеской, в глубине магазина, застланного коврами и драпировками, раздаются голоса. Гермес подходит к ней и отодвигает длинную красную ткань. Три алые богини заняты тем, что спорят о пальто из золотой нити, расшитой серебром. Их шеи, головы и руки украшены драгоценными камнями, каждый из которых сверкает ярче предыдущего. Они, должно, быть потратили немало оболов!

– Могу я узнать, чем вы занимаетесь? – спрашивает Гермес, в то время как продавщица, которая стоит, обхватив голову руками, пользуется возможностью сбежать из примерочной.

– Я на это не подписывалась! – раздраженно говорит она.

Трое Диспут замирают, прежде чем мило улыбнуться.

– Боооооосс!

– Разве вы не должны работать?

– Конечно!

– Мы уже идем туда!

– Как только я верну свое пальто!

– Твое пальто?!

– Убери лапы! Оно мое!

– Посмотри, что они творят, Гермес! – злится Мелиноя. – Они должны заплатить за порчу товара!

– Почему бы вам не купить по пальто?

Диспуты выглядят смущенно.

– Мы уже все потратили. Оболов осталось только на одно такое пальто.

Гермес проглатывает удивление и нетерпение. Вытягивает руку и призывает крошечный серебряный кошелек.

– Сколько за три?

Продавщица размышляет и озвучивает баснословную цену. Персефона дала мне несколько оболов, когда я рассказала ей о сувенирах из музея, но не могла предвидеть моего желания приобрести пальто. Диспуты кутаются в новые приобретения, сияя от счастья. Они проходят мимо Гермеса, говорят: «Спасибо, босс!» – и направляются к выходу.

– Не так быстро! – удерживает их он.

Они разочарованно поворачивают головы в его сторону. У меня сложилось впечатление, что они надеялись незаметно сбежать из магазина.

– Я долго отсутствовал и меня не будет еще несколько дней, но я вернусь и мы приведем почту в порядок. Начните с очистки фасада, избавьтесь от надписей и плакатов.

Хотя мне нравится динамика их четверки, его заявление немного сбивает с толку. Он намерен чаще возвращаться в Подземный мир? Диспуты неохотно соглашаются – скорее из приличия, чем искренне, и с довольными улыбками выходят из магазина.

– Думаешь, гнев Зевса продлится несколько