Похищение Цирцеи - Лив Стоун

высказанная тем же тоном, что и моя в ванной, вызывает у меня возбужденный смех. Знаю, что ему ответить.

– Я принадлежу тебе.

– Мхм, милая и нежная ведьма, – говорит он, прежде чем исчезнуть под платьем.

Я припомню ему это. Он приподнимают меня за талию, чтобы я могла закинуть ноги ему на плечи. Он делает то, о чем думал весь вечер: целует мои половые губы, проникает внутрь языком, посасывая и покусывая клитор с такой нежностью и страстью, что я забываю обо всем: о страхе быть обнаруженными и о третьем испытании, ожидающем меня. Запускаю пальцы в его волосы и поглаживаю два маленьких серебряных крылышка, снова очарованная их мягкостью. Хорошо, что есть стена, которая меня поддерживает. Все еще сдерживаюсь, но его быстрые движения языком заставляют меня сорваться, и из моего рта вырывается стон. Прикусываю губу. Обычно мне нравится быть громкой, но это неподходящее место!

Гермес целует меня в последний раз, покрывает поцелуями всю внутреннюю поверхность бедер, и мои ноги снова оказываются на полу. У меня подгибаются колени и перехватывает дыхание. Не теряю ни секунды, и, как только Гермес оказывается передо мной, его лицо наполовину закрыто маской. Притягиваю его к себе. Расстегиваю его одежду, стягиваю трусы и ласкаю твердый член. Он рычит, когда я крепко сжимаю его в руке, пока он не начинает задыхаться. Он опирается руками по обе стороны от моего лица. Мне всегда нравилось подчинять своих партнеров, но время от времени получаю удовольствие и от обратного. Сейчас, когда он в моей власти и золото его щек приобретает медный оттенок, по мне проходит новая, гораздо более сильная волна удовольствия.

– Все еще считаешь меня милой?

Я осознаю силу крови, несущейся по венам, как раз в тот момент, когда она стучит у меня в висках и груди.

– Больше, чем когда-либо.

Ему это нравится! Поэтому я жадно ласкаю его, пока он целует меня. Становится жарко. Не хочу, чтобы нас прерывали, потому что мы слишком медлим с возвращением.

– Возьми меня, – шепчу, сгорая от нетерпения. – Давай, не будем терять времени.

Гермес тут же задирает мой хитон. Отпускаю его, чтобы схватиться за его шею, он приподнимает меня и входит. Откидываю голову, крик застревает у меня в горле. Слышу его тяжелое дыхание, когда он останавливается.

– Я не слишком поторопился?

– Все в порядке, – говорю я, целуя его. – Мне так хорошо.

Он улыбается и прижимает меня к стене, прежде чем начать интенсивно двигаться короткими, резкими движениями, которые не имеют другой цели, кроме быстрого и разрушительного оргазма. Моя спина бьется о камень, но я не чувствую ничего, кроме томных поцелуев, члена, исследующего меня, и большого пальца, ласкающего клитор. Не могу дождаться, когда мы сможем неспешно разделить удобную постель, но этот момент, когда мы нарушаем законы Преисподней, идеален.

Прижимаюсь к нему, как только чувствую, как накатывает волна.

– Мне так хорошо, Цирцея, – шепчет он, прижимаясь своим лбом к моему.

– Мне тоже…

Он ускоряется. Покрываюсь потом и вздрагиваю. Впиваюсь ногтями в его затылок, он рычит и сильнее перекатывает клитор между пальцами, вызывая такой бурный оргазм, что я всхлипываю. Все мышцы сжимаются вокруг него, заставляя его, в свою очередь, кончить. Он все еще двигается, достаточно долго, чтобы излиться в меня, а я парю над телом, поглощенная чистым наслаждением, которое нас настигает.

Прижимаюсь к нему и нежно кладу щеку на его плечо, запыхавшаяся и потная. Его пальто кажется в этот момент еще более мягким и теплым. Он наклоняется, удерживая меня прижатой к нему.

Мы, должно быть, достаточно долго остаемся вот так, неподвижно, пока дыхание успокаивается, прежде чем снова можем двигаться. Гермес отстраняется, и, убедившись, что со мной все в порядке, делает шаг назад, чтобы одеться. Следую за ним, паря в облаках. Мои ноги словно из ваты! И я даже не говорю о состоянии платья и смятых цветах на груди.

Как только думаю, что мне холодно, когда он не обнимает меня, Гермес накидывает мне на плечи пальто. Его все еще покрытое золотом лицо и серебристые крылышки наполняют мое сердце теплом, а несколько царапин заставляют покраснеть.

– Я хочу большего.

Озадачиваю его и понимаю, что не могла выразиться еще более туманно.

– Я хочу большего, чем просто секс.

Он улыбается, выглядя смущенно. Не потому, что не знает, что сказать, а потому что, очевидно, тоже хочет большего. Мы просто никогда не говорили этого друг другу. Он прячет руки в карманы и обращается ко мне с самой неожиданной просьбой, какая только может быть.

– Выходи за меня.

Теперь настала моя очередь недоумевать. Смеюсь, путаясь в желаниях, забывая ужасные вопросы, которые остаются без ответа. И все же сгораю от желания сказать ему «да»! Мы никогда не признавались друг другу в чувствах, хотя между нами они явно существуют!

Поднимаюсь на цыпочки и целую его в губы. Кажется, он уже сомневается в моем ответе.

– Задай мне этот вопрос позже.

Он наклоняется, чтобы в свою очередь поцеловать меня.

– Обязательно.

Он берет меня за руку, и мы идем к эспланаде и входу во дворец, надеясь в глубине души, что наше отсутствие не было замечено.

– Давай, расскажи мне о Кевине, чтобы исправить все это, – просит он меня, указывая пальцем на золотую маску и серебряные крылышки, которые отказываются исчезать.

– На самом деле, я выбрала его, потому что он был похож на тебя.

Гермес замедляется, и его крылья тут же исчезают.

– Нет-нет. Ты не можешь сказать, что самый скучный человек на Земле похож на меня, – говорит он, сморщившись.

– Я думала, что не смогу заполучить тебя, поэтому искала похожих.

Мы смотрим друг на друга долгую секунду, и его крылья снова появляются. Я разражаюсь смехом. Это похоже на заметную эрекцию! Которая происходит только из-за меня.

– Уверен, ты могла найти кого-нибудь получше.

– Я встречалась с парнем, который знал, как использовать свои десять пальцев, если ты понимаешь, о чем я.

Это жестоко по отношению к нему, но маска и крылья исчезают. Гермес рычит и ускоряет шаг.

– Не продолжай!

Гранатовые деревья и колонны на эспланаде наконец видны в ночи. Поскольку именно он начал говорить о возможном будущем, я не могу сдерживать вопросы, когда возвращение к реальности так близко.

– Если мы будем вместе, у нас будут трудности. Ты – главный дипломат Олимпа, а я – будущая проводница. Я не намерена отказываться от этой цели.

Я поняла это во время второго видения. Нет, во время первого, когда скучала по магии.

– Ирида могла бы