Трамвай отчаяния - Алексей Небоходов

Командиры отдавали чёткие, лаконичные приказы через рации. Их голоса звучали ровно, без эмоций, как будто это было просто ещё одно задание.

Возле одного из перекрёстков остановилась машина, отличавшаяся от остальных. Её глянцевый чёрный корпус выглядел почти идеально, а внутри сидел человек, которого в этой операции знали все. Полковник Виталий Санин, получивший это звание только вчера, выглядел спокойно, но его глаза, смотревшие вперёд, выдавали абсолютную сосредоточенность.

Виталий вышел из машины, подтянув китель. Ему не хватило времени привыкнуть к новой должности, но окружающие видели: это был человек, который умел и мог принимать решения. Его фигура двигалась уверенно, но без лишнего пафоса. Вокруг собралось несколько старших офицеров, все они сразу встали чуть прямее, почувствовав в нём новый центр управления.

– Как обстановка? – спросил Виталий, обводя взглядом группу офицеров.

– Объект полностью блокирован, товарищ полковник, – отчитался один из старших. – Люди Тарнова внутри, эвакуации не было. Коммуникации глушим, ни один сигнал не выйдет и не войдёт.

Виталий сосредоточенно кивнул и обернулся к зданию. Высокий стеклянный фасад казался непроницаемым, но Виталий знал, что за ним скрываются те, кто готов пойти на всё, чтобы выйти из этой ситуации победителями.

– Вы уверены, что Тарнов внутри? – уточнил он, не отрывая взгляда от здания.

– Да, – подтвердил офицер. – Его машина всё ещё на стоянке.

Виталий коротко кивнул и посмотрел на часы. Всё было рассчитано по минутам, но он понимал, что даже идеальный план может дать сбой. Его пальцы слегка сжались, и на секунду он закрыл глаза, словно пытаясь сосредоточиться на предстоящем.

Тем временем в здании Нексустеха обстановка напоминала улей, в который только что бросили камень. Работники метались по этажам, звонки не проходили, компьютеры внезапно погасли. Люди шёпотом обменивались догадками, но их лица выражали одно – страх.

Вадим Константинович Тарнов сидел в просторной переговорной, освещённой мягким светом. Перед ним лежал планшет, на экране которого висело сообщение о потере связи. Его пальцы медленно постукивали по столу. Внешне он выглядел спокойно, но глаза выдавали напряжённую работу мысли.

– Они нас блокируют, – тихо произнёс он, обращаясь скорее к себе, чем к своему заместителю.

У окна стоял худощавый мужчина с короткой стрижкой. Его взгляд был прикован к фигурам спецназовцев, которые заняли позиции у входа. Он слегка повернул голову, отвечая:

– Что прикажете, Вадим Константинович? Ситуация выглядит… сложной.

Тарнов медленно поднялся, сцепив пальцы за спиной. Его движения были плавными, почти ленивыми, но в них чувствовалась напряжённая энергия.

– У нас есть план эвакуации? – спросил он, глядя на своего заместителя.

– Да, но он вряд ли сработает, – ответил тот, слегка опустив голову. – Они перекрыли всё.

Тарнов подошёл к окну, всматриваясь в окружённое здание. На лице появилась легкая, едва заметная улыбка, которая скорее настораживала, чем успокаивала.

– Значит, придётся импровизировать, – произнёс он, глядя на стройные ряды бойцов. – Как всегда.

Заместитель молча кивнул, понимая, что у Тарнова уже есть план, но что это за план, он пока не знал. Здание наполнилось напряжением, которое ощущалось в каждом углу, в каждом движении.

Снаружи Виталий, прищурившись, смотрел на фасад.

– Они что-то готовят, – сказал он вслух, скорее для себя, чем для офицеров. Затем повернулся к группе. – Приготовиться. Если начнут сопротивляться, действуем быстро, но без жертв.

Офицеры коротко кивнули. В воздухе повисло предчувствие, что игра ещё только начинается, но времени для раздумий уже не осталось.

По коридору Нексустеха уверенным шагом шёл Виталий, сопровождаемый группой бойцов спецназа. Их тяжёлые сапоги глухо стучали по блестящему полу, создавая гулкое эхо в пустых коридорах. Люминесцентный свет, холодный и равнодушный, заливал пространство, отражаясь от стеклянных перегородок и металлических дверей. Корпоративная стерильность этого места теперь казалась ещё более зловещей.

Бойцы двигались синхронно, держась чуть позади Виталия с оружием наготове. Каждый взгляд, каждое движение выдавали профессионализм людей, привыкших к таким операциям. Виталий шёл первым, его лицо оставалось непроницаемым, но в глубине глаз читалась сосредоточенность. Он знал: любая ошибка сейчас может стоить слишком дорого.

– Второй этаж, западное крыло, – произнёс Виталий, не замедляя шага. Его голос звучал низко, но уверенно. Он бросил взгляд на планшет в руках одного из бойцов. – Кабинет совещаний. Там должен быть Тарнов.

Боец кивнул, сверившись с планом здания, и сделал жест остальным. Они ускорили шаг, разомкнув строй, чтобы занять позиции вдоль стен.

Коридоры, обычно наполненные деловой суетой сотрудников, были пусты. Лишь редкие сотрудники Нексустеха, застигнутые врасплох спецоперацией, жались к стенам, испуганные и растерянные. Некоторые пытались спрятаться за офисной мебелью, кто-то замер с телефоном в руке, тщетно пытаясь дозвониться до начальства. Их взгляды провожали группу, но никто не осмеливался заговорить.

– Чисто, – отчитался один из бойцов, когда группа миновала развилку.

Виталий едва заметно кивнул, его взгляд метнулся к следующему переходу. Он знал, что Тарнов – не тот, кто сдается без боя. Этот человек умел готовить ловушки и всегда оставлял за собой несколько выходов.

На очередном повороте они наткнулись на запертую дверь. Виталий замер, окинув её взглядом. Это была одна из массивных бронированных дверей, которые в Нексустехе ставили для защиты особо важных помещений.

– Кабинет совещаний, – подтвердил боец, показывая на план.

– Взломать, – коротко приказал Виталий, отступая на шаг.

Двое бойцов слаженно подскочили к двери, установив на замок устройство для взлома. Тишина коридора наполнилась тихим гудением прибора, которое казалось почти зловещим на фоне гулкой тишины. Виталий вытащил пистолет и встал у стены, готовясь к тому, что могло произойти по ту сторону двери.

– Контакт возможен, – сказал он, оборачиваясь к группе. – Действуем чётко, без паники.

Гудение устройства прекратилось, дверь издала короткий металлический щелчок и медленно приоткрылась. За ней виднелась просторная комната с длинным столом, за которым обычно проводились совещания. Свет ламп, расставленных по углам, падал мягко, почти уютно. Но в этой обстановке было что-то неестественное.

Виталий первым вошёл внутрь, следом за ним – бойцы. Комната была пуста, за исключением одного человека. Вадим Константинович Тарнов сидел в конце стола, облокотившись на спинку кресла. Его руки спокойно лежали на подлокотниках, а взгляд, холодный и отстранённый, был направлен прямо на вошедших.

– Доброе утро, полковник, – произнёс он с лёгкой улыбкой, словно они встретились на деловой встрече, а не в момент его ареста. – Вы пришли вовремя.

Виталий не ответил сразу. Его взгляд внимательно изучал фигуру Тарнова, отмечая каждый жест, каждую мелочь. Этот человек сидел слишком расслабленно, как будто знал что-то, чего не знал никто другой.

– Вадим Константинович, вы арестованы, – ровным голосом сказал Виталий, направив пистолет в сторону Тарнова. – Вы обвиняетесь в отмывании денег, коррупции и незаконной деятельности.

Тарнов слегка